Эротические рассказы - Группа - Stulchik

-Нелечка, - взмолился Жорик, а мне куда свою пушку девать?

-Давай сюда, несчастненький, - сказала Неля. Она легла на пол и положила половой член несчастного Жорика между своих грудей. Мальчики составили караван, Андо вставил свой половой член в задний проход Жорика, Гога - в зад Андо.

-Караван - поехали, - скомандовал Гога, и все начали дружно раскачиваться, пока караван не рассыпался, а все нелечкино лицо оказалось залито густой жориковой спермой.

По дощатой мостовой сибирского городка почти каждое утро раздается женственный, но одновременно и явственно деловитый, стук каблучков. Прохожие с уважением раскланиваются со стройной моложавой в белой блузке, подвязанной под самое горло красной тесемочкой, строгом жакете и прямой юбке деловой женщиной. Этоуважаемый член городского сообщества заместитель председателя райисполкома Нелля Самсоновна.

Много лет и много воды утекло с той греховной ночи, многое изменилось в жизни той юной и смешливой девчонки Нелечки. Она уже вышла замуж и довольно удачно, муж ее тоже уважаемый в городе человек - секретарь райкома партии, родила двух девочек. Да и сама сделала неплохую карьеру, добилась кой-чего в жизни. Большой каменный дом из белого огнеупорного кирпича полная чаша, во дворе красуется белый "Жигуль" с хромированными накладками. И многое еще было. Были и любовники, были и случайные связи в командировках и на курортах. Многое еще было. Но не было больше "того моря". Никогда уже больше она не ездила на это море ее юности, как ни уговаривал ее муж, хотя уж порой совсем близко они проезжали возле него во время отпускных вояжей. Но нет, обычно уступчивая, тут она становилась как кремень. Того моря она уже не найдет, а это же, но другое, ей не нужно. Ибо никогда не может Нелля Самсоновна забыть ту "ночь греха", когда стала она женщиной, а ее три дорогих "братика" - мужчинами. Дорогой, слишком дорогой ценой она заплатила за ту ночь свободы и безумных наслаждений.

...Под утро она уже не могла даже ходить, и мальчики отвезли ее на квартиру в такси. Так на квартире она и пролежала пластом все дни до своего отъезда. Но на мальчиков она не обижалась. Они оказались добрыми и заботливыми ребятами, каждый день навещали ее, приносили фрукты, цветы и сладости, сидели и болтали с ней откровенно и совсем не стесняясь и не утаивая рассказывали ей о своих новых сексуальных победах и приключениях. И она радовалась вместе с ними. Они пришли провожать ее на вокзал, и со всеми она расцеловалась. А потом Андо, страшно конфузясь, предложил ей денег. И она взяла. Ей они не были так уж позарез нужны, она вполне могла бы их отвергнуть с презрением. Но ей не хотелось унижать ее братиков, ставить себя какой-то "жертвой". Нет, она была их проституткой, "проституткой на одну ночь". Но она была честной проституткой, и сполна заплатила за все их финансовые расходы, за их трату душевных сил и доброты. И может у них никогда не будет такой безумной, такой отметающей все ночи, но пусть они считают, что это была "честная сделка".

Но она заплатила дороже. Через некоторое время она вышла замуж за своего нынешнего супруга и ей хотелось вновь испытать т о безумное наслаждение, которое ее охватило в ту безумную ночь. Но все было тщетно. Э т о не приходило. Тогда, решив, что все дело в ее совсем сексуально тупом и безграмотном муже, она стала заводить любовников, и муж пару раз учил ее кулаками и ремнем, когда до него доходили слухи о похождениях его благоверной. Но все было безуспешно. Все ее любовники были на одно лицо, пресными и скучными типами, и кроме механического трения о слизистые ничего она не ощущала. И тогда поняла она, что пришла расплата за ту ночь греха, что навсегда суждено теперь ей оставаться фригидной и холодной женщиной. "Фригидочка ты моя" - звал ее иногда теперь муж. Она уже давно успокоилась, и он сам завел себе любовницу - молоденькую секретаршу, глупую и неумеху, но с упруго торчащими титьками. И она даже не стала на это реагировать, он вполне имел на это право, так скучна до зевоты была в постели его благоверная.

