Античная драма - Эсхил

Симон

Нет, и велел как следует.

Памфил

Вели освободить, прошу.

Симон

Ну что ж!

Памфил

И поскорей!

Симон

Иду.

Памфил

Прекрасный мой, счастливый день!

СЦЕНА ПЯТАЯ

Xарин, Памфил.

Xарин

Взгляну-ка. Что с Памфилом. А! Да вот и он!

Памфил

Быть может, ктоВерит, что не верю я тому, что совершилося?Мне ж теперь хотелось бы, чтоб это было правдою!Жизнь богов по той причине я считаю вечною,Что их вечны наслажденья. Вот и мне бессмертиеВыпало, коль не проникнет в радость огорчение.Но кого бы повстречать мне, чтобы рассказать про все?

Харин

Что же значит эта радость?

Памфил

Дава вижу! НикогоНет другого мне желанней! Знаю я наверное:Он один одной со мной обрадуется радости!

СЦЕНА ШЕСТАЯ

Дав, Памфил, Xарин.

Дав

Где Памфил тут?

Памфил

Дав.

Дав

Кто это?

Памфил

Я.

Дав

Памфил!

Памфил

Не знаешь ты,Что со мной случилось?

Дав

Нет, но знаю, что со мной!

Памфил

И яТоже знаю.

Дав

Так все вышло, как с людьми случается.О моей беде сначала ты узнал, а я потомО твоей удаче слышу.

Памфил

А моя ГликерияЗдесь родителей нашла.

Дав

Какое счастье!

Xарин

Вот ведь что!

Памфил

Лучший друг, ее отец нам…

Дав

Кто?

Памфил

Xремет.

Дав

Я очень рад.

Памфил

И препятствий нет жениться мне на ней.

Харин

Во сне, что ль, онВидит то, чего хотелось наяву?

Памфил

Ребенок же…

Дав

Ах, оставь!Один богами ты любим!

Xарин

Ох! Я спасен,Если только это правда!Обращусь к нему.

Памфил

Но кто ж…А, Харин!Пришел ты кстати!

Xарин

Поздравляю!

Памфил

Слышал ты?

Xарин

Всё… Однако ж в этом счастье и меня не позабудь.Твой теперь Хремет: исполнит все, чего захочешь ты.

Памфил

Помню. Только слишком долго ждать, покуда выйдет он.В дом сюда за мною следуй. Тут он, у Гликерии…Дав, ступай домой, скорей вели перевести ее.Что стоишь? Что ждешь?

Дав

Иду я. Вы не ждите, что сюдаВыйдут. В доме будет сговор.Да и остальные всеТочно так же меж собою в доме сладят…Хлопайте!

ЛУЦИЙ АННЕЙ СЕНЕКА

Местом рождения Сенеки (конец I в. до н. э.- 65 г. н. э.) был город Кордуба в Испании (нынешняя Кордова). Сын известного ритора, Сенека получил в Риме риторическое и философское образование. Участие в политических интригах подвергало его жизнь постоянной опасности. При Калигуле он чуть не оказался жертвой террора, при Клавдии, избежав смертного приговора, был сослан на остров Корсику, откуда вернулся лишь через восемь лет, чтобы стать воспитателем Нерона, который в первые годы своего правления возвысил и озолотил Сенеку, а затем подверг опале и в конце концов обрек на самоубийство.

Кроме трагедий, общая характеристика которых дана во вступительной статье, и сатиры на смерть императора Клавдия, Опека оставил большое количество морально-философских сочинений (три послания, озаглавленных «Утешения», трактаты «О гневе», «О краткости жизни», «О стойкости мудреца» и др., двадцать книг «Писем к Луцилию»), а также труд по естествознанию — «Вопросы природы».

ОКТАВИЯ

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Октавия.

Кормилица Октавии.

Сенека.

Нерон.

Префект.

Агриппина.

Поппея.

Кормилица Поппеи.

2 хора римских граждан.

Действие происходит в Риме, в 62 г. н. э.

СЦЕНА ПЕРВАЯ

Октавия.

Октавия

Аврора[275] зажглась и ночных светилПрогнала хоровод. ВосходитТитан в огнистых кудрях,Вселенной вернув сиянье дня.Отягченная бременем бед, начинайПовторять привычных жалоб чреду,Побеждая стон морских альцион,Побеждая крик Пандионовых[276] птиц, —Ведь судьба твоя тяжелей, чем у них.О мать, по которой я плачу всегда,[277]Ты, причина моих мучений злых,Услышь удрученной дочери стон,Если может внять нам бесплотная тень.О, если б Клото[278] своей дряхлой рукойЖизни моей перерезала нитьДо того, как пришлось мне увидеть, скорбя,Раны твои и лицо в крови.О, день, только боль приносящий мне,Ты душе с тех порНенавистен больше, чем ночь и мрак.Я сносила мачехи злобной гнет,[279]И вражду ее, и суровый взгляд.Эриния мрачная, это онаМой стигийский[280] брачный факел несла,Погубила тебя, мой бедный отец,[281]Кому лишь недавно подвластен былБеспредельный мир,От кого бежала британцев рать,[282] —Неведомых прежде нашим вождямСвободных племен.А теперь ты почил: сгубило тебяКоварство жены,И в рабство твой дом, и дети твоиУ тирана в плену.

Кормилица

Тот, кто, впервые в лживый наш вступив дворец,Сверканьем благ непрочных восхищается,Увидит вскоре, что судьба сокрытаяСгубила дом, могущественный некогда, —Род Клавдия, чьей власти был покорен мир,Для чьих судов свободный Океан седой,Смирившись против воли, легкий путь открыл.Да, он, британцев покоритель первый, он,Кто слал челны без счета в море дальнее,Кто среди волн и средь народов варварскихБыл невредим, — погиб от рук жены своей,Убитой вскоре сыном. Юный брат почил,[283]Погублен ядом; а сестра горюет здесьИ скрыть не в силах скорби, хоть грозит ей гневЖестокого супруга ненавистного;Она его чуждается — но равнаяГорит и в нем к жене постылой ненависть.Напрасно я своей пытаюсь верностьюЕй боль души утишить: горе жгучееСильней моих советов; благородный пылЕй полнит сердце, в бедах силу черпая.Мой страх — увы! — провидел злодеяниеВ грядущем… Да не сбудется, молю богов!

Октавия

О, доля моя! Злосчастней меняНикого не найти.Я могу повторить,Электра, твой плач:[284]Но было тебе оплакать даноРодителя смерть,И убийцам его отомстил твой брат,Которого верность твоя спасла,Укрыв от врагов.А мне по загубленным злой судьбойРодителям страх не велит горевать,Над убитым братом рыдать не дает;На него лишь могла надеяться я,Он один мне на миг утешеньем был.Только я, горемыка, осталась жива —Великого имени жалкая тень.

Кормилица