Война (СИ) - Ильинская Яна Игоревна

— Ну, успокойся, Элиссия, — он погладил ее по головке.

Девочка доверчиво прижалась к нему.

Иллар снял плащ и завернул в него малышку.

— Ну и что нам с тобой делать?

— Возвращайтесь, — предложил Фаркус, — я поеду один.

— Нет, — покачал головой Иллар. — Вольден звал меня. Там что-то серьезное.

На этот раз Иллар первым взлетел в седло, Орсаг подал ему ребенка и Иллар посадил ее впереди себя.

Они подъехали к южным воротам Большого города.

— Вольден? — окликнул Иллар командующего южным участком укреплений города.

— Милорд!

Если Вольден и удивился ребенку в седле Иллара, то ничем не показал этого.

— Мне необходимо показать вам что-то, — сказал он.

Иллар молча соскочил с седла. Девочку поставил на землю.

— Возьми ее, — обернулся он к Мирату, — там опасно.

Но девочка вцепилась в его руку своими двумя ручонками.

— Проклятье, — пробормотал Иллар.

Вольден кому-то крикнул. Прибежала молоденькая девушка.

— Люсаль, забери ребенка у милорда, — коротко приказал командир.

Та наклонилась к девочке, рассмеялась, что-то прощебетала, пощекотала и подхватила её на руки. Девочка рассмеялась и доверчиво перешла к девушке.

Мужчины ошеломленно переглянулись.

— Как у нее так получилось? — прошептал пораженный Мират.

— Это моя племянница. Она очень любит детей.

Следуя за Вольденом Иллар краем взгляда заметил, как Мират несколько раз оглядывался, пытаясь ещё раз хоть мельком увидеть девушку. Он хмыкнул про себя. Если им суждено выйти из этой войны живыми, Мират себе невесту уже нашел. Бесстрашную, боевую и красивую.

Иллар задумался. Женщины, конечно, не сражались, как мужчины. Они подносили еду и питье воинам, часто варя всё это под сотрясающимися стенами, падающей смерти. Ухаживали за раненными, и отвозили на погост погибших.

От шныряющих везде мальчишек также была неоценимая польза. Они были посыльными, подносили стрелы, дротики, носили ремонтировать, точить мечи, ножи.

Женщины и дети не сражались, но погибали так же, как и мужчины. И таких трупов Иллар видел не раз. Стрела не выбирает среди жертв сильного мужчину, каменное ядро не видит, куда и в кого оно летит. Как, например, лишь чудом не попав в малышку, которую они привезли с собой. Иллар знал это, но эту молоденькую жизнерадостную девушку было безумно жалко оставлять тут.

Заметил, как оказалось, взгляды Мирата не только Иллар, Орсаг уже делал внушение молодому воину. Их дело было — охранять Иллара, а не выбирать себе невест. Мират краснел, но выслушал старого воина молча. Был виноват и сам чувствовал это.

Они взошли на башню и прошлись по стене.

— Через несколько дней стена может рухнуть, — сказал Вольден.

Иллар увидел то, что хотел показать ему Вольден. Вода во рву в этом месте размыла основание стены. Или там была пустота. Теперь огромный кусок стены висел практически в воздухе.

— Подкоп? — спросил Иллар, хотя и знал ответ.

Именно в этом месте был выход из потайного хода замка. В начале осады они с Бахтиным и Кандиром осмотрели его. Каменный свод казался надежным. Но кто знает, то ли вода подточила старое укрытие, то ли под ударами каменных ядер стена содрогнулась, и старый подземный ход дал трещину. Или то, и другое одновременно. Если дверь рухнет, вода устремится в ход. И это будет слишком заметно.

Вольден этого не знал и поэтому весьма серьезно отвечал:

— Мы слушали землю. Ставили тазы с водой. Ряби не было. Думаю, подкопа нет.

— Ситарцы видят тоже, что и мы?

— Еще нет. Обстрел не увеличился. Но как только они заметят, перенесут сюда своего «буйвола».

Иллар знал, что солдаты прозвали особо мощный требучет торогцев «буйволом». Он метал каменные снаряды, намного превышающие снаряды обычных катапульт и по действию равнялся нескольким метательным машинам или ручным требучетам. К счастью осаждаемых, большие каменные глыбы надо было везти издалека. На это требовалось время и даже удача. Иногда «буйвол» молчал несколько дней и тогда в столице надеялись, что отрядам Хайдира удавалось отбить телеги с камнями.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Совсем недавно у тоготцев был всего один «буйвол». Он планомерно обстреливал речную арку. Но потом появился еще один, затем третий. Первый добивал арку, и противник готовился к штурму по реке. Остальные две Альтам установил у восточных ворот. Если образуется брешь еще и в этом месте, у осаждающих будет три дороги в город.

