Очень Большой Лес. Том 1 - Василий Головачёв

круг, потом на четвёртый, который пролегал уже над окраинами чёрного леса. Стали отчётливо видны места столкновений зарослей леса-агрессора и Большого Леса, уходившего в беспредельную даль туманного горизонта. Полоса колючих «щупалец», накрывших растения Большого Леса, простиралась не меньше чем на два десятка километров, постепенно мельчая и растворяясь в массе «солдат», роль которых выполняли многоходульные деревья, похожие на земные мангры и баобабы. Основная масса деревьев Большого Леса располагалась за пределами этой полосы, представляя собой стену гигантских «секвой» и «фикусов» высотой до двухсот метров и выше, но величина этих исполинов вряд ли пугала воинство чёрного леса, запускавшего колючих «диверсантов», растений наподобие лиан и плюща. Эти вьющиеся змеями плети опутывали деревья любого размера, высасывая из них соки, и Большой Лес отступал, не зная, как справиться с этой медленной ползучей атакой.

Закричал один из бойцов группы, лейтенант Точилин:

– Слева по курсу вижу блеск!

Пассажиры дружно приникли к иллюминаторам левого борта.

– Пилот, левее на тридцать градусов! – скомандовал Плащинин.

Вертолёт накренился налево, и тотчас же отреагировал второй пилот, он же стрелок:

– Вижу на дисплее металлический объект!

Вертолёт начал снижаться и через минуту завис над краем леска-болотца. Среди зарослей кустарника стал виден лежащий на боку со смятым корпусом и погнутыми лопастями винта вертолёт.

– «Сто семьдесят первый»! – оглянулся на Плащинина майор Полевой.

– Садимся!

– Внизу тихо, никакого движения.

– Готовьтесь к высадке!

Вертолёт прицелился и мягко спружинил на три колёсные подвески в двух десятках метров от разбитого Ми-171.

Первым на Землю спрыгнули бойцы спецгруппы, являющие собой гарантов безопасности экспедиции. Они покружили сначала вокруг севшего Ми-8, потом перебежали к потерпевшему катастрофу собрату «вертушки», нёсшему на борту группу полковника Савельева. Майор нырнул в открытый проём двери центрального отсека, вылез обратно, вскинул вверх растопыренную ладонь, что означало: опасности нет, присоединяйтесь!

Плащинин и Новожилов спрыгнули на мягкую дернину, поросшую густой короткой травой.

– Внутри никого, – доложил Полевой, кивнул на груду коробок и раскрытые контейнеры под бортом Ми-171. – Похоже, они высадились, вооружились, забрали какие-то вещи и ушли.

– Жертвы?

– Крови не видно, наверно, все целы.

– Как давно это случилось?

– По моим оценкам часа три-четыре назад.

– Куда они могли пойти?

– Направление понятно. – Майор показал рукой. – Следы ведут в ту сторону. Если я прав, они отсюда всего в пятнадцати-двадцати километрах.

– Надо их догнать!

– Само собой. Только я бы сначала снял с «вертушки» всё, что может пригодиться нам в дальнейшем.

– Что именно?

– Оружие, боезапас, сухпай, а главное – горючку. Мы проделали приличный крюк по окрестностям, так что топливо нам необходимо как воздух.

– Сможете это сделать – перекачать бензин?

Полевой посмотрел на спрыгнувшего на землю пилота.

– Вопрос к нему.

– Майор, – позвал Плащинин пилота, – подойдите. Есть предложение перекачать горючее из баков разбитой «вертушки» в нашу машину. Это реально?

Пилот (Плащинин к стыду своему обнаружил, что помнит лишь его фамилию – Терехов) критически глянул на разбитый Ми-171, посвистел сквозь зубы.

– Поможете – попробуем, если там что-то осталось.

– Займитесь этим срочно! – Плащинин перевёл взгляд на Полевого. – Помогите лётчикам и заберите, что может пригодиться.

Полевой окликнул своих коллег, державших под прицелом автоматов заросли леска-болотца, и работа закипела.

– Могу я чем-нибудь помочь? – нерешительно спросил Новожилов.

– Лучше проверьте работу вашего «локатора», – посоветовал Плащинин. – В любом случае нам придётся вернуться сюда и найти вход в иномериану. Аппаратура должна работать как часы и не давать сбоев.

