Поход самоубийц (СИ) - Попов Илья В.

— Извини, паренек, — пробасил один из верзил, перехватывая поудобней увесистую дубинку, — как говорится — ничего личного.

— Не знаю, кому ты сумел так насолить, что за тебя сотню оренов дают, но если не будешь дергаться — сделаем все быстро, — с кривой ухмылкой пообещал его приятель.

— Давай выпустим ему кишки, приколотим к стене и посмотрим, как он будет отплясывать, — Базузу ажно причмокнул от наслаждения.

— Быть может, мы еще сможем решить дело миром… — начал было Тео, но тут же умолк, зажал уши ладонями и стиснул зубы от боли, пронзившей виски, когда голос перебил его оглушительным визгом:

— Размазня! Они не собираются с тобой языками чесать! Что ты можешь им предложить — серебряный пятак и свои бумажки?! Убьем их — и свалим из этой дыры!

— Он сам с собой что ль толкует? — в недоумении спросил один из громил.

— Да похер, — сплюнул на землю его друг. — Мне еще никогда не платили столько денег за один удар.

Поняв, что крови не избежать, Тео перестал сопротивляться и полностью отдался воле демона. Уже шагнувший в сторону Тео бандит, занесший над головой кривой нож, замер на месте, увидев, как за спиной предполагаемой жертвы возник высокий сгорбленный силуэт, точно сплетенный из дыма, с длинными лапами, заканчивающимися кривыми когтями и вытянутой крокодильей башкой, увенчанной рогами. Дешевенький трюк и совершенно не нужный, но эффектный.

И фигура демона стала последним, что бугай увидел в своей жизни.

Он выронил нож, что с бряканьем упал на мостовую, схватился за кровавое месиво на месте кадыка, захрипел, покачнулся и рухнул мордой в пыль. Тео же взглянул на окровавленный комок в руке, швырнул его на землю, раздавил каблуком и брезгливо вытер ладонь о штаны.

— Сегодня вы узнаете, что такое боль, — проскрипел он и бросился вперед.

Последующие две минуты были наполнены звуком рвущихся жил и хрустом сломанных костей, чавканьем выбитых мозгов, размазанных по мостовой, криками боли, громким хохотом и пустыми мольбами, что лишь сильнее раззадоривали неуемную жажду демона.

И вот все было кончено.

Тео, весь с ног до головы заляпанный кровью, стоял посредь улицы в окружении десятка покойников. А точнее того, что от них осталось. Оглядевшись и втянув ноздрями железный запах, витавший в воздухе, Тео присел на корточки и вернул на землю свой нехитрый ужин.

— Слабак, — хихикнул Базузу; голос его походил на мурчание обожравшегося кота, что смог добраться до крынки со сметаной, что случайно оставили на столе без крышки. — Мог бы уже и привыкнуть.

— Да пошел ты… — буркнул Тео, утирая рот рукавом. — Выкидыш Той Стороны.

— Изнеженный заучка, — не остался в долгу демон. — Зарыдаешь прямо тут или дотерпишь до своей халупы?

— Полоумное чудовище!

— Маменькин чистоплюй!

Их обмен любезностями мог продолжаться довольно долго, так как Базузу, похоже, испытывал истинное удовольствие, выводя Тео из себя, но тут позади него раздался чей-то голос:

— Впечатляет.

Мигом поднявшись на ноги, Тео оглянулся и увидел невысокого седого мужчину в длинном плаще, который, привалившись к стене дома и скрестив руки на груди, сквозь полуприкрытые веки мерил Тео заинтересованным взглядом.

— П-послушайте, все совсем не так, как вы думаете… — пробормотал Тео, покуда в висках его стучали барабаны, а сердце билось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. — Я всего лишь защищался…

— Знаю, — кивнул незнакомец и ступил к Тео, спокойно переступив через останки одного из головорезов. — Ведь именно я приказал этому сброду убить тебя.

— Что?! — от неожиданности Тео аж поперхнулся. — Но… Зачем?!

— Проверить, — пожал плечами мужчина. — Ведь откуда мне знать, что это именно ты тот самый Теодор Явлински, школяр Эллерского университета, а по совместительству — не по годам талантливый демонолог, сумевший заключить союз с одной из опаснейших тварей, чье имя, пожалуй, я на всякий случай не буду произносить вслух.

