Академия на краю гибели - Айзек Азимов

Тревайз спросил:

— А что, если я не сделаю выбора?

— Вы должны, — сказала Нови. — Вы поймете, что будет вернее, если вы сделаете выбор.

— А что, если попытаюсь, но не смогу?

— Вы должны.

— Сколько у меня времени? — спросил Тревайз.

— Сколько угодно, — ответила Нови, — пока вы не будете уверены в том, что выбрали правильно.

Потекли минуты. Тревайз застыл в молчании.

Все остальные тоже молчали, но Тревайзу казалось, что он слышит биение множества сердец.

Он слышал, как голос Харлы Бранно твёрдо, решительно проговорил: «Свободная воля!» А голос Оратора Гендибаля — «Руководство и мир». А голос Нови прошептал: «Жизнь»…

Тревайз обернулся и увидел, что Пелорат во все глаза, не мигая, смотрит на него.

— Все слышал, Джен?

— Да, Голан, слышал.

— Что скажешь?

— Решение не мне принимать.

— Ясно. Но что ты думаешь?

— Не знаю. Меня пугают все три варианта. И всё-таки мне пришла в голову одна идея — совершенно особенная…

— Да?

— Когда мы только-только вылетели в космос, ты показывал мне Галактику. Помнишь?

— Конечно.

— Ты ускорил её движение во времени, и она задвигалась. Я тогда сказал, как будто предугадал теперешний момент: «Галактика похожа на живое существо». Тебе не кажется, что она уже сейчас живая?

Уверенность осенила Тревайза, как только он вспомнил то мгновение. Он вспомнил и о том, что не так давно решил — Пелорат во всей этой истории сыграет не последнюю роль. Он поспешно отвернулся, чтобы не тратить времени ни на раздумья, ни на сомнения.

Он решительно опустил руки на контакты компьютера и подумал так решительно, как не думал никогда.

Он принял решение, решение, от которого зависела судьба Галактики.

ЭПИЛОГ

88

У Мэра Харлы Бранно не было причин для недовольства. Государственный визит не затянулся и при этом оказался необычайно продуктивным.

Она сказала без обычного высокомерия:

— Но, конечно, доверять им полностью нельзя.

Взгляд её был устремлен в иллюминатор. Корабли Флота Академии один за другим уходили в гиперпространство и возвращались на базы.

Бесспорно, присутствие кораблей произвело должное впечатление на Сейшелл, однако никаких претензий и быть не могло: они не покинули космического пространства Академии и, как только Мэр Бранно отдала приказ, тут же без промедления удалились.

С другой стороны, Сейшелл прекрасно уразумел, что так же быстро корабли могут вернуться, если что. Этот манёвр продемонстрировал одновременно и военную мощь Академии, и её добрую волю.

Коделл сказал:

— Совершенно верно: доверять им полностью нельзя, как и никому в Галактике, и в интересах Сейшелла соблюдать все пункты договора. Мы повели себя благородно.

Бранно уточнила:

— Многое зависит от доработки деталей, думаю, это займет несколько месяцев. Общие положения можно набросать уже сейчас, но потом настанет черед мелочей: конкретные моменты организации карантинных мероприятий по импорту и экспорту, утряска вопроса по соответствию мер веса зерна и мяса и так далее.

— Знаю, но это действительно мелочи, а вы сделали великое дело, Мэр. Удар был точен и силен — зря я сомневался.

— Ну, будет вам, Лайоно. Дело состояло лишь в том, чтобы Академия учла самолюбие и гордость Сейшелла. В конце концов, они сохраняли независимость со времен Империи.

— Да, и теперь они больше нам докучать не станут.

— Конечно, так что всего-то и надо было немного смирить собственную гордыню и дать им возможность продемонстрировать свою. Признаю, это мне далось нелегко, чтобы я, Мэр Федерации, власть которой простирается почти на всю Галактику, унизилась до того, что предприняла визит в провинциальную звёздную систему, но главное было принять такое решение. А им какое удовольствие! Надо было поспорить, Лайоно, — они бы тут же согласились на мой визит, если бы мы подвели корабли к их границам, но это означало бы хорошую мину при плохой игре.

Коделл кивнул:

— А мы избежали внешних проявлений силы, продемонстрировав взамен её сущность.

— Вот именно… Кому принадлежат эти золотые слова?

— Вроде бы так говорится в какой-то из пьес Эридена, но точно не помню. Надо будет поинтересоваться у кого-нибудь из наших литературных светил, когда вернёмся.

— Если я вспомню. Нужно будет поскорее организовать ответный визит сейшельцев на Терминус и проследить за тем, чтобы они были приняты как равные. Боюсь, Лайоно, вам лично придётся заняться проблемой безопасности их делегации. Некоторые наши горячие головы могут не до конца понять ситуацию, а было бы крайне неразумно подвергать наших высоких гостей хоть сколько-нибудь заметному унижению, ну мало ли — вдруг затеют что-то вроде демонстраций протеста…

— Безусловно, — согласился Коделл. — Кстати, удивительно мудро вы поступили, послав вперёд Тревайза.

— Вы про моего громоотвода? Да, честно говоря, я сама от него не ожидала такой прыти. Он с таким шумом ворвался в Сейшелл и вызвал такую бурю негодования с их стороны — поверить трудно. Молодчага! И какое прекрасное подспорье для моего визита — подумать только, гражданин Академии их немножко потревожил, а я уже тут как тут, с заверениями, что такое больше не повторится, и с благодарностью за их снисходительность.

— Замечательно!.. Кстати, вам не кажется, что было бы лучше забрать Тревайза с собой?

— Нет. Если честно, пусть он болтается где угодно, лишь бы не дома. На Терминусе от него покоя не будет. Его бредовая идея о существовании Второй Академии оказалась превосходной причиной для его ссылки, и, конечно, мы рассчитывали на то, что Пелорат потащит его на Сейшелл. Но чтобы он возвращался домой — нет, увольте! Опять начнет сеять смуту. Кто его знает, что он отчебучит в следующий раз.

Коделл крякнул:

— Да уж… Вряд ли отыщется более легковерный человек, чем учёный-фанатик. Я вот думаю — наверное, Пелората можно было и ещё сильнее поднакачать.

— Веры в истинное существование мифической сейшельской Геи было вполне достаточно, но не будем больше об этом. Когда возвратимся, придётся встретиться с Советом, нам потребуются их голоса для ратификации договора с Сейшеллом. К счастью, у нас имеется запись беседы с Тревайзом — достоверная, всё честь по чести, подтверждающая, что он покинул Терминус добровольно. Принесу официальные извинения за кратковременный арест Тревайза, и Совет будет удовлетворен.

— Надеюсь, у вас это проскочит, Мэр, — сухо отозвался Коделл. — Только вот… вам не кажется, что Тревайз запросто может продолжить поиски Второй Академии?