Война (СИ) - Ильинская Яна Игоревна

Им знакома была система преподавания Ордата, они оба изучили ее. Иллар — всего лишь несколько дней, но Латин прошёл все от начала до конца. Хотя настоящее умение владеть мечом ему преподал исключительно Иллар.

Мальчики бились по парам. Совсем юные — в своей возрастной группе, чуть постарше — старались выбрать себе противника по весовой категории, а еще чуть старше — по мастерству. Ордат ходил между ними, покрикивая на одних, подталкивая руку другим, хлестая тыльной стороной меча по ногам третьих, изредка переставляя пары.

Через некоторое время он заметил зрителей и поспешил к ним. Узнав Иллара, он склонился в полупоклоне. Молодые люди встали ему навстречу. С тех пор как Ордат выгнал Иллара из зала, прошло много лет. Они редко когда пересекались, и Иллар изредка ловил на себе недоуменный взгляд старого учителя, тот никогда не позволял себе заговорить с бывшим воспитанником. Сейчас именно Иллар пришел к нему, и Ордат почтительно склонил седую голову.

— Чем обязан, милорд?

Иллар прокашлялся. Отчего-то запершило в горле. Латин едва слышно хмыкнул, Ордат нахмурился.

— Господин Ордат, у меня приказ его высочества принца Интара о придании в мое распоряжение четырех ваших воспитанников. — Он протянул Ордату бумагу, подготовленную Интаром, и добавил, — на ваше усмотрение.

Ордат взял бумагу и пробежал глазами.

— Зачем? — сухо спросил он.

— Тренировка в походных условиях, — со всей уважительностью ответил Иллар.

Ордат хмыкнул:

— А кто их там будет учить?

— Люди Фаркуса.

— Когда они вернуться?

— Как получится. В ближайшее время к вам обращусь не только я. Мой отец дал распоряжение брать ваших учеников в помощники для продолжения обучения на местах.

— Слышал, принц Интар объявил войну.

— Пока речь идет о помощи Кордии. Но на всякий случай мы готовимся и к войне. В ближайшее время Королевский Совет издаст соответствующий Указ.

— Вы возьмете тех мальчиков, которых выберу я?

Иллар запнулся. Отец, специально, чтобы не обижать Ордата, написал — на его усмотрение, но посоветовал все же выбрать Иллару своих будущих товарищей самому.

— Я буду рад вашей помощи, господин Ордат, — наконец, уклончиво ответил он, — подберите мне несколько кандидатов, я возьму четверых.

Ордат поджал губы, но промолчал. Повернувшись в зал, он зычным голосом подозвал нескольких пареньков.

Перед ними вскоре предстало шесть юношей, пятнадцати — шестнадцати лет. Остальные столпились рядом. Криком Ордат велел им разойтись и продолжить тренировку.

Выбранных поставил друг против друга и велел начать бой.

Бились ребята неплохо. Слегка волнуясь перед высоким гостем, но стараясь все же показать, на что способны. Они были без сомнения хороши.

Но Иллар не спешил. Он внимательно смотрел, изредка, стараясь, чтобы не заметил Ордат, поглядывал и в зал и негромко переговаривался с Латином. Наконец решился и попросил Ордата остановить бой.

На его вопросительный безмолвный взгляд, Иллар кивнул головой.

— Они пойдут, — Ордат самодовольно улыбнулся.

— Но не все, — добавил Иллар.

Он обошел выстроившихся ребят. Этот показательный бой дался им нелегко. Они запыхались, но старались сдержать дыхание и в волнении смотрели на свою будущую судьбу. На этот раз прекративших заниматься и столпившихся вокруг них юнцов разгонять никто не стал.

— Вы молодцы, — сказал Иллар.

Выслушав радостные возгласы, продолжил:

— Но у меня для вас будет немного неприятная новость. Мне нужны не самые умелые, а вы именно такие, но самые выносливые. Не самые лучшие, вы это показали, а самые неприхотливые. У меня для вас не будет подвигов, у меня будет тяжелая работа — скачка, ночевка под открытым небом, долгие часы ожидания, возможно, перенос тяжестей, общение с крестьянами и обследование подвалов. Вы будете служить не у благородных рыцарей, а слушаться простых солдат, ветеранов.

