Голливуд истекает кровью - Х. Р. Пенроуз

Мы были двумя взрослыми людьми со сломанной психикой, данной нам в детстве, которые прошли долгий путь во взрослую жизнь и на каждом шагу сталкивались с проблемами. Поскольку Рейн был прав, когда сказал, что не изменился, некоторые проблемы слишком глубоко укоренились в нас, чтобы их можно было изменить. Но мы могли приспособиться.

— Я люблю тебя, Рейн Марчетти. Ты должен принимать меня такой, какая я есть, так же, как я принимаю тебя, — я искренне улыбнулась ему, когда он кивнул в знак согласия. — Итак, что теперь происходит?

— Сейчас? — он вышел из меня, но продолжал держать в своих объятиях, в его серых глазах блеснули искорки, когда он заявил без тени шутки в голосе. — Теперь… ты возвращаешься в лагерь. Я трахаю тебя до бесчувствия, пока ты не забеременеешь. Потом мы продолжим после того, как у нас будет первый ребенок.

Он пожал плечами, когда мы поднялись наверх, в мою спальню. Когда он опустил меня на кровать, я откинулась на локти, рассматривая его. Он ни в малейшей степени не шутил. Ах, черт. Я отказывалась передавать психическое расстройство невинным детям, как бы сильно мне ни хотелось принять это предложение.

У меня вырвался недоверчивый смешок.

— Ты не можешь говорить серьезно.

— Смертельно серьезно, — он прикрыл рот рукой, пытаясь скрыть уверенную ухмылку, которую я уловила.

Этот мужчина никогда не был идеальным, как и я. Но, с другой стороны, он всегда нравился мне ущербным, грубоватым по краям.

Мы узнали темноту друг друга.

Между нами заговорили даже тишина и безмолвие.

Какой это был крутой поворот сюжета.

Эпилог

Рейн

ТРИ ГОДА СПУСТЯ

— Если кто-нибудь когда-нибудь разобьет сердце нашей дочери, я вырву его из груди и положу к ее ногам в качестве подарка, — объявила Пэрис.

Я изучал ее, отмечая серьезность этих слов.

И все же я знал, что это именно то, чем они были. Просто слова.

Она бы этого не сделала, решив оставаться наивной по отношению к деловой стороне мафиози. Насилие, которое имело место, если только оно не было вызвано необходимостью знать. Я уважал ее решение по этому поводу.

Ее материнские инстинкты сделали ее безумно заботливой с тех пор, как она родила нашу принцессу всего год назад.

Мэдисон Стелла Марчетти. Красивая малышка, с волосами цвета воронова крыла, как у ее матери, и серыми глазами, точно такими же, как у меня.

Во многих отношениях она напоминала мне свою маму, когда та была новорожденной, когда я держал ее на своих подростковых руках.

Мы обнаружили, что ее биполярное расстройство не было наследственным; я знал, что это было то, чего она боялась. Она отказалась от концепции детей из-за своих убеждений. Это было то, из-за чего мы спорили. Но мы проконсультировались со многими профессионалами, которые подтвердили положительные новости.

Это успокоило сверхактивный разум Пэрис. Они доказали, что это не было заложено в ее биологической семье, и иногда для этого не было причин — просто химический дисбаланс в мозге. Я знал, что это непросто. Считалось, что это также сочетание физических, экологических и социальных факторов. К этому нельзя было привязать логику.

Мой ответ? Даже если бы кто-нибудь из детей, которых она родила, вырос с этим диагнозом, Пэрис знала бы, как провести их на каждом этапе пути, поскольку сама прошла через циклы и все еще проходила через циклы. Был шанс, что наши дети унаследовали бы это. С этим нам пришлось бы жить.

Я многому научился, исследуя это, но еще больше — живя бок о бок с этим. Лекарства не существовало. Пожизненное заболевание.

На протяжении многих лет я удерживал Пэрис, когда тьма окутывала ее, душила в объятиях, пытаясь утащить вниз. Когда она вцепилась себе в волосы, раскачиваясь взад-вперед, пытаясь избавиться от голосов и эмоций в своем сознании, которые вели ее по пути, которому я не мог следовать.

Часть меня сломалась, когда она умоляла меня покончить с ее жизнью, прекратить боль, которую она испытывала. Я отказывался отпускать ее, позволить этому захватить и поглотить ее.

Она влюбилась в меня в худшие мои моменты. Я любил и лелеял ее в самые ранимые и слабые моменты.

Я был человеком, который мог достать практически все, но лекарство от психических заболеваний не входило в их число.

— Король. Сокращение от Королевства, — пробормотал я, поглаживая растущий живот моей жены, которая носила нашего сына, которому еще предстояло познакомиться с миром.

До его родов оставалось всего два месяца, а мы еще не договорились об имени.

— Нет.

Она нахмурилась, нежно проводя рукой по моим волосам, когда стояла надо мной, а я опустился на колени у ее ног.

Единственный человек, перед которым я когда-либо преклонил бы колени.

— Да, — настаивал я.

Она фыркнула.

— Если я соглашусь, это будет означать, что я смогу вернуться к работе вскоре после родов без долгих споров.

Двигая челюстью из стороны в сторону, я проигнорировал предложение. Я перебрался на диван, усадив ее к себе на колени. Мои руки скользнули вокруг нее, чтобы придержать живот. Мой сын. Мои пальцы согнулись, когда он пнул. Пэрис издала радостный смешок. Я купался в этом звуке.

Беременность шла ей только на пользу. Я прикусил мочку ее уха, прежде чем провел по ней языком, мои действия вызвали стон, когда она потерлась об меня задницей.

— Прекрати, пока я не уложил тебя на диван, — предупредил я, мой член затвердел.

Протестующе зарычав, она встала со вздохом, уперев руки в бедра, когда мой член прижался к моим штанам. Пэрис выглядела искренне удрученной тем, что мы не могли ей потакать.

— Мы не можем. Люди вот-вот прибудут.

Ах, да, это. Вечеринка по случаю дня рождения. Вечеринка по случаю дня рождения годовалого ребенка. Тот самый ребенок, который в данный момент дремал, не заботясь о том, что у нее начала собираться толпа людей, готовых праздновать.

Я привел себя в порядок, проверяя видеомонитор и видя, что Мэдисон крепко спала.

— Ты можешь отменить, — я пожал плечами. — Мы видим этих людей постоянно. Мэдисон видит их постоянно.

Она всплеснула руками.

— Но это вечеринка по случаю дня рождения! Это совсем другое. К тому же, это ее первый день рождения. Это что-то особенное.

Отметив время, я был разочарован тем фактом, что все будут здесь с минуты на минуту.

— Я позову принцессу, а ты иди вниз.

На ее лице промелькнуло выражение облегчения; она с трудом выносила Мэдисон из-за