Когда ты скажешь "Да" (СИ) - "Ann-Christine"

— О чем вы говорите?

Мужчина протягивает мне журнал, обложку которого я видела еще вчера. Кажется, сердце остановилось, все во мне замерло. Боже!

— Вот это удача, — продолжает говорить он. — Держите, для вас бесплатно.

Крепко держу в руках журнал, чтобы он попросту не упал на землю. Тот же заголовок, фото Ричарда и меня. Трясущимися руками отыскиваю страницу, на которой должна быть вся история. В глазах становится темно, как только я начинаю вчитываться в каждую строчку. Это интервью…которое дал Ричард Росс.

Взгляд падает на фотографии, от вида которых становится еще хуже. Я видела их! Вчера! И тогда, в его квартире. Фото моих родителей и его, фотографии с места аварии. Холодок пробегает по спине, когда я читаю каждый его ответ. Как он мог? Значит, Дейв не соврал мне? Росс действительно сделал это сам?

В памяти как назло вплывают его странные телефонные разговоры. Кажется, он говорил что-то про две недели… И этот день как раз сегодня. Я вспоминаю ту девушку-журналистку, с которой столкнулась в его офисе. Он давал интервью.

На глянцевую бумагу падает слеза, затем еще одна и еще. Он поливает моих родителей грязью, говоря, что никогда не простит их за то, что он остался один. Он — главная жертва всей истории. Он и только он.

Нет! Это невозможно!

Все это время он был таким милым. Он говорил, что любит меня! Он не мог этого сделать! Но ведь он это сделал…

Не помню, как добираюсь до «Росс Тауэр», не помню, что говорит мне Клэр. Прижимаю к груди ненавистный мне журнал и прямиком иду к Ричарду Россу.

Как обычно он сидит в своем кресле, за чашкой кофе. Внутри меня все кипит от небывалой ярости. Она питает меня изнутри. От нее невыносимо больно, но сейчас я должна быть сильной. Сейчас я сделаю то, что должна.

— Арианна, малышка, ты решила зайти ко мне с самого утра? — От его милого тона что-то в сердце вздрагивает, но я стараюсь подавить в себе эти чувства.

Прохожу вперед, чтобы взглянуть ему в глаза, после всего, что он сделал. Росс хмурится, как только я приближаюсь. Сейчас я тебе покажу.

— Арианна…

— Ты, — выдыхаю я, пытаясь быстро собраться с мыслями. — Тебе было мало, да? Захотел добить меня окончательно?

— Я не…

— Как ты мог, Ричард? После всего, что было! — Повышаю голос, почти переходя на крик. Слезы душат меня. Настоящая агония поглощает меня. Ярость ослепляет. Ничего не вижу и не слышу. — Чего ты хочешь от меня? Что тебе нужно? Раздавить? Растоптать?

— Арианна, о чем ты говоришь? — Он подходит ко мне, но я отступаю назад. Если он прикоснется, я просто умру на месте.

— Нет! — шиплю я. — Не смей меня трогать. Делаешь вид, что ничего не знаешь, хотя, сам наверняка ликуешь. Да?

— Ликую? Малышка, я тебя не по…

— Не смей меня так называть! — гневно выпаливаю ему. — Ну, расскажи, когда ты все это придумал? Как только вышвырнул меня из компании? Или когда увидел на приеме? Решил снова насладиться местью, да?

Он открывает рот, хмурится, но молчит. Нечего сказать!

— Что это у тебя в руках? Покажи мне. — Он протягивает руку, но с губ срывается легкий смешок. Он это серьезно?

— Что? Еще не ознакомился с финальной версией? Как это так? Наверное, я отвлекла тебя от этого важного дела. Ну, уж извини. Так вышло! Зато теперь, я не буду тебе мешать. Можешь почитать на досуге.

Вырываю несколько страниц, на которых так красочно расписана вся история бедняжки Росса. Комкаю эти идиотские листы и бросаю их ему в лицо. Росс закрывает глаза, молча принимая удар.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Бедный мальчик, который в девять лет остался один из-за каких-то идиотов, которые не умеют водить машину. Сломали ему всю жизнь. Но они ведь заслужили это. Так ты говорил, Ричард, да? Не помню дословно, нужно перечитать.