— Убьем его! — прошипел Базузу, до того внимательно прислушивающийся к разговору. — Он слишком много знает! Ставлю все, что угодно, что он работает на проклятых святош!

— Ты, конечно же, можешь попробовать вырвать мне сердце голыми руками прямо здесь и сейчас, — спокойно произнес незнакомец, точно услышал слова твари. — Но я бы посоветовал тебе выслушать меня, ведь я хочу сделать предложение, от которого ты не сможешь отказаться.

— Да кто ты такой? — через несколько мгновений тяжелых раздумий спросил Тео, облизнув пересохшие губы.

— Тот, кто может спасти твою жизнь, — губы незнакомца растянулись в улыбке, — а, быть может, и душу.

Пускай и неуверенно, но Тео все же сделал шаг вперед и заключил протянутую ему ладонь в крепкое рукопожатие. Невзирая на возраст, хватка у старика была поистине железной.

— А это… — произнес Тео, оглядывая учиненную им бойню.

— Не беспокойся, — беспечно махнул рукой его новый знакомый. — К утру эта шваль будет кормить червей в ближайшей сточной канаве, где ей самое место. Здесь неподалеку есть одна забегаловка, где подают неплохое жаркое — предлагаю продолжить разговор там. Я угощаю.

— Следи за ним в оба, — царапнул мысли Тео Базузу, покуда тот вышагивал рядом с незнакомцем. — Он мне не нравится.

— Ты мне тоже, — буркнул Тео и поднял ворот, спасаясь от ночной прохлады.

На свете нашлось бы не так уж много вещей, способных вогнать Тео в ужас.

Еще в самом детстве ему ничего не стоило залезть на верхушку самого высокого дерева, покуда остальные мальчишки смотрели на товарища снизу, закинув головы и разинув рты в восхищении и зависти.

Чуть повзрослев, Тео без малейшего сомнения набрасывался с кулаками на любого, кто смел дразнить младшего Явлински за малый рост или торчащие уши. И пускай из большинства драк он выходил с расквашенным носом и разорванной одеждой, все же со временем задиры перестали задевать паренька, переведя внимание на куда более безобидных жертв.

В университете практически все сокашники Тео боялись и пискнуть против слова профессора. Тео же не стеснялся вступать в многочасовые полемики и жаркие споры, некоторых из которых кончались розгами, другие же — кружкой эля в ближайшей питейной.

Подобный вечер как раз-таки и привел Тео в одно из многочисленных тайных сообществ любителей запретных наук, в которое по счастливой случайности входил его собутыльник. Многие школяры увлекались оккультизмом или алхимией, однако большинство ограничивались изготовлением костяных амулетов, либо безобидными экспериментами с минералами — так, баловство, не более, всего лишь способ похорохориться перед дружками и блеснуть в разговоре девицами парочкой выученных слов на ас-шрав. Новые же знакомые Тео занимались действительно серьезными вещами и он с радостью принялся жадно впитывать новые знания.

Когда Тео предложили поучаствовать в ритуале вызова демона, он тут же согласился, не задумавшись ни на миг. Спустя время ему уже доверяли самостоятельно чертить на полу защитный круг. Ответственейшее дело, так как ошибись ты хоть на ноготь — и гость с Той Стороны легко мог вырваться за пределы предназначенной для него ловушки и разорвать незадачливых чернокнижников на части.

Повальная мода на всякого рода тайные познания не могла остаться незамеченной, так что вскоре Новая Церковь объявила войну каждому, кто смел нарушить прямой запрет на изучение колдовской науки. В ходе многочисленных облав многие знакомые Тео взошли на костры, оставшиеся же притаились, не желая повторить их участь. Но только не Тео — да, он стал куда более осторожен и осмотрителен, однако все также штурмовал запрещенные книги, ломая глаза о давным-давно позабытые языки, и все чаще взывал к Той Стороне, с каждым разом обращаясь все к более могущественному созданию.

Как-то раз, выглянув в окно и завидев в конце улицы нескольких церковников, идущих в сторону его дома, Тео сразу же понял, что длинные руки последователей Троицы дотянулись и до него. Тео не стал в панике пытаться уничтожить улики — за столь короткое время то было попросту невозможно, да и вряд ли инквизиция сильно нуждалась в доказательствах для того, чтобы казнить подозреваемого в ворожбе — или сбежать. Что толку — скорее всего, все подходы и выходы к его жилищу уже были перекрыты.