Загораются звёзды - Ольга Горошанская

Не сходя с тропинки, он пошел дальше, а на выходе, где казалось, заканчивался лес, стояла высокая фигура старца с длинной белой бородой в серебристом одеянии и посохом в руке, покрытым руническими надписями.

За ним начиналось какое-то поселение, но было очень плохо видно, что там, потому как фигура заслоняла собой проход, а остальной обзор закрывал мост. Посох казался не только антикварным, но и волшебным, живущим своей собственной жизнью, соединяя в себе все основные стихии. Огонь и вода змейками переплетались, создавая рукоять, а воздух играл с камнями, имитируя набалдашник. Даже время и волшебство ссыпалось магическими искрами, хороводы водя вокруг верхушки.

— Здравствуй Севем, — поздоровался маг, опираясь на свой посох.

— Добрый день, откуда вам известно мое имя? И кто вы?

— Мне многое известно. И это не столь важно.

— А что же важно?

— Важна цель, преследуемая тобой.

— Мне нужно туда, — Севем кивнул куда-то за спину старцу, сам не зная, что будет делать, перейдя мост.

— Зачем?

— Вернуть любимую.

— Тебе нечего там делать, — нахмурив кустистые брови, бросил старец, пристукнув своим посохом.

— Вы не понимаете, — Севем выхватил волшебный меч, желая как минимум вступить в бой.

— Неужели ты думаешь, это поможет тебе? — хмыкнув заявил противник, и оружие обвилось вокруг запястья Защитника.

— Но…

— Твоя магия здесь бессильна, ты здесь пока чужой. Не пришло твое время.

— Я…

— Да, ты можешь лишь просить, и если я сочту нужным, то пропущу тебя.

— Мерлин, я столько ждал не для того, чтобы меня остановил какой-то старикан с палкой, — возмутился дем Гор и хотел двинуться на фигуру, как наткнулся на невидимую преграду.

— Вот, ты и знаешь мое имя, — усмехнулся тот, подшучивая, но стойкий в решении.

— Мне очень нужно туда, — немного помолчав, попросил Севем в стремлении завершить начатое.

Старец в пренебрежении закатил глаза к небу.

— Не там ищешь, — снизошел до объяснений он, проговорив грозным голосом. — А теперь все. Иди. Ты и так здесь слишком долго.

— Но…

«Может его обмануть?

Стоп, он же сказал, я не там ищу. А где тогда нужно?»

— Где искать?

— Придет время — все поймешь.

«Но я все равно должен пройти туда».

— А если я хочу освободить другого волшебника?

— Кого? — спросил старец.

— Цветалия Линкс или Цезария Солерон.

«В конце-то концов, в пророчестве говорилось именно о Цветалии, вот пусть и поможет утихомирить Императора».

— Их тоже нет здесь.

— А где?

— Я сказал, придет время — узнаешь.

— Моя мать? — наугад спросил Севем, не ожидая услышать какого-то другого ответа.

— Она здесь есть, но я не думаю, будто тебе сейчас нужна она.

— Но…

— Я здесь именно для того, чтобы сохранить твое время, но если ты сейчас не вернешься, то мне придется тебя пропустить, ведь промедлив сейчас, ты потеряешь свою судьбу, и тогда точно нужно будет ее возвращать назад.

— Вы можете говорить понятней?

— Что же тут непонятного? Иди уже.

Но дем Гор не собирался уходить и старец, поняв это, ударил посохом о землю, отправляя чужака назад при помощи своей магии.

Открыв глаза, Главный Защитник понял, стоит посреди своей лаборатории, а голова болит так сильно, словно его вызвали несколько лет назад и если он промедлит еще хоть мгновение, то развалится, а его все равно затянет в портал.

Обратив внимание, меч не совсем в том состоянии, котором должен работать, вернул его в первоначальный вид, и попробовал творить волшебство. Заклинания получались отменные, как всегда. Призвав теплый камзол, подошел к зеркалу и, слыша громкий скрежет активации, перенесся на ярмарку, а оттуда переправился порталом в тропический лес.

Сосредоточившись на магии вызова, позволил затянуть себя, отправляясь к Императору тьмы.

Падая на пол в поклоне, заметил, Император чем-то очень доволен, а кроме него самого в зале пребывала только Белладонна.

— Как прогулка, Севем? — спросил Хозяин, гладя по одной из голов своего питомца.

— Я ни с чем пришел, мой Император, — не поднимая головы, ответил дем Гор, ожидая порции, нового проклятия, но его не последовало.

— В темном лесу был?

— Да, мой Император, — отрапортовал Севем, не понимая, почему тот расспрашивает его.

— Никого там не видел?

— Только Мерлина. Он-то и не пустил меня в поселение.

— Всегда знал, что он умен. Знаешь, Севем, если бы ты вошел в поселение, то не вернулся. Что тебе там понадобилось? Или ты решил устроить Йольский отпуск?

«Ты не знаешь, что у меня есть радуга? Молодец, Марс, всегда знал, на тебя можно положиться, ты никогда не подведешь.

Пусть он думает, я рисковал своей жизнью… а вот ради чего?

Думай, Севем, думай.

Что предоставить ему, благодаря чему я останусь еще и в выигрыше?»

Волшебник ничего не отвечал, ожидая сам не зная чего.

«Что-то не так. Почему он так весел и в виду моей неважной в последнее время активности, даже ни разу не снабдил меня экспериментальным заклинанием? А где его любимое проклятие, которое накладывает на всех и вся вместо приветствия?

Что же могло произойти?» — теперь обеспокоено думал дем Гор, смотря в пол.

— Встань, Севем. Я не люблю разговаривать, когда не вижу глаз.

Он медленно поднялся, стараясь поставить свой самый сильный блок, чтобы Император не добрался до его обеспокоенных мыслей.

— Севем, ты знаешь, какое сейчас число?

— Нет, мой Император, — поколебавшись, ответил, задумавшись всего лишь на секунду.

— Первое января. Тебя не было чуть больше недели, но ты был не очень нужен мне, поэтому я не буду тебя сейчас наказывать. Если же это повторится… — тот, задумавшись, остановился, давая понять, ничего хорошего из этого ждать не следует.

— Я пытался выполнить Ваше поручение, — вставил Защитник, вспоминая, он все-таки хитрый алхимик.

— Да? И какое же?

— Возродить Магнификантов.

— Ты знаешь, мадемуазель демро Нат сбежала из-под опеки маразматика Светоса? — спросил колдун, акцентируя внимание, не позволяя уйти от темы.

«Удивление. Я должен его сыграть.

Так вытягиваем лицо, немного округляем глаза, выталкиваем соответствующие противоречивые чувства. Хорошо.

А теперь ухмылка».

— Вы уже знаете, где она.

Не вопрос — утверждение.

— Теперь поймать ее не составит никакого труда.

«Неужели ты ее нашел? А я думал, она в безопасности. И Шерри не вернул, и Вишенку не смог уберечь, — корил себя, жалея о походе в целом, оставаясь неудовлетворенным результатами. — Слишком долго не было меня».