"Один из..." - "100 миллиардов солнц". Компиляция. Книги 1-6 (СИ) - Петров Олег Георгиевич

- Обязательно сфотографируйте! - настойчиво попросила Земля, в то время как группа создателей АМС принялась бурно обсуждать эту новость. Невыход головки камеры был в свое время главной версией, получившей подтверждение. Наконец, все отснято, и космонавты подходят к аппарату вплотную. Гагарин первым коснулся рукой длинной антенны и по-простому сказал:

- Ну, здравствуй.

Телекамера с корабля все еще может их видеть, хоть и на пределе угла поворота штатива. На максимуме увеличения и на самом краю поля зрения с трудом можно понять, что происходит, но картина все равно трогательная.

После этого, во имя науки пришлось совершить акт космического вандализма. С трудом, но отвернули крепление одной из антенн и вместе с кусками кабеля положили в мешок, предварительно откусив ножницами саму антенну и оставив всего сантиметров десять. Для изучения вполне хватит. Также не без труда, но сумели открутить крышку и вытащить застрявшую головку камеры. Это очень ценный улов, изучение такого артефакта после шести лет пребывания на Луне сильно продвинет материаловедение. Все находки упакованы в номерные мешки, и космонавты заново фотографируют слегка «облегченный» аппарат.

- Леша, у меня по плану панорама, а у тебя образцы, - подсказал Гагарин, даже не заглядывая в шпаргалку, и напарник, молча подхватив инструменты с пустыми мешками, взялся за дело. Командир в это время сосредоточенно фотографирует окрестности.

- Здесь отличное место для забора образцов, - через пару минут нарушил молчание Леонов. - На краю кратера, то есть Клумбы, много выброшенного материала, но цвет очень ровный. Очень мало камней. Я беру первый образец верхнего слоя, светло-серый материал. Двадцать первый номер.

- Отлично, двадцать первый образец, - продублировала Земля. - Теперь с глубины.

- Да, я снимаю верхний слой, - ответил бортинженер, орудуя совком на длинной ручке. - Снизу грунт темнее и мелких камней еще меньше, почти нет. Это будет номер двадцать два.

- Леша, геологи напоминают, что нужно взять несколько камней, - напомнили с Земли. - Только с внешнего края вала, а не изнутри.

- Помню, - буркнул в ответ Алексей. - В кратер пока не лезем, но вид красивый. Камни пойдут в двадцать третий мешок.

- Я вот что думаю, - вслух рассудил командир, меняя кассету с пленкой. - Оболочка от нашей «Луны» должна быть где-то рядом. Возможно, совсем рядом. Может, мы ее найдем?

- В программе этого нет, - строго ответила Земля. - Но у вас запас по времени.

Речь об амортизирующей оболочке, которую «Луна-6» сбросила после посадки и которая не может находиться слишком далеко от аппарата. К сожалению, легко обнаружить черную ткань на фоне серо-коричневой Луны не получится, но экипаж не теряет надежды. И в самом деле, чудес не бывает, не могли же амортизаторы исчезнуть!

- Леша посмотри-ка сюда! - воскликнул командир.

- Куда? - переспросил Леонов, упаковывая образцы. - Я такой камень нашел, похоже на базальт с кристаллическими вкраплениями.

- Ладно, я сам, - не стал отвлекать друга командир. – «Заря», я сейчас подойду поближе. Кажется, я нашел амортизатор. Метрах в двадцати от «Луны-6» с обратной стороны от Клумбы есть крошечный кратер, номерной.

- Номер 776, - подсказала «Заря».

- Наверно, да. Оболочка скатилась в него и лежит в тени от края, поэтому ее не видно.

Оболочка и вправду лежит там. Разумеется, газ из нее давно вышел, и сейчас она напоминает съежившуюся черную тряпку.

- «Кедры», мы тут посовещались, - вмешались с Земли. - И просим вам отрезать часть оболочки с клапаном. Остальное не нужно.

- Сделаем, - пообещал командир. - Леша, как закончишь со своими камнями, тащи ножницы, а я пока снимки сделаю. Это одна половинка, а вот где вторая?