– Это не локатор, а фиксатор квантовых осцилляций.

– Какая разница? – усмехнулся генерал. – Мы должны быть уверенными в его пригодности.

Новожилов потоптался рядом, посматривая на растения леска и гигантские «секвойи», видимые над ближайшим подлеском, хотел было что-то сказать, и в этот момент над ним закружил шмель, свалившийся с неба.

Физик вскрикнул, начал махать руками и пятиться.

Плащинин заторможенно уставился на огромное насекомое, забыв об опасности этого представителя чужого мира, но увидел ещё нескольких и закричал:

– Майор, ко мне!

Бойцы спецгруппы отреагировали как надо.

Точилин метнулся к Новожилову, доставая на бегу нож, и первым же взмахом разрубил «шмеля» надвое.

Второй боец, лейтенант Тогаев, бросился к вертолёту и вынес из кабины огнемёт.

Полевой, помогавший лётчикам тянуть шланг к бакам упавшего Ми-171, оценил ситуацию и подбежал к отступавшему Плащинину, также доставая нож.

– Бегите в «вертушку»!

Трусом Плащинин не был, но и геройствовать в такой ситуации не хотел, поэтому повернулся, на полусогнутых добежал до вертолёта, вскочил в кабину. Интуиция подсказала ему, что надо делать. Генерал схватил лежащий в проходе между сиденьями переносный зенитно-ракетный комплекс и не раздумывая выскочил наружу.

Тогаев в этот момент выпустил струю пламени по рою шмелей, превращая их в рассыпающееся облачко вспыхивающих кусков шлака.

Лётчики, отбежавшие от корпуса разбившегося Ми-171, проследили за падением горящих насекомых, остановились, оглядываясь на майора, не двинувшегося с места, высматривающего в небе посланцев чёрного леса. Но шмелей больше не было, и Полевой, опустив ствол автомата, повернул голову к пилотам.

– Заканчивайте! Лейтенант, помоги им!

Точилин, которому предназначался приказ, воткнул нож в чехол на поясе, метнулся к лётчикам.

– Давайте, ребята, скорее!

Полевой заметил Плащинина с ПЗРК в руках, изогнул бровь, но шутить не стал, подошёл к нему, взял у генерала трубу «Вербы».

– Правильное решение, товарищ генерал. В любой момент можно ждать прибытия более серьёзного противника.

– Жаль, что мы взяли только один огнемёт, – с понимающей улыбкой сказал Плащинин, благодарный за то, что майор своими словами просто корректно успокаивает его.

Тогаев тоже подошёл к лётчикам, опустил огнемёт на траву и начал помогать им вместе с Точилиным.

Процедура подсоединения шланга от баков Ми-8 до баков Ми-171 заняла четверть часа.

– У них тут всего литров двести осталось, – крикнул пилот.

– Забираем всё, что есть, – ответил Плащинин.

Загудел моторчик, качая бензин.

Внезапно из-под земли раздался низкий гул, от которого заскрипели вертолёты, отзываясь вибрацией корпусов.

Люди, почувствовав ногами дрожь земли, невольно раскорячились, принимая позы полуприседа.

– Это ещё что за фигня?! – осведомился Полевой.

– Землетрясение! – вякнул побледневший Новожилов, успевший залезть в кабину.

Гул стих, наступила хрупкая тишина.

– Заканчивайте! – приказал майор. – Сматывайте шланг!

– Мы ещё не всё перекачали, – заикнулся пилот.

– К чёрту! Бросайте шланг, быстро в машину! Заводите двигуны!

Пилоты переглянулись, медля, но привыкшие выполнять приказы старших по званию бойцы спецгруппы похватали своё оружие, отступая к вертолёту, и лётчики, отсоединив шланг, последовали за ними.

Отступил и Плащинин, ещё не осознавая, чего ждать от местной природы.

– Смотрите! – вдруг крикнул Новожилов.

Из-за ближайшей крепи деревьев «подлеска» (он был вдвое ниже основного «секвойя-фикусового» леса, похожего на земные ракиты) вынеслось облако огромных бабочек и нырнуло к вертолёту красивым крылом чётких