Танец с драконами - George Martin

Маленький Голубь не был карликом, но мог сойти за такового в полумраке. Однако это не мешало ему хорохориться и расхаживать подобно гиганту: широко расставляя пухлые ноги и выпячивая небольшую, но широкую грудь. Его воины были выше всех, кого когда-либо видели Гонимые Ветром: самый мелкий из них был семи футов ростом, а самый высокий достигал восьми. Все были длинноногими, а ходули, прикреплённые к нижней части вычурных доспехов, ещё больше прибавляли им роста. И даже лица их были вытянутыми. Их торсы были обтянуты броней из покрытых розовой эмалью чешуек; на головах они носили удлинённые шлемы с острыми стальными клювами и покачивающимися гребнями из розовых перьев. У каждого на бедре был длинный кривой меч, а в руках – копье с него ростом с листовидными лезвиями на обоих концах.

– Маленький Голубь их разводит, – сообщил Дик-Соломинка. – Он скупает рослых рабов со всего света, спаривает мужчин с женщинами и оставляет самый рослый молодняк для своей армии Цапель. Он надеется, что рано или поздно ходули не понадобятся.

– Может быть, пара сеансов на дыбе ускорят процесс, – предположил Громадина.

Геррис Дринкуотер рассмеялся.

– Грозная компания. Нет ничего страшнее этих ходоков в розовой чешуе и перьях. Если бы на меня напал один из них, я бы намочил штаны со смеху.

– Некоторые считают, что цапли величественны, – сказал Костлявый Билл. – Разве что их величества едят лягушек, стоя на одной ноге.

– Цапля – трусливая птица, – заявил Громадина. – Как-то я, Дринк и Клетус отправились на охоту. Мы набрели на бродящих в болотах цапель и видели, как они лакомились головастиками и мальками. Выглядели они мило, да, но когда в небе показался ястреб, цапли с испугу взмыли в небо, словно увидали дракона. Такой ветер подняли, что я вывалился из седла. Клетус вложил стрелу в лук и подстрелил одну. На вкус, как утка, но не такая жирная.

Но даже Цапли Маленького Голубя блекли перед сумасбродством братьев, которых наёмники прозвали Звенящими Лордами. В прошлую стычку с Безупречными королевы драконов юнкайские рабы-воины были разбиты и бежали. Звенящие Лорды придумали способ избежать этого в следующий раз: они сковали своих солдат группами по десять человек – запястьями и у щиколоток.

– Ни один из этих несчастных ублюдков не сможет убежать, пока не побегут все остальные, – усмехаясь объяснял Дик-Соломинка. – А если они и побегут, то уж точно не быстро.

– Эти грёбаные дурни и шагают-то еле-еле, – заметил Боб. – Звон цепей за десять лиг слышно.

Их было много, таких же безумцев или даже ещё хуже: Лорд Дрожащие Щеки, Пьяный Завоеватель, Зверолов, Мягколицый, Кролик, Каретник, Надушенный Герой. У одних было двадцать солдат, у других насчитывалось двести, а то и две тысячи. Всех рабов они обучали и экипировали сами. Каждый был богат, заносчив и являлся сам себе и командиром, и командующим, не подчинявшимся никому, кроме Юрхаза зо Юнзака. Простых наёмников они презирали, но зато были охочи до распрей по вопросам старшинства столь же бесконечных, сколь и непонятных.

За время, которое понадобилось Гонимым Ветром, чтобы проскакать три мили, юнкайцы отстали на две с половиной.

– Стая жёлтых вонючих шутов, – пожаловался Боб. – Они до сих пор не понимают, почему отряды Ворон-Буревестников и Младших Сыновей переметнулись к королеве драконов.

– Полагают, что из-за золота, – сказал Книжник. – Думаешь, почему нам так много платят?

– Золото сладко, да жизнь слаще, – ответил Боб. – В Астапоре мы сражались с калеками. Захочешь ли ты встретиться с настоящими Безупречными, зная, что на твоей стороне такой вот сброд?

– В Астапоре мы сражались с Безупречными, – вставил Громадина.

– Я имею в виду, с настоящими Безупречными. Оттяпанные тесаком мясника яйца и остроконечная шляпа не сделают из мальчишки Безупречного. У королевы драконов отборный товар – такой, что не сломается и не разбежится, если пёрнуть в их сторону.

– А ещё у неё есть драконы, – Дик-Соломинка поднял глаза к небу, как будто одного только упоминания о драконах было достаточно, чтобы натравить чудищ на их отряд. – Держите мечи наготове, ребятки. Близится настоящая битва.

«Настоящая битва», – подумал Лягушонок. Слова застряли в его горле. Битва под стенами Астапора казалась ему самой что ни на есть настоящей, однако он знал, что наёмники считали иначе.

– Это бойня, а не битва, – заявил потом воин и певец Дензо Дхан. Дензо был капитаном, ветераном сотни битв. Опыт Лягушонка ограничивался тренировочными площадками и турнирными аренами, поэтому он не ставил под сомнение слова закалённого воина.

«Сначала казалось, что это битва». Он вспомнил, как скрутило кишки, когда на рассвете его разбудили пинком. Фигура Громадины грозно нависла над ним.

– Полезай в доспехи, соня, – проревел он. – Мясник решился дать бой. Вставай, если не хочешь стать ему мясом.

– Король-Мясник мертв, – сонно протестовал Лягушонок. Они узнали об этом, как только сошли с кораблей, что доставили их из Старого Волантиса. Говорили, что второй король Клеон умер вскоре после того, как вступил на престол, и теперь во главе Астапора стояли шлюха и сумасшедший брадобрей, сторонники которых боролись друг с другом за право управлять городом.

– Возможно, нам соврали, – ответил Громадина. – Либо появился другой мясник. Либо тот первый восстал из могилы, чтобы загубить пару юнкайских душ. Какая к чёрту разница, Лягушонок. Напяливай свои доспехи.

Десять человек, что спали в палатке, к тому времени были уже на ногах. Они спешно натягивали штаны и ботинки, ныряли в длинные кольчужные рубахи, пристегивали нагрудные латы, затягивали ремни на поножах и наручах, хватали шлемы, щиты и портупеи. Геррис, как всегда, был первым, кто полностью облачился в свои доспехи, Арч также не заставил себя долго ждать. Вместе они помогли Квентину надеть его снаряжение.

В трёх сотнях ярдов от них через городские ворота хлынул поток новоиспечённых Безупречных Астапора. Армия выстраивалась рядами у покрытых трещинами стен из красного кирпича. Свет утренней зари отражался от острых бронзовых шлемов и наконечников длинных копий.

Троица Дорнийцев выскочила из палатки, чтобы присоединиться к бойцам, бросившимся к коновязи. «Битва». Квентин учился владеть копьем, мечом и щитом с тех пор, как начал ходить, но сейчас это не значило ровным счетом ничего. «Воин, дай мне храбрости», взмолился Лягушонок, услышав вдалеке барабанный бой: «БУМ-бум-БУМ-бум-БУМ-бум». Громадина указал Лягушонку на Короля-Мясника, неуклюже восседавшего на бронированном боевом коне. На короле были доспехи из медных чешуек, которые ярко поблескивали в свете утреннего солнца. Лягушонок вспомнил, как Геррис подскакал к нему перед боем и сказал: