Павшая луна: комплект из 2 книг - Джим Чайковски

расскажи, какие еще есть способы ублажить женщину?

* * *

Грейлин очнулся, разбуженный громким стуком в дверь каюты. Он поспешно вскочил с койки, удивленный тем, что задремал. Он намеревался лишь немного полежать, давая отдых ноющим членам.

Сидевший рядом с койкой Кальдер вскочил и ощетинился.

Грейлин положил варгру на спину ладонь, успокаивая его.

– Все в порядке, брат! – Он повысил голос: – В чем дело?

– Старина, если ты еще не дрыхнешь, – ответил Дарант, – живо дуй в носовую рубку!

В голосе пирата прозвучало возбуждение. Застонав, Грейлин слез с койки. У него стрельнуло в спине. Он кое-как прохромал несколько шагов по каюте. Мышцы онемели после короткого сна. Открыв дверь, Грейлин не увидел никого в коридоре и направился в носовую часть корабля.

По-прежнему ощетинившийся, Кальдер последовал за ним.

Грейлин чувствовал себя так же. Несколько согревшись, его тело избавилось от боли, однако сердце продолжало гулко колотиться. Что произошло? Почему Дарант его разбудил?

Грейлин вошел в тесную носовую рубку «Пустельги». Дарант стоял рядом с Хиском. Старик прильнул к окуляру дальноскопа.

– Подойди, взгляни вот на это, – сказал Дарант, отстраняя Хиска.

Грейлин занял место старика перед дальноскопом. Он снова увидел облака, но теперь поле зрения не было ограничено водоворотом дыма над Торжищем. Вдалеке небо было рассечено черными скалами, озаренными солнцем; их основание тонуло в сплошной пелене тумана.

– Что я вижу перед собой? – спросил рыцарь.

– Скалы Саванов, – объяснил Дарант. – Но присмотрись к тому, что прямо посредине, в тумане у скал.

Грейлин сосредоточил взгляд на том, на что указал пират. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы разглядеть пятно дыма, похожее на густую пыль на плите белого мрамора. Над ним висело облачко.

Крепче стиснув дальноскоп, Грейлин спросил, не оборачиваясь:

– Неужели это тот сигнал, которого мы ждали, а?

– Возможно, – ответил Хиск. – На протяжении всего дня я наблюдал за клубами черного дыма над Торжищем. Высматривая облачко синего дыма. И вдруг кое-что привлекло мое внимание совершенно в другом месте. Яркая вспышка над этими скалами.

– Что это было? – спросил Грейлин.

– Точно не могу сказать. К тому времени как я направил дальноскоп в ту сторону, вспышка уже погасла. Но с тех самых пор я в полглаза приглядывал за тем местом. И это очень хорошо, потому что – бах! – и там опять появилось облачко синего дыма. Я тотчас же позвал Даранта, да.

Выпрямившись, Грейлин посмотрел на Даранта и Хиска.

– А что, если это просто дым от костра?

– Я бы сказал, он чересчур синий, – покачал головой Дарант.

Нахмурившись, Грейлин посмотрел в носовые окна на горящую Гавань Ярмарок.

– Если это Никс и ее спутники, как им удалось добраться до тех скал? Зачем они вообще туда направились?

– Не знаю, – сказал Дарант. – Но есть только один способ это выяснить.

Грейлин стиснул кулак, чувствуя, как гулко колотится сердце. Ему хотелось поспешить прямиком туда, но…

– А если это ловушка? Быть может, кого-то из них схватили и под пыткой заставили сказать, как подать нам сигнал? Возможно, это приманка.

– Я подумал то же самое, – признался Дарант. – Вот почему я разбудил твою старую задницу, прежде чем разжигать горелки.

– Летим туда! – решительно заявил Грейлин.

* * *

В носовой рубке «Тайтна» Микейн расхаживал взад и вперед перед Хадданом. Военачальник не отходил от матроса, обслуживающего дальноскоп по правому борту.

– Ну, что ты думаешь? – спросил Хаддан у проводника.

Микейн ждал, нетерпеливо барабаня пальцами по бедру. Он только что вернулся на борт боевого корабля. От него несло дымом и конским по`том. Глаза у него слезились, ноздри были забиты гарью. Тем не менее принц отчаянно жаждал вернуться в Гавань Ярмарок и продолжить поиски. Воины легиона перерывали дома и погреба, допрашивали горожан, стремясь установить, кто еще участвовал в заговоре против короля. Кто-то в городе должен был быть в курсе замыслов Канте. Не могло быть и речи о том, чтобы Канте прибыл в этот отдаленный город, не имея здесь сообщников, особенно если учесть, что ему удалось каким-то образом завладеть оружием, похищенным у Врита.

Микейн не сомневался в том, что здесь замешаны и другие.

«Канте слишком туп, чтобы состряпать все это в одиночку».

Также у Микейна была другая причина вернуться в город, не имевшая никакого отношения к выкорчевыванию приспешников его младшего брата. Находясь в Торжище, принц наслаждался покорным раболепием горожан. Их крики и мольбы возбуждали его. Перчатки Микейна были в крови тех, кто отказывался отвечать на его вопросы. Принц с завистью смотрел на то, как его рыцари волокли в укромные места сопротивляющихся женщин.

Микейн жаждал присоединиться к своим людям, чтобы дать выход своему раздражению и насладиться всеми черными утехами, доступными завоевателю. Он вернулся на борт «Тайтна» только для того, чтобы взять свежую лошадь. Его жеребец уже начинал спотыкаться, уставший от дыма, с закопченными легкими. А наследному принцу не подобало появляться на людях верхом на развалюхе.

Однако, как только Микейн поднялся на борт корабля, Хаддан пригласил его в носовую рубку.

«И все из-за какого-то облачка дыма на горизонте!»

Наконец проводник оторвался от дальноскопа.

– Окраска слишком синяя. Я уверен. Это не дым от костра.

– Значит, сигнал, – решительно заявил Хаддан.

Остановившись, Микейн прищурился.

«Что там происходит?»

– Так точно, господин военачальник! – Проводник выпрямился под пристальным взглядом Хаддана. – Но у меня нет никаких мыслей насчет того, почему его подали и для кого он предназначался. Быть может, это лишь охотники предупреждают друг друга.

Подойдя к большим носовым окнам, военачальник устремил взор на скалы, обозначающие Саваны Далаледы. Он задумчиво потер щетину на своем рассеченном шрамом подбородке.

– Возможно, это заговорщики, примкнувшие к моему брату, – шагнул к нему Микейн. – И они пытаются связаться со своими сообщниками в Торжище. Призывая всех своих сторонников собраться у Саванов.

Шумно вздохнув, Хаддан искоса взглянул на перепачканные копотью доспехи принца, задержавшись на испачканных кровью перчатках.

– Возможно, ты прав, – посмотрел он Микейну в лицо.

Тот опустил плечи.

– Я отправлю туда челн.

Военачальник собирался отвернуться, чтобы отдать необходимые распоряжения. Микейн собрался было схватить его за плечо, но тотчас же отдернул руку, увидев, что военачальник встрепенулся от подобного дерзкого панибратства. Поспешно отступив назад, принц щелкнул каблуками и вытянулся в струнку.

– Позвольте мне отправиться на челне!

Казалось, Хаддан был готов отвергнуть эту просьбу.

– Челн может взять на борт два десятка человек, даже одного-двух монгеров. Дайте мне своих лучших рыцарей, которые здесь томятся в безделье. Мы схватим этих заговорщиков и допросим их с пристрастием!

– Быть может, это простые охотники, как предположил проводник Прайс.

– И тем не менее мы должны убедиться наверняка. – Микейн указал рукой на свои перепачканные доспехи. – Наследный принц должен сиять ярко. Народ должен видеть, как он решительно выкорчевывает всех тех, кто замышляет недоброе против короля!

Хаддан снова бросил взгляд на окровавленные перчатки Микейна.

– И наверное, никому не стоит видеть, как принц избивает преданных подданных короны. Определенно, лучше не делать этого на глазах у целой центурии рыцарей.

При этих словах, наполненных обвинением, Микейн вспыхнул. Однако он понял, что лучше не отпираться, не громоздить напрасную ложь, в то время как оба они знали правду.

– И не рискуй без необходимости! – пристально посмотрел на принца Хаддан. – Я верю в твою рассудительность. С тобой отправится командир Вирлианской гвардии. Ты будешь беспрекословно его слушаться. Это понятно?

– Так точно, господин военачальник! – щелкнул каблуками Микейн.

Опасаясь, что Хаддан может передумать, принц тотчас же развернулся и покинул рубку, сделав над собой усилие, чтобы не бежать. Он надеялся, что у него будет достаточно времени перед отбытием челна к скалам, чтобы начистить свои доспехи. Микейн собирался вновь сиять во всем великолепии.

Покидая носовую рубку, принц усмехнулся, оттирая с перчатки засохшую кровь, – не чтобы почистить, а чтобы освободить место для новой.

Глава 52

Райф пересек усеянное костьми поле, направляясь