Невеста на полставки (СИ) - Рымарь Диана

Она тянет ко мне руки, а я отталкиваю ее и ухожу, бросив в прихожей ключи от отцовской квартиры.

Глава 24. Любишь кататься, люби и саночки возить

Тогда же:

Злата

В моей голове как будто взрывается граната, такая каша там образовывается. Слышу пыхтение Артёма-старшего, гляжу на младшего, точнее на то, как он уходит, и даже слова выдавить из себя не могу.

Он правда уходит! Швыряет на тумбу ключи и оглушительно хлопает дверью. Нет, он не просто покидает квартиру, он к тому же оставляет меня один на один с…

— Ты мне сейчас всё объяснишь! — врывается в мой мозг рёв Артёма-старшего.

Он хватает меня за шею сзади, как будто я маленький ребенок, который очень сильно нашкодил. Ведет по коридору и с силой впихивает в кабинет.

— Зачем? Зачем ты под него легла?!

Лицо Энгрина становится красным, как переспелый помидор, кажется, даже глаза наливаются кровью.

— Я думала, что он — это вы! Точнее, что вы — это он… — я замолкаю, силясь придумать, как бы получше всё объяснить.

— Тебе показывали мое фото? Показывали или нет?!

— Да… — киваю.

Мысленно воскрешаю в памяти то фото из журнала, но даже если его и сравнить с настоящим Энгриным, в журнале он выглядел по-другому!

— В жизни вы всё равно не такой! — всё же решаюсь за себя заступиться.

— Какой не такой? — рычит он.

— Вы старше!

— Мне всего сорок семь, а не девяносто восемь! — орет он уже на полной громкости. — Слишком стар для тебя, да? Вон как молодой тебя шустро кинул! Сколько раз ты с ним спала? Отвечай!

— Я не считала… — шепчу совсем тихо, но он слышит.

— Хорошо тебе было? А? — его глаза превращаются в щелки, он придвигается ко мне почти вплотную.

— Я правда думала, что он мой жених!

— А в твою тупую блондинистую голову не пришла мысль, что молодому перспективному мужчине просто незачем покупать себе жену?!

Думала ли я об этом? Нет, конечно же, нет. Как по мне, у младшего Энгрина явные проблемы в налаживании общения с женским полом. Я считала, именно поэтому он и решил приобрести невесту таким способом. А он, оказывается, просто хотел попользоваться. Ну что ж, попользовался, спасибо…

— Мне кажется, ты мне сейчас врешь! — снова орет он на меня. — Увидела моего сына, решила, что лучше уж он, чем я? Думала, что женится?! А я так… разменная монета? Твои приемные родители целый год кормили тебя на мои деньги!

После такой откровенной лжи я даже немного храбрею. Каждая приемная дочь в семье Габарашвили столько батрачит на приемных родителей, что с лихвой окупает стоимость своего проживания. Я не виновата в том, что будущий жених не побеспокоился проверить, в каких условиях меня для него растили.

— Мне очень жаль, что так вышло… — снова пытаюсь попросить прощения, чтобы хоть как-то его успокоить.

— Пошла вон! — орет он на меня и достает телефон.

Меня два раза просить не надо, юркаю в коридор, но уйти не спешу, прячусь и подглядываю в приоткрытую дверь. Страшно боюсь, что он позвонит приемным родителям. Кажется, именно это он и намерен сделать.

— Вы прислали мне шлюху! — орет он в трубку. — Я уезжал на неделю, а она легла под моего сына! Да причем тут мой сын? Дело в девке! Ну и что, что целка была! Как это мои проблемы? Говорю же, меня не было, она приняла сына за жениха… Ах ты… Да я сам тебе проблемы устрою… Мрази!

Вижу, как он швыряет трубку, потом идет к бару, достает графин с коньяком, наливает себе почти полный бокал и залпом выпивает. Невольно охаю, когда он идет к двери, не успеваю убежать.

— Стой, Злата! — снова орет он на меня. — Значит, так: денег мне никто не вернет, поэтому ты остаешься со мной. Даю тебе один ма-а-аленький шанс загладить вину…

— Но ваш сын… — начинаю я, однако Энгрин меня жестко перебивает.

— А что мой сын? Поимел тебя и кинул! Знаешь, сколько у него таких, как ты… Черт, я думал, ты особенная! Ладно, возьму, что есть. Иди в душ, а потом в спальню!