Но не знал и не догадывался он, как часто в ночи его благоверная вспоминала три наставленных на нее ствола, заряженных полным боекомплектом юношеской страсти. Чашу сексуальных наслаждений, отпущенных бабе, видать, она до дна выпила одним приемом в ту грешную ночь, она слишком глубоко заглянула в бездну сексуальных радостей и безумств, и, видать, боги этого не прощают и карают, как покарали Еву, вкусившую от древа познания. Она слишком много "вкусила" за раз, и тоже оказалась покаранной... И где теперь ее мальчики? Помнят ли они ту ночь страсти и безумств? Может действительно Гога до сих пор хранит простынь со следами ее девственной крови? Она не знала. Она сразу же отказалась брать их адреса и давать свой. "Нет, мальчики, - сказала она, - встретились мы на миг, наполнили этот миг безумным счастьем, а дальше наши пути пойдут врозь, и нечего тут сочинять. Я буду помнить вас. И - прощайте". Лишь однажды, когда смотрела она по телевизору встречу с каким-то молодым грузинским академиком, вдруг заметила она на мгновение его хищный взгляд и даже закричала про себя: "Да это же Андошка, мальчик с красивым и большим писом". Но уже через мгновение взгляд его вновь наполнился беспредельной телевизионной пустотой, и она подумала, что может и ошиблась. Имя его она пропустила, а фамилия его ей ничего не говорила.

Никогда и никому она не рассказывала про эту ночь. И лишь вот теперь, глядя на чуть не лопающиеся от живых соков юности формы своей старшей дочери, которой уже шестнадцать, а, если учесть акселерацию, то почти как ей тогда, думая о ее первой предстоящей ночи любви, ей безумно хочется рассказать, как все это было у нее. Но какой-то страх останавливает ее. Но может все-таки она ей и расскажет со временем. А пока все также регулярно приходит по ночам картина -ночь перед "расстрелом", и она, молодая и обнаженная под звездами мироздания, и три заряженных полным боекомплектом ствола целятся ей в грудь, словно готовые по команде пересечь ее жизнетворными струями.

1980 Небит-Даг

Воспоминания о детском садике - 2 (Зеркальная история)

Категория: Группа

Автор: Alex Hard

Название: Воспоминания о детском садике - 2 (Зеркальная история)

Эту историю я вспоминаю, как показательный пример борьбы за мужика в женском коллективе...

Вот уже месяц, как я работала в детском садике на кухне. Работа не обременительная сложными обязанностями, коллектив меня принял спокойно - я была довольна. Не хватало только общения, так как Сергеевна, старший повар, на удивление всем не отличалась женской особенностью - болтливостью. Поэтому я с удовольствием таскала продукты и выполняла все ее поручения "сходи - принеси", чтобы хоть изредка выскользнуть из кухонного царства...

Нужная мне коробка стояла внизу, приваленная другими. И все были основательно тяжелы. Сил ее вытащить мне явно не хватало. Собралась уже было бросить это безнадежное занятие, как дверь вдруг распахнулась, и в полумраке я рассмотрела вошедшего Петра - нового электрика, которого заведующая по необходимости приглашала в сад.

- Петруш, помоги вытащить, - обратилась я к нему, вновь нагибаясь к коробке.

Он неторопливо подошел и... я почувствовала свои бедра в тисках его рук. Я быстро выпрямилась, но ничего уже не могла сделать: он крепко обхватил меня и прижал спиной к себе.

- Отпусти, чертяка! - я сделала еще одну попытку вырваться, но он лишь хохотнул.

- Подергайся чуток, скорее разогреешься.

Голос у него был глуховат, дыхание неровным - меня обдало жаром бессильной ярости. Но на все молчаливо-отчаянные попытки хотя бы повернуться к нему лицом, он, обхватив руками, лишь все плотнее прижимал меня к себе. Чувствуя, что сопротивление лишь горячит его кровь, я перестала вырываться - тиски рук сразу ослабли.

- Вот и умница, - шепнул он еле слышно.

Его левая рука плотно держала меня за талию, а правая поверх платья сжала грудь. Я всем телом чувствовала его прерывистое дыхание и желание, сквозившее в каждом движении.

- Петруха, отстань, меня ведь ждут с этой коробкой. Не принесу - так ведь сами сюда придут - шипела я, яростно сопротивляясь.

- Ни хрена не придут: я им другую работенку подбросил, - прохрипел он, сдавливая грудь все сильнее.

Я отчетливо чувствовала, как толчками растут у него штаны, упираясь в мой зад. Внезапно вспомнилось, как Светка хихикала о том, что Петр ее на днях подкараулил в каморке у кастелянши, приподнял юбку и "развлекал" часа два после работы. "А член у него, как у коня!" - промелькнула ее гордая фраза, тут же отозвавшись дрожью по всему телу.

Фраза была связана и давним чувством неосознанной ревности - что можно найти в этой дохлой пигалице со сквозняком между ног, почему к ней мужики липнут? Я без внимания не остаюсь, но ведь у той чуть ли не каждый день то коленки поцарапаны, то платок засос на шее прикрывает, то просто сонной мухой весь день ползает.