— Тут такое дело, Вольден…

Иллар рассказал старому командующему все, что знал.

— Поэтому, думаю, нам надо заложить этот ход изнутри. И не медлить. А вы сделайте все, чтобы противник заметил этот уступ. Лихорадочно бегайте, суетитесь. Пусть это привлечёт их внимание. Пусть тащат сюда своих «буйволов».

— А если сделают нового?

— Они так и так делают нового. Но есть возможность, что перетащат тех. Тогда мы выгадаем немного времени.

— А вы успеете заделать ход?

— Начнем прямо сейчас.

Иллар обернулся к Фаркусу.

— Один из самых ближайших выходов был в старой часовне на Базарной улице. Веди туда отряд солдат и каменщиков. Несите камни, готовьте раствор. Пошли кого-нибудь к Кандиру. Пусть ждет меня во дворце, а ты ожидай меня в Часовне. Я не помню, как открывается ход снаружи. Мне надо во дворец. Я открою его изнутри.

— Если враг возьмет внешний город, он удивится такой работе в старой часовне, — спокойно произнес Фаркус. — И сможет воспользоваться этим ходом во дворец.

— Что ты предлагаешь? Тащить всё через Малый город? Это удлинит работы втрое. Не говоря уж о том, что тогда вся Нарта точно будет в курсе. Нет, сейчас во внешнем городе не осталось мирных жителей. Будем работать отсюда.

— Я не начну привлекать противника к этой стене, пока не начнутся работы, — сказал, внимательно выслушавший все, Вольден. — Я не очень хорошо знаю город, но, возможно, вместо вашей часовни там груда развалин.

— Хорошо, мы пришлем вам весть, — согласился Иллар.

Они спустились с башни. Взлетев в седло, Иллар поймал недоуменный взгляд Вольдена:

— Что?

— Вы не заберете ребенка с собой, милорд?

— Проклятье! Я думал… — Иллар нахмурился. А что он думал? Что Люсаль отведет ребенка во дворец? Одна? Или дядя даст ей сопровождение? — Проклятье! — опять сказал Иллар, он просто забыл про нежданную ношу.

А девочка уже бежала к нему. Люсаль еле поспевала за ней.

— Я дала ей немного изюма, — весело сказала девушка, искоса поглядывая на сидящего на своем коне Мирата. Тот не скрывал восхищённого взгляда, потухшего, правда, от резкого оклика Орсага.

Иллар вздохнул и перехватил из рук Люсаль малышку. Что ж, они ведь все равно держали путь во дворец.

— Ты придешь ко мне в гости, Люса? — спросила девочка, удобно устраиваясь впереди Иллара.

— Конечно, Элис. — Люсаль помахала ей рукой.

И они направили коней в сторону дворца.

Девочка явно отошла от испуга и теперь деловито рассказывала Иллару, какие большие ей показала Люсаль котлы, а еще ядра из камней, и много-много стрел.

— А еще я видела папины арбалеты! — гордо заявила она.

— Твой папа делает только части арбалетов — ложе, — поправил ее Иллар.

— Нет, папа делает весь арбалет.

— Скорее всего, сам лук ему приносят, и он собирает готовый, — предположил Орсаг.

Девочка подумала и кивнула.

— Да!

Взрослые рассмеялись.

Вскоре Фаркус отделился от их отряда, направляясь выполнять приказ Иллара. А им пришлось задержать дыхание. Путь к дворцу лежал по еще не очищенной от смрада части города.

Противник продолжал запускать в город части трупов людей и умерших животных, надеясь на болезни и эпидемии защитников. Весь Большой город провонял тленом и смрадом горящих трупов. Специальная команда солдат планомерно обыскивала каждую улицу или спешила туда, куда звали её вездесущие мальчишки, которые за каждый указанный труп получали по небольшой монете. Трупы сжигали. Мальчишкам платили и отправляли их в купальни. Дров не жалели. Жители готовились покинуть Большой город, и заготовленные дрова никому не хотелось оставлять врагу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})