Как только слышу последнее слово, всё внутри меня переворачивается.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Зачем? — задаю глупейший в мире вопрос.

— Долги отрабатывать… И учти, о женитьбе речи больше не идет! Считай, у тебя испытательный срок. Не понравишься — вышвырну на улицу. Если думаешь, что сейчас порыдаешь, а я возьму и пожалею, ни черта подобного! Ясно тебе? Или повторить?

Я смотрю на него, пытаюсь представить, каково это будет — оказаться с ним в постели, и не могу. Совсем не могу. Мерзкий истеричный тип, который готов поиметь девушку, с которой спал его сын. У меня он вызывает лишь омерзение. Он противен мне до мозга костей. Понимаю, если пущу его в себя, просто не смогу с этим жить.

— Пожалуйста, не заставляйте меня это делать… — прошу на выдохе.

— Не нравлюсь?! — шипит он словно гремучая змея.

Потом без предупреждения хватает меня за плечи и прижимает к стене, как в прихожей.

— Вдруг еще понравлюсь…

Он придавливает меня своим телом и пытается засунуть руку мне под кофточку.

В этот момент мне становится всё равно, куда он меня отправит и что со мной будет потом. Четко для себя понимаю — я не позволю ему взять меня насильно. Пользуюсь тем, что правая рука освободилась, и со всей силы, на какую только способна, бью Энгрина по лицу. Получается звонко и даже, наверное, больно.

— Ах ты сучка!

Он с силой пихает меня на пол, я падаю и тут же отползаю в сторону.

— Значит, по-хорошему не будет? — спрашивает он, прищурив глаза.

«Это он считает по-хорошему?»

Я качаю головой.

— Не будет!

— Тогда пошла вон! Собирай вещи и вали из этой квартиры! Вернешься, когда поумнеешь, и чтоб тогда уже ни слова, ни жеста против, поняла?!

Я поднимаюсь, бегу в свою комнату. Он догоняет меня, хватает за руку.

— Не смей брать ни одной вещи, которую купила за мои деньги, иначе сдам в полицию как воровку! Ясно?! Уйдешь, с чем пришла!

Я бы и так ничего не взяла. Слава богу, вещи собраны. Хватаю маленький рюкзачок, куда сложила купленное приемными родителями, бегу в прихожую, хватаю куртку. Энгрин идет следом.

— Вот! — протягиваю ему свои ключи и карту.

Теперь мне кристально ясно, что подготовил ее для меня совсем не его сынок, так же как не он написал мне то самое письмо, после которого я так к нему прониклась.

— Придешь, когда поумнеешь!

Старший Энгрин выталкивает меня из квартиры буквально взашей.

Оказавшись на лестничной клетке, даю себе клятву — я никогда сюда не вернусь, даже если буду умирать с голоду.

Глава 25. Глупый Энгрин

Тогда же:

Артём

— Полный аут… — шепчу себе под нос, паркуя машину у дома.

Я не знаю, как я вообще умудрился добраться до собственного подъезда. Крутил руль на полном автомате.

Выхожу на улицу, чувствую, как ноет поясница. Впрочем, болит не только спина, у меня такое ощущение, будто меня били палками, а потом долго гоняли по полю вместе с собаками — настолько вымотан и разбит.

Поднимаюсь в свою квартиру, иду в ванную, скидываю вещи прямо на пол, включаю душ. Долго стою под горячими струями, но легче не становится. С каждой минутой только паршивее. Выключаю воду, накидываю махровый халат, подхожу к зеркалу. Лицо раскраснелось, родимое пятно как будто даже больше стало.

Интересно, не будь этой отметины на моей щеке, Злата бы приняла меня за отца?

Как только ее имя всплывает в мозгу, у меня внутри всё снова будто начинает скручивать.

Иду в спальню, падаю на кровать.

— Всё должно было быть не так… — шепчу в пустоту комнаты.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

 Я не должен тут быть один. Не должен!

Представляю рядом Златку: она рассказывает мне о том, что ей нравится моя квартира. Я бы устроил ей экскурсию, а потом мы сходили бы куда-нибудь поужинать. Позже занимались бы любовью на этой самой постели, а теперь я вынужден лежать здесь один.