- Я почти закончил, - доложил Леонов. - Я сделал несколько шагов к краю Клумбы, грунт там очень плотный, так что беспокоиться не о чем. Я увидел булыжник размером сантиметров тридцать с острыми краями и сейчас его осматриваю. На одной стороне вкрапления стекла в виде пузырьков размером примерно сантиметр. С другой стороны длинная трещина. Камень лежит в небольшой яме и мне кажется, что он прилетел откуда-то сверху, и яма получилась при ударе. Возможно, его выбросило из Брюса при его образовании.

- Хорошо, но будь осторожен на краю, - забеспокоилась Земля.

- Склон очень пологий, - прикинул Леонов. - Мы без труда пройдем и вниз, и вверх. Ого, что я вижу! Вторая половинка амортизатора лежит!

- Да ты что? - не поверил командир. - Ты уверен?

- Так точно! – уверенно подтвердил Алексей. – Лежит чуть дальше, чем твоя половинка, вниз по склону. Я даже след вижу в пыли, как она катилась! Склон ярко освещен, отлично видно! Надо же, шесть лет прошло, а будто бы вчера…

- Тут шесть миллионов лет пройдет, ничего не изменится, - проворчал командир. – Что с твоим камнем? Будем брать?

- Великоват, - с сожалением ответил Леонов. – Но образец взять надо. Сейчас попробую молотком постучать.

То ли бортинженер правильно силушку приложил, то ли камень оказался хрупким, но от нескольких ударов молотком он раскололся на две неравных половинки, меньшую из которых Алексей благополучно упаковал. После чего схватил ножницы и кенгуриными прыжками поскакал на помощь командиру. Не без труда, но космонавты отрезали от амортизатора нужный кусок, упаковали все в мешок и смогли, наконец, перевести дух.

– Мы закончили выполнять план по этой точке, - доложил Гагарин. – «Заря», как слышите?

- Вас слышим, «Кедры», отдыхайте.

Вместо предполагаемого отдыха оба космонавта встали на самом краю кратера и отсняли второй амортизатор вместе с дорожкой потревоженной пыли, тянущейся вниз по склону. Оба пока не чувствуют усталости и им не терпится продолжить исследования.

Через несколько минут Земля даст им разрешение спуститься в кратер, но двухсотметровая Клумба станет для них лишь легкой разминкой. На следующий день им предстоит развернуть привезенное с собой оборудование и убедиться, что все работает как надо. И если все работы второго дня будут выполнены в срок, то на третий день им предстоит трудное и довольно рискованное дело. Но до последнего момента нет ясности, одобрит ли Земля двухкилометровый марш к самому краю огромного кратера Брюс.

Есть и еще один фактор, который учли планировщики. В это же самое время, коллеги и вечные соперники из США приближаются к цели, и программа исследований у них, насколько можно судить, тоже неслабая. Поэтому, отступать перед лицом коллег-соперников очень не хочется.

Москва, август 2058 года

Отставной адмирал Юджин Дорман никогда не верил в сверхспособности. Неужели наступает именно такой момент, когда придется поверить? Уже больше года назад его привлекли для расследования, и многого удалось достичь, но ему до сих пор казалось, что каких-то реальных, весомых результатов никогда не будет. И вдруг сразу такое!

Еще полгода назад Ник, то есть, Николас Фаррел, посол Соединенных Штатов в России и куратор проекта, переложил почти все свои посольские дела на плечи помощников и с головой ушел в расследование этой таинственной истории. Они с Дорманом рассмотрели множество тупиковых версий и даже нашли несколько реальных зацепок, но этого мало. А теперь, Ник вдруг срочно вызвал адмирала на встречу, где вывалил на него огромный массив новых находок.

- И что, все эти люди теперь в Москве? - переспросил Дорман, не отрываясь от экрана.

- Тут все точно, - кивнул Ник. - Зря сомневаешься в наших методах. Это целая толпа, больше сотни человек, Джин! Я тогда еще сказал, что нужно надавить на центры хранения данных, которые мы можем контролировать, и проанализировать самые очевидные вещи. Вот на билетах и бронировании гостиниц мы их и поймали. Выявить смогли только статистически, и ты не представляешь, чего это стоило. И интересная корреляция, у всех этих людей нет прошлого. То есть, вообще никакого. Ни родственников, ни знакомых, ни родителей, ни детей. Там, где они якобы жили, их никто не знает, то есть вообще никто! Ни одного человека! Ты понимаешь?