Последняя битва #1 - Данияр Саматович Сугралинов

по одному демониаку, а они продолжали прибывать. Так что у меня было время отрешиться от напряженного гомона последних демонов и смертных Чистилища, чтобы подумать.

Боль потери ударила по мне очень сильно. Ведь мы — я — деремся не за что-то абстрактное, а за вполне конкретное. Да, раньше легионеры бились в Большой игре во славу доминиона, избрав ратное дело своей профессией, которая обеспечивала их и их родных, гарантируя достойную старость. Но сейчас мы — я — отдаем жизни, чтобы защитить любимых, близких и друзей.

Теперь, когда все они погибли, ради кого мне биться? Ради чего рвать жилы и проливать кровь? Ради незнакомых мне демонов Преисподней и их мифического возвращения в Дисгардиум? А нужны ли они там, где полно и своих забот и междоусобных войн? И вообще, когда это стало моей проблемой? Достаточно вспомнить, как ко мне отнеслись демоны поначалу: как к эльфийскому отродью, к полукровке, недостойному их уважения. Нар’заратом для них я стал позже…

Может, просто устроить резню, прикончив всех врагов? Я проделывал такое не раз, и даже Астарот и Люций не смогли мне помешать. Неважно, чем все закончится, плевать. Хоть порезвлюсь напоследок, глядишь, удастся стереть с рожи Лариона его гадкую ухмылку! А что, хорошая идея, ничем не хуже других — вырезать всех, до кого дотянусь, как только жрец снимет купол.

Стоп, тупая резня? Бездумная бойня? А где стратегия? Мало было того, что из-за меня погибло столько наших? Да, в ловушку Эманаций бездны их привели генералы, но кто решил покинуть более безопасный и захваченный Провал? К тому же толку от убийства рядовых демониаков и смертных, пока живы их боссы? Значит…

В это время, когда число прибывших демониаков достигло тысячи с чем-то, портал схлопнулся. И в тот же миг с хрустальным звоном разбился блокирующий купол Лариона.

Отбросив смятение, я активировал Дьявольское ускорение, усилил его Стремительностью урагана, и мир вокруг замер. Капли дождя застыли в воздухе, превратившись в россыпь кристаллов, а мой взгляд заметался.

Кого атаковать? Рядовых демониаков? Смертных? Их боссов? Всех подряд? Или искать Скифа? Мой собрат Деспот с боевым воплем «Грог-х-р!» рванул бы косить всех подряд не разбирая. Последовать его примеру?

Достигнув ближайшего демониака — он хохотал и указывал на меня, — я разбил его череп всмятку. Волна увечий опрокинула его соседей, и я копытами втоптал их плоть в землю…

Остановившись, я без тени эмоций наблюдал, как они умирают. Внутри словно все отмерло, я не чувствовал к ним ни злости, ни ненависти. Да и что толку от моих трепыханий? Их снова воскресят. Нам не дадут победить, мы обречены. В бездну все это.

С этой мыслью где-то в глубине сознания шевельнулось что-то почти позабытое — желание просто жить. Не сражаться, не вести за собой легионы, не нести бремя избранного… Может, мне найдется место среди темных эльфов? В конце концов, во мне течет та же кровь, пусть и смешанная с демонической. Пусть светлые сородичи отвергли меня, но разве не славятся темные эльфы тем, что принимают всех отверженных, кто готов доказать свою силу и верность?

А если нет — разве мало других путей? Затеряться на бесконечных улицах Шака, где никто не знает твоего имени; стать одним из тысяч наемников, что продают свой меч за звонкое золото; погрузиться в пьянящий туман портовых кабаков, где громкий смех заглушает память о прошлом.

Или… разве не мечтал я когда-то о собственном корабле? О бескрайних просторах Бездонного океана, где каждый горизонт прячет новую тайну?

Так просто — всего лишь найти способ выжить. Склонить голову. Принять чужую волю.

В конце концов, разве Бездна не примет еще одного слугу? А может, сам Люций, наблюдающий за мной из тела Угар-Намтара, оценит мою силу и позволит сохранить хотя бы подобие свободы?

Я зажмурился, словно пытаясь спрятаться от этих малодушных мыслей.

Вдох. Выдох…

« Очисти разум и прислушайся…» — Голос первозданной сущности услышал только я, и был он так слаб и тих, что и я бы не заметил, если бы не сделал паузу в размышлениях.

Других слов не последовало, и я подчинился. В следующее мгновение я ощутил нечто большее — словно само мироздание раскрывалось передо мной. Как будто на доли секунды мне показали великий танец Хаоса и Упорядоченного, первородных сил, создавших все сущее.

Я увидел нити, связующие бесчисленное множество существ, событий и миров. Увидел, что будет, если я остановлюсь, и чем все закончится, если продолжу.

И внезапно я понял. Все встало на свои места: уже неважно, ради кого и чего я ввязался в бой. Нужно просто закончить начатое. А раз так, то лучше сделать все для победы, чем бездумно броситься в драку и сложить голову.

Основная цель — Угар-Намтар. Убью его, и вся эта тысяча с лишним демониаков развоплотится. Однако он может снова сбежать в тело Скифа, а значит, нужно нейтрализовать обоих.

Люций не может одновременно управлять обоими телами. Сейчас он манипулирует Угар-Намтаром, и это мне даже на руку: пока босс демониаков активен, Скиф, более сложный противник, — просто безвольная кукла, которую, как совсем недавно тушу Угар-Намтара, можно нейтрализовать, перетащив в другое место.

Значит, у меня есть шанс. Осталось найти, где прячут Скифа.

В замедленном мире я устремился вперед, превратившись в размытую тень. Руки двигались сами, рассылая Волну увечий от Кулаков-молотов, которые я щедро рассыпал направо и налево, двигаясь в толпе демониаков в поисках Скифа.

Я не разбирался, кого убил, а кому не хватило урона, но мое превосходство было слишком велико, чтобы выживших оставалось много. Рассекая плоть и кости, вскрывая фонтаны бурно-зеленой крови, я умудрился не запачкаться.

Внезапно в голове прошелестел голос, от которого по спине пробежал холодок: «Мы со Жнецом поднимем убитых тобой, Избранный».

Морена. В моем восприятии Дестини оставалась почти неподвижной, но тем не менее Старая богиня смерти преодолела разницу во временны́х потоках и донесла до меня эту мысль. Она не спрашивала разрешения, лишь уведомляла.

Я не ответил, сосредоточенно продолжая двигаться по спирали вокруг своих — так, чтобы к моменту завершения круга убитые уже упали и, если повезет, выкинули зерно памяти.

Первое, второе, третье… Урожай навыков был щедрым, но то, чего я ждал, выпало только четвертым:

Оцепенение души

Вырывает душу жертвы из тела на 1 час, погружая в пучину забвения. При отсутствии души поражает сущность.

Эффект невозможно снять.

Резко развернувшись к Угар-Намтару, я активировал навык. Босс демониаков вздрогнул, его глаза