Долина звезд - Константин Кузнецов

Скривившись так, словно проглотил неспелую сливу, звездочет сухо произнес:

— Я не искал даже сами вопросы… что уж тут говорить об ответах.

— Возможно, — согласился гость. — Но ведь это никогда не поздно сделать. Только представь — все эти приборы, изобретенные твоим острым умом, научные открытия, кропотливый труд — кто по-настоящему восхитится?

В воздухе повисла тягучая тишина.

— Опять вопросы? — грустно произнес Карвин, не сводя глаз с визитера.

— Чему же тут удивляться, — пожал плечами гость и добавил: — Вся наша жизнь — всего лишь один большой вопрос. Когда? И знаешь, что…Мне кажется, ты нашел на него ответ…

Книга в руке незнакомца распахнулась и длинные, тонкие пальцы, будто кроты, на ощупь, зашуршали в испещренных цифрами страницах. Звездочет молчал.

Полностью пролистав книгу, страницу за страницей, гость небрежно откинул ее в сторону. Ударившись о маленький стол, она упала на пол, исчезнув в ворохе смятых бумаг.

— Ничто в мире не вечно, — разведя руками, провозгласил собеседник. — И мы это прекрасно понимаем… Надеюсь, ты не собираешься интересоваться причиной моего прихода?

— У меня слишком много работы для подобной глупости, — невозмутимо ответил звездочет.

— Работы?

На лице гостя возникло явное удивление. Пройдясь по кабинету, он оказался возле позолоченной трубы, и легким движением руки изменил ее привычное положение, направив смотровое отверстие вниз.

— Сколько сил ты потратил, создав эту…? — визитер на мгновение замолчал, мысленно подбирая название странному предмету.

— Это телескоп, — подсказал звездочет.

Гость улыбнулся и почтительно поклонился, — хотя в данном реверансе не было ни капли уважения.

Ненадолго кабинет звездочета погряз в глубокой тишине.

Но собеседник не спешил прекращать начатый разговор. Махнув рукой, он посмотрел в сторону резного, обитого темно-красным бархатом кресла и оно, повинуясь его неведомой силе, не спеша заскользило по паркету.

— Ты же не против откровенности? — присев, поинтересовался чародей.

Звездочет молчал.

— Хорошо, давай так, — визитер скрестил ладони и вытянул их вперед. Кабинет наполнил неприятный хруст суставов.

Гость ехидно улыбнулся:

— Давай я расскажу, что известно мне, а ты ответишь прав я или нет…

Карвин пододвинул к себе кресло и сел напротив.

— Скажи Неро, когда я видел тебя последний раз? Кажется, лет двадцать пять назад?!.. Я прав?.. Кажется, это было еще при дворе нашего могущественного короля Канля де Оля? Что же случилось с тобой с того времени? Решил взять власть в свои руки в одиночку, как говориться, собственными силами?

Гость, которого Карвин впервые назвал по имени, поморщился, сверкнув разноцветными глазами. Ему явно не понравились вопросы звездочета.

— При дворе могущественного короля, — Неро задумчиво почесал подбородок, будто с большим трудом припоминал те далекие времена и усмехнулся: — Для меня они пролетели как страшный сон, звездочет. Давай не будем ворошить время. И уж тем более, прошлое.

— И все-таки ты вспомнил. — Карвин учтиво улыбнулся.

— Я же сказал: я не хочу говорить о вчерашнем дне! — чуть ли не выкрикнул гость.

— Как пожелаешь, — звездочет был само спокойствие. И даже злобный взгляд Неро вызывал у него, скорее тоску, чем какое-то подобие страха.

И вновь в кабинете повисло молчание. Долгая напряженная тишина отразилась в слегка напуганных, как показалось звездочету, глазах собеседника. Он словно назло не хотел задавать следующий вопрос. Его губы слегка дернулись, но вопроса так и не последовало.

Звездочет старательно не замечал этого, но все же и в его взгляде мелькнула едва различимая искорка напряженности.

— Расскажи мне, что творится на небе? — после недолгой паузы найдя в себе силы, произнес Неро. — Что ты увидел в эту… свою треклятую трубу… Отвечай!..

Улыбнувшись, звездочет покосился на широкое арочное окно, уютно расположившееся чуть ли не под самым потолком.

— Что?! Ты хочешь знать, что там происходит?…

Гость, как только мог, сдерживал нарастающий гнев.

— Ничего, Неро. — Карвин пожал плечами и добавил: — Я не видел там ничего, кроме звезд…

2

Немая сцена битвы все еще стояла перед глазами, напоминая мне, что этот ужасный, ни то человек, ни то зверь все еще на свободе.

Я замедлил шаг и остановился.

Улица была пуста. И непросто пуста, а на удивление безлюдна. Масляные фонари как немые стражи охраняли булыжную мостовую, словно специально спрятав свои крохотные огоньки от постороннего взора.

А может быть, их еще не зажигали?

Но непривычная тишина опровергла мою догадку. В воздухе все еще витал легкий тягучий запах дыма. Их затушили недавно. Я увидел, как в быстро темнеющее небо плавно взметнулся огонек от погасшего фонаря. Казалось, даже мостовая под ногами стала темнее. Как же я мог не заметить этого раньше?

Где-то неподалеку протяжно мяукнула кошка, и я нервно обернулся, пытаясь найти хвостатую бестию, заставившую мое сердце опуститься до самых пяток. Но так и не нашел. Только услышал недовольное фырканье той, что больше всего на свете любит гулять сама по себе.

В голову роем полезли всякие дурацкие мысли. Мне казалось, что я не случайно попал в самую отдаленную часть города, где уже давным-давно не появлялись мирные граждане с окраин Веклинда. И меня специально заманил сюда зверь, который вот-вот выпрыгнет из подворотни.

Щурясь, я пристально вгляделся в пустоту мрачной улицы. Нарастающий страх, вернувший меня из туманных мыслей в реальный мир, не отпускал ни на секунду, сгущая и без того темные тона незнакомого мне места.

А что если этот самый зверь, так лихо расправившийся со 'Стальными волками', и вправду сейчас где-нибудь рядом? К примеру, вот за этой каменной стеной или за углом вон того дома, косящегося на меня темными окнами.

Мой взгляд мгновенно охватил вытянутые кирпичи, острые углы которых, казалось, так и норовили выскочить из общего строя. Я представил, как из темноты дома появляется когтистая лапа — и меня пробила нервная дрожь. Будто и вправду моя фантазия на миг стала реальностью — и тень, приобрела образ, представ передо мной ужасным чудовищем величиной с огромного Северного быка, покрытого длинной серой шерстью. Я смотрел на внезапный морок и поражался своей неописуемой смелости или скорее сказать — глупости. Мне надо было бежать, а я, замерев словно статуя, продолжал стоять на месте. Чудовище смотрело на меня голубоватыми глазами, в которых я видел лишь свое отражение. Фыркнув, бык приблизился вплотную.