Майя. Дилогия (СИ) - Михаил Щукин

— Да помогите же мне кто-нибудь. — Иллис обхватив руками за талию Майю, пыталась не дать ей снова повиснуть на руках. Но отвязать от ветки у нее уже не получалось.

— Единый! Что здесь происходит. — Новым действующим лицом стал сам император и его сын.

— Вирт, скорее. — Иллис, больше не обращая внимания на окружающих, обратилась к брату.

Принц без лишних разговоров подскочил к сестре и перехватил Майю под колени и спину. Иллис поспешила заняться веревкой удерживающей руки девочки на ветке.

Когда освобожденное тело, наконец, обвисло на руках принца, она требовательно посмотрела на брата.

— Неси ко мне в шатер. Герцога Индерского я вызываю туда.

Резко повернувшись к зрителям, она с ненавистью обожгла взглядом леди Мегерианну. Но та была далеко и с нею разбиралась мама. А вот рядом, на свою беду, оказалась Нара.

Хлесткая пощечина заставила всех замолчать. Иллис зло смотрела на служанку, которая схватилась за щеку и попыталась отступить. Силу удара принцессы она знала уже хорошо.

— Я предупреждала тебя не приближаться Майе? Я говорила, что бы ты не смела с нею связываться? — Иллис сделала шаг вперед.

Вторая пощечина последовала за первой. В злом шипении рассерженной кошки, в которую превратилась Иллис, послышались четко сформулированные и вполне осмысленные слова, которые никак не вязались со статусом принцессы, и которые ей вроде бы не где было услышать.

Нара, всхлипнув, тихо ахнула, но возмутиться оскорблением не успела. Буквально застыв от ужаса, она проследила взглядом за тем, как принцесса подняла из травы брошенную раньше плетку.

— Не хочешь на себе испытать? — Иллис всем видом показывала, что готова ударить.

— Иллис, это лишнее. — Его величество решил вмешаться. Скандал следовало ограничить как можно меньшим числом участников. А рубец от плетки на теле пусть и служанки, но все же младшей дочери представителя высшей аристократии наверняка приведет к претензиям от ее семьи.

— И что, ей все сойдет с рук? — Майя зло обернулась к отцу.

— Нет, но сейчас я думаю, тебе лучше быть не здесь.

— Хорошо. Но я требую, что бы эта стерва больше не появлялась во дворце. — Иллис неожиданно спокойно ткнула пальцев в Нару.

— Думаю, мы обсудим это позже. — Его величество мрачно осмотрел застывших служанок. — Сейчас надо понять, в каком состоянии твоя рабыня.

— Она, МОЯ ПОДРУГА. — Иллис снова повысила тон. Потом развернулась и не дожидаясь реакции от отца побежала к себе в шатер.

Проводив ее взглядом, Димир повернулся к остальным.

— Леди Мегерианна, мне кажется, вам не следует сегодня присутствовать на празднике. Равно как и всем, кто принимал участие в этой расправе. До утра, вам всем лучше провести время в своих комнатах. А завтра увидимся на обсуждении того, что я тут сейчас наблюдаю. Лорд-мастер, леди Цериандра, — Димир официально обратился к присутствующим тут начальникам. — Надеюсь вы обеспечите их покой и проследите, что бы все участники не покидали своих комнат.

— Значит ли это, что я арестована, ваше величество? — Леди Мегерианна удивленно осмотрелась. Она все еще не понимала, почему все так реагируют на наказание какой-то рабыни. — По какому обвинению?

— Вы правильно меня поняли, Леди Мегерианна. А обвинение, нарушение прямого распоряжения императрицы. Причем это касается имущества нашей дочери. Такого не должно было произойти.

Глядя в след уходящим дамам, которых сопровождал замаскированный конвой теней, Димир тяжело вздохнул.

— Позволить этим стервам бесконтрольно измываться над девчонкой, было большой ошибкой дорогая. Раньше, я не замечал за тобой такой мстительности. Что происходит?

— Ты же хорошо меня знаешь. Я сильно сожалею о том, что натворила с этим приговором. И вообще не думала ни о какой мести. Мегерианна заверила меня, что поставит рабыню на легкую работу. Ей нельзя сильно напрягать руку. Я не думала, что такое может произойти. — Адила растерянно сжала носовой платок, который и сама не заметила, как достала из рукава.

— Именно в этом и проблема. Ты уже сталкивалась с отношением управляющей дворца к этой рабыне. Об этом докладывают и мне и тебе.

— Мне казалось, что это все обычные сплетни.

— Не такие уж и сплетни. Леди Мегера очень трепетно относится к своему титулу и статусу. И весьма болезненно воспринимает каждый намек на неуважение.

— Причем тут рабыня. — Адила недоуменно посмотрела па мужа.

— А как ты думаешь, кто ей такую кличку придумал? — Хохотнул Димир.

— Она? Я не знала. — Адила удивленно покачала головой. — У девчонки талант наживать себе врагов.

— И ты оказалась в одной компании с ними. Может, постараешься выйти из их числа? Компания какая-то не совсем для тебя. Пойдем дорогая.

— Надо заканчивать с эти скандалом, пока он не разросся. Я постараюсь больше ее не трогать. Хоть это и не легко. Я еще не забыла, что она сделала. — Извиняющимся тоном откликнулась Адила.

— Ей тоже будет трудно забыть, что сделали мы.

В шатре дочери родители застали хмурого графа Индерского. Когда они вошли, Лера поспешно повернулась им на встречу и приветствовала глубоким реверансом спрятав лицо. Что, сейчас в общем-то, не требовалось. Но Димир успел перехватить полный возмущения взгляд служанки. И вспомнил, что именно она выхаживала рабыню после казни. Он предпочел не заострять на этом внимания и поспешил, как и Адила, отпустить служанку. Лера тут же вернулась к прерванному занятию и начала осторожно обтирать свежие рубцы на спине Майи, лежащей без сознания прямо на небольшом низком столике.

Стараясь не смотреть на дочь, которая сейчас явно была не в состоянии нормально разговаривать, Адила обернулась к дворцовому врачу.

— Макс, как у нее дела? Надеюсь, все обойдется?

— Боюсь, что нет ваше величество. — Мрачно отозвался граф Индерский.

— Они ей связали руки, — возмущенно вмешалась Иллис. — Она не смогла даже прикрыть свой перелом.

— Ваше высочество, если вы не возражаете, сейчас надо решить другие вопросы. — Лорд Индерский вежливо склонил голову, прерывая Иллис. Потом снова обернулся к Адиле и Димиру. — Но, к сожалению, ваша дочь права. Плеть несколько раз пришлась по месту операции. Такое ощущение, что били туда специально.

— Какие последствия? — Адила старалась не смотреть на лежанку, где начала подавать признаки жизни рабыня. Иллис тут же метнулась к ней, оставив родителей и врача.

— Самые удручающие, к моему сожалению. Переломы срослись слишком плохо. Ударов плеткой оказалось достаточно, что бы их обновить. До полного перелома к счастью не дошло, но у нее снова трещины.