Сарказм в моем голосе становится осязаемым. Плевать. Пусть все это слышит.

Волна гнева накрывает меня снова, неся куда-то вперед на бешеной скорости.

— Я тебе доверяла! Я думала, ты изменился! А ты… ты просто прикидывался таким благородным и милым, чтобы потом сделать мне снова больно? — Слезы душат меня, ничего из-за них не вижу. — Да, кто ты такой, чтобы распоряжаться моей жизнью? Ты — никто, Ричард Росс! Слышишь? Никто! Трус! Считаешь себя жертвой, да? Носишь в себе эту историю уже столько лет, всем сердцем ненавидя моего отца!

Росс слушает каждое мое слово. На его лице нет ни единой эмоции. Хочу наброситься на него, хочу ударить его, только все это бесполезно.

— Ты всегда думаешь только о себе! Тебя не заботят чувства других. Тебе просто наплевать на всех, кроме себя любимого! Я поверила тебе снова, я действительно считала, что ты искренне любишь меня! Я открыла тебе душу, пустила в свою жизнь, а ты просто вытер о меня ноги. Все оказалось фарсом. Браво, Ричи! Ты отлично сыграл свою роль. Можешь больше не притворяться.

— Арианна, — наконец говорит он. Мрачно и тихо.

— Что? Ненавидишь и меня? Да? Наверное, сейчас наслаждаешься тем, что снова сделал мне больно. Вонзил в спину нож! — Росс тяжело вздыхает. — Так подавись же ты, наконец, своей ненавистью!

Взглянув на журнал, который все еще держу в руках, с болью смотрю на ту самую обложку, которая буквально кричит о сенсации. Конечно, не каждый день мир узнает такие истории.

— У нас был уговор, — говорю чуть спокойнее, хотя внутри настоящий пожар. Не смотрю в глаза Ричарду, боясь попросту снова сорваться. Пытаюсь хотя бы немного успокоиться, но нервы накалены до предела. — Если я захочу уйти, ты не станешь меня удерживать. Не забыл?

Молчание убивает. От него хочется выть так сильно, что попросту не останется сил. Ну, же. Не молчи, Ричард Росс.

— Нет. — Кратко, тихо и монотонно. Словно он робот. Словно он лишен чувств. — Не забыл.

Поднимаю голову, позволяя себе снова окунуться в его бездонные глаза, которые сейчас кажутся мне такими чужими. Сердце разрывается от боли, душа напоминает руины. Внутри все горит от этого адского пламени. Теперь, я окончательно разбита. Теперь, это действительно конец.

— Я ухожу, Ричард. — Смотрю ему прямо в глаза, едва стоя на трясущихся ногах. Тело ломит от нестерпимой душевной боли. Он тоже смотрит на меня неотрывно, но продолжает молчать. Хотя, Ричард Росс уже все сказал в своем интервью. Предатель. — Надеюсь, больше никогда тебя не увижу. Надеюсь, что забуду о встрече с тобой, как о страшном сне. Надеюсь, что сотру о тебе каждое воспоминание. Ты мне противен. Ненавижу тебя, Росс. Ненавижу…

Делаю глубокий вдох, ощущая, что мои силы на исходе. Кажется, я просто упаду посреди улицы, но не почувствую физической боли. На ватных ногах иду к выходу. Все расплывается из-за пелены слез, которая заполонила глаза.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Швыряю ему под ноги журнал и хлопаю дверью. Уже хочу прислониться к стене, потому что больше не могу просто стоять. Но я иду дальше. Я должна уйти отсюда. Навсегда. Я должна забыть это место. Стереть его из памяти.

Идя по холлу, все оборачиваются, наблюдая за моими медленными шагами. Они все знают — все до единого. Теперь, они могут жалеть своего босса, выполняя каждую его прихоть. Кто-то смотрит с осуждением, кто-то — с презрением. Мне удается поймать один сочувственный взгляд, но от этого душевная рана становится только сильнее.