МоделBiblos. Модельный бизнес по-русски - Владислав Метревели

Резкий звон в ушах, нарастающий как в кино перед сценой пробуждения героя или каким-то страшным эпизодом, вернул меня к действительности. Она была ужасна, но распространяться сейчас на эту тему мне бы не хотелось. Тем более делиться с мамой Ксюши своими проблемами. Сейчас мне надо было закончить с ней разговор, купить билет и отправляться дальше. Предстояло переговорить с приехавшим по каким-то делам директором из Пензы и поснимать одну из новеньких девочек. Мне пришлось еще в спешном порядке распрощаться с Ксюшиной мамашей, которой тоже, очевидно, привиделось или показалось что-то. Трудно растить девочку без мужской поддержки и опоры, а Ксюшина мама была матерью-одиночкой. Притом очень симпатичной.

Уже через полчаса я прогуливался у метро «Маяковская», где были назначены встречи с Машей и Петром из Пензы. Петр появился первым. Худощавый и в то же время коренастый (правильнее сказать, наверное, жилистый), с короткой стрижкой, но с длинной челкой поперек наморщенного лба, он казался скорее корреспондентом областной газеты, чем директором сильнейшего в Пензе агентства. Даже сильное агентство в Пензе наверняка стояло на несколько ступеней ниже слабейшего московского. Тем не менее Петр мне понравился. Несмотря на явный дилетантизм в суждениях и наивность. Несмотря на то что в лицах он разбирался, как футболист высшей лиги российского чемпионата в позднем периоде творчества Гаспар Давида Фридриха.

Мы обсудили перспективы взаимодействия. Любой руководитель агентства моделей из регионов мечтает о том, чтобы его девочки куда-то выбились, поучаствовали в каком-то московском действе – шоу, показе, неделе моды. Дальше он вдруг вспоминает, что неплохо бы за все это получать какие-то проценты, агентскую комиссию, вознаграждение, бакшиш. К этому моменту его девочки уже не готовы платить, они привыкают к хорошей жизни в Москве и не собираются делиться даже маленькой толикой с тем, кто дал им такой шанс. Петр находился как раз на таком этапе своей деятельности на посту директора модельного агентства, что моральной отдачи от сознания того, что выводит в люди неблагодарных девчонок, уже не испытывал, а финансовых дивидендов ему никто не предлагал и не собирался предлагать. Все хотели только использовать его возможности и потенциал: девочки, московские агентства, так называемые спонсоры, от которых не дождешься поддержки, а только непомерные требования по знакомству с новыми и новыми кандидатками в модели. Петр излагал все это совершенно спокойно. Судя по всему, он просто по характеру был весьма флегматичным. Меня любое не укладывающееся в мои понятия о справедливости действие клиентов или оппонентов, а также подопечных выводило из себя. Каждая мелочь, будь то задетая рукавом дверная ручка или ударивший на ходу по ноге чей-то портфель, грозила взрывом. Петр же повествовал об обманах и неблагодарностях совершенно спокойно, хотя и явно не собирался с этим мириться. Он приехал в Москву, чтобы на месте попытаться разобраться с тем, куда утекают его кровные деньги и как приструнить зазвездивших моделей, еще недавно клевавших с рук своего благодетеля.

Я не собирался открывать ему глаза на порочность этого мира. Хочешь работать со мной – давай работать. Мне нужно только, чтобы ты собирал раз в месяц новых девчонок, приходящих к тебе на обучение в модельную школу, записывал их на видео и отсылал мне кассету в Москву с проводником поезда. Дальше я буду вызывать перспективных сюда, делать им фотки и рассылать по агентствам на Запад. Работать в Москве за копейки девчонки не будут. То есть я им не дам этого делать. Отснял на фото, обмерил грудь – талию – бедра, рост, проверил знание английского и отправил обратно. Таким образом, они не будут теряться в первый же месяц в Москве, встретив временного спонсора или бойфренда, или перебегать в другое агентство в поисках лучшей жизни. Человек ищет, где лучше, не догадываясь подчас, что лучше не там, где нас нет, а просто плохо там, где мы есть.

Петр не перебивал. Он вообще производил впечатление очень рассудительного менеджера. Только потом я понял, что все же он был недалек. И основной его проблемой было то, что, собирая девчонок по всей Пензе и окрестным городкам и селам, он в первую очередь думал о том, как бы переспать с большей частью из них. Таким образом, вступая в конфликт с желанием заработать на предмете своего вожделения, Петр сам обрезал себе возможности финансового контроля над упархивающими от него модельками. Они совершенно справедливо считали, что больше ничего не должны бывшему боссу.

Все это я выяснил не сразу, но Петра никто за язык не тянул. Более того, он не сказал мне об этом напрямую. Просто по каким-то фактам и недомолвкам я представил себе эту картину вполне отчетливо. Благо прекрасно осознаю, кто и зачем идет в модельный бизнес, открывает агентства, становится скаутом. Сам такой. Но главное – не то, зачем мы приходим в этот бизнес, а как, с каким пониманием и отношением к женскому полу мы его осуществляем. Я никогда не позволю себе напрягать девушку, подставить ее, заставить делать что-либо, пользуясь какой-то эфемерной властью и играя на ее заветных чувствах, желании добиться признания, увидеть себя на обложке молодежного журнала или плохенькой газетки, размещающей в каждом номере пошлейшие фотографии «модель недели». А ведь есть и такие. «Он пробивает сейчас мои фотографии в „Молоток“…» «Он обещал опубликовать меня в „SPEED INFO“…» «Мой портрет появится на страницах „COOL Girl“…» Сколько раз я слышал от разных девушек подобные фразы о тех или иных фотографах или так называемых продюсерах! Они строят из себя всемогущих. Пользуются своим правом видеть девушку в чем мать родила во время съемки и пытаются перенести это право на жизнь после фотосессии.

Маша Савичева появилась, как всегда, неожиданно. Сколько я ее знаю, она всегда выныривает как из-под земли. А знаю я Машу Савичеву с первых дней своих попыток стать лучшим скаутом России.

Петр тоже живо прореагировал на Машино «хелллоооу».

– Вы модель? – спросил он насупившись.

– Стараюсь, – улыбалась Маша.

– А я – директор агентства.

Петр пытался завладеть Машиным вниманием с помощью обычной тактики, ссылаясь на свои сильные позиции в модельной иерархии, где директор стоит выше скаута, хотя, по сути, основную работу делают скауты и агенты модели. Если агент работает на агентство, сидит в офисе и занимается трудоустройством модели, то он называется букером. Агентство тоже может называть себя агентом той или иной модели. Директор же просто администрирует процессы, обеспечивает жизнедеятельность агентства. Его можно заменить на другого не менее толкового менеджера, а вот настоящего хорошего скаута днем с огнем не сыскать. Это от бога! Но в нашей стране, где сильна еще отрыжка коммунистических времен, руководитель часто воспринимается чуть ли не богом, а сотрудники, добывающие славу и деньги для компании, черная кость.