На лицах ребят отражались их мысли. Вот один поник, другой вздохнул, обиженно морщась, третий скривил губы в презрительной усмешке.

Иллар уверенно вывел из строя двоих, а одного, пройдя в зал, вывел из толпы. Остался еще один. Повернувшись к тому мальчику, который при его словах поник головой, он спросил:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Что тебя не устроило в моих словах?

Тот страдальчески поднял голову:

— Я люблю поесть!

Грянул взрыв хохота. Рассмеялись и Иллар с Латином.

— Ты пойдешь со мной, если я буду делить с тобой свою порцию? — отсмеявшись, спросил Иллар.

Тот счастливо улыбнулся:

— Только если это не будет последняя корка хлеба, — закончил он под новый взрыв смеха.

Иллар повернулся к Ордату.

— Спасибо! — протянул он ему руку.

Ордат протянул свою и, задержав руку юноши в своей, не удержался и негромко поинтересовался:

— По какому признаку, милорд, вы их все же выбрали?

— По радости, господин Ордат, от моих слов. Что им предстоит работа, а не праздность. Эти мальчишки привыкли работать. Если я не ошибаюсь, им все давалось не так-то легко. Они добились своего упорным трудом.

Ордат задумался:

— Похоже так. Чего не скажешь о том, кого вы взяли из толпы остальных мальчишек. Он слаб.

— Он слишком взрослый для ваших учеников.

— Поступил недавно. Подготовки никакой. Зачем он вам, милорд?

— У него цепкий взгляд, господин Ордат. И упрямство. Он всему научится. Но у вас ему не место. Я думаю, мне он пригодится.

Следовало познакомиться. И молодые люди спустились в казармы, которые покинули всего лишь полтора часа назад.

Фаркус еще был на месте, как и весь его отряд. И теперь он осматривал вытянувшихся юнцов, командование над которыми принимал.

— Карел, — представился первый из пареньков.

— Мират, — второй не заставил себя долго ждать.

— Дамин, — торопливо вторил им тот, кто любил поесть.

— Сайл, — самый старший из ребят запнулся, и искоса неприязненно посмотрел на Иллара.

— В чем дело? — уловил возникшую неловкость Фаркус.

— Я так думаю, меня взяли из жалости, вряд ли я продержусь у вас, — с вызовом ответил парень.

— А у тебя неплохой слух, — усмехнулся Иллар. — Надеюсь, ты в таком случае слышал, что я сказал об остальных?

— Слышал!

— Ну и как? Работать умеешь?

Сайл усмехнулся:

— За плугом не ходил, милорд, но конюшни чистить приходилось.

— Как и моему деду! Неплохо для начала!

Вокруг рассмеялись.

— Они ваши, Фаркус!

Следующим пунктом у них была встреча с Бахтиным. Тот уже ждал их.

— Что, по-вашему, милорды, — начал Управитель города, когда они предстали перед ним, — является главным в обороне?

— Провиант, вода и дух осаждающих! — четко отрапортовал Иллар.

Бахтин удивленно посмотрел на молодого человека:

— Быстрый, однако, ответ. А как же состояние стен? А вооружение осаждающих?

— Стены — да, они важны. Но они или есть, или их нет. Или их постоянно поддерживать в хорошем состоянии, или же стена на каком-то участке разрушена, это слабое место и можно сразу сдаваться. Заделать быстро разрушенную стену все равно не получится. А если получится, склеивающий раствор не успеет схватиться намертво. От хороших выстрелов катапульты она быстро развалится. А свежая кладка хорошо видна издалека, врагу не составит труда вычислить слабый участок и обратить все свое внимание именно на него. Военное снаряжение готовится на месте. Бревна, доски для катапульт, баллист, тросы, веревки. Стрелы и тетиву помогают делать и женщины, и дети. Наконечники, мечи, пики, подковы — это помощь кузнецам. А переливать можно из любого куска железа, которого в городах всегда полно, даже если кончится руда. Камни, масло на головы осаждающим можно найти в каждом доме. Но провиант, еда, фураж ниоткуда не возьмутся. Родники чудом не забьют из-под земли. А без твердого духа защитников, когда участвует в обороне все жители, можно оборону и не начинать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Управитель помолчал, переваривая услышанное.