Мой босс. Без права на ошибку (СИ) - Рене Эсель

Натали выпячивает вперед грудь четвертого размера, утянутую рубашкой. Как бы показывала, что никого из своих птенцов она в обиду не даст. Только Шершневу плевать. Он перебивает ее практически сразу:

— Вполне, — Натали краснеет, а из ушей сейчас повалит пар. — Что вы хотите, чтобы я ответил, Наталья? Вы задали глупый вопрос. Я же сказал, что не собираюсь никого успокаивать. Мы не в детском саду. Если все отлично работает, никто не пострадает. А вот если выявятся критичные нарушения, то я не закрою на них глаза.

ВЗдыхаю. Похоже, нас ждут нелегкие времена.

Глава 15

— Олег Константинович, так нельзя работать. У нас все согласовывается заранее и…

— Наталья, вы меня не слышите, — Шершнев подается вперед, и я понимаю, что невольно прислушиваюсь к его словам. — Всем, кто свою работу выполняет добросовестно и охотно вовлекается в новые задачи, опасаться нечего. За всех остальных, кажется, ваша душа болеть не должна. Здесь работают на бизнес, и вы в том числе.

УДивляюсь, когда Натали кивает и оседает на место.

— Идеалист, — едва слышно шепчет на ухо Паша, пока внимание Шершнева переключается на следующий вопрос. — Его быстро разорвут.

— Мне так не кажется, — прикрываю рот и маскирую слова под кашель. — Что-то в нем есть.

Внезапно рука Паши оказывается на моем колене. Горячая волна проходится по телу, нервно оглядываюсь. Жар приливает к лицу, когда ладонь движется выше и цепляет край юбки.

— Расслабься, — в голосе Паши пробивается хрипотца. — Ничего важного сегодня обсуждать не будут. Только треп его величества.

Сжимаю пальцы на мужском запястье. Торможу на безопасном расстоянии и не знаю, куда деть глаза. Неуютно. Не привыкла мешать рабочее и личное. А Шершнев, словно понимая, что происходит, бросает в нашу сторону испепеляющий взгляд.

— Прекрати, пожалуйста, — шепчу, разжимая цепкие пальцы. — Нас увидят.

— Павел Андреевич, — громом звенит голос Шершнева, и я вздрагиваю. — У финансового директора моей компании вопросов нет?

Вездесущая рука исчезает. Невольно выдыхаю с облегчением.

— Мы все обсудили, — уверенно говорит Паша и разваливается на стуле.

— Да? — Шершнев удивленно приподнимает брови.

Вокруг становится тихо. Галина Петровна смотрит на него слишком победоносно, а я поворачиваюсь к Паше.

— А мне кажется, подозрение в денежных махинациях неплохо бы развеять в присутствии всех наших коллег. Руководителю отдела финансовой аналитики тоже будет интересно. Неправда ли, Елена Семеновна?

От шока чувствую, как челюсть едва не падает на пол. Фигурально. А Шершнев усмехается, глядя, как отчаянно я кошусь то на него, то на Пашу.

Что он сказал?

Вскидываю брови и вытаращиваю глаза.

Паше спокойно поправляет белый воротник. Ни словом, ни жестом не подтверждает обвинения Шершнева. Тот смотрит. Пристально. Ловит каждое движение, малейшее изменение мимики. Уж не знаю, где потом учился Шершнев, но ответ рассчитывает получить по взгляду.

— На самом деле, Олег Константинович, я всерьез подумал над вашими словами. — Паша складывает перед собой руки и с вызовом смотрит на него. — Потом перепроверил отчеты. Склонен с вами согласиться. Где-то под моим носом работает хитрый умелец. Так что считаю предложение об аудите совершенно обоснованным. Более того, настаиваю, чтобы его провели как можно скорее.

Шершнев замирает. Ярость неуловимой тенью проскальзывает по лицу, искажает красивые черты. После чего губы растягивает довольная ухмылка, а колкий взгляд изумрудов обжигает меня.

«Чему ты радуешься?» — поражаюсь его поведению и с сомнением смотрю на Пашу.

У нас кто-то проводит махинации? Как подобное проскользнуло мимо меня?

В голове носится тревожный кабанчик. Мысленно перебираю все выполненные нами отчеты. Я лично проверяла практически каждый. Неужели что-то упустила? Становится дурно. Шею сжимает страх, в горле встает комок.

— Вот и прекрасно, — внезапно выдает Шершнев и откатывается в сторону. — Верное решение. Продолжим, коллеги…

Весь остаток совещания не нахожу себе места. Как такое произошло? Рисую план. Нужно успеть до аудита поднять отчеты. Посмотреть, что пошло не так.

Вдруг Шершнев ошибается? Почему же я уверена в его правоте?

Ситуацию усугубляет и то, с какой легкостью Паша предположил, что преступник среди его команды. А не на меня ли он намекнул?

Трясу головой. Бред какой-то.

— Елена Семеновна?

От упоминания своего имени подпрыгиваю и возвращаюсь к реальности. Шершнев смотрит в упор, коллеги переглядываются и недоуменно косятся в мою сторону.

— Вы хотите что-то добавить? — подсказывает. — Или не согласны с тем, что мы все обсудили?

— Нет, нет, — трясу головой и сжимаю колени. — Все в порядке, Олег Константинович.

— Тогда все могут идти, — Шершнев разваливается в кресле, и я подпрыгиваю с места. — Кроме вас, Елена Семеновна. Обсудим пару моментов по проведению аудита в вашем отделе.

Страх возвращается и топит по самую макушку. Жду, что в кабинете останется еще кто-нибудь. Задать вопросы или обсудить какие-то проблемы. Но все исчезают так стремительно, что не успеваю глазом моргнуть.

Божечки, неужели это происходит со мной.

— Ничего не хочешь мне сказать? — голос Шершнева пропитан ядерной смесью эмоций, которая превращает меня в дерганого ребенка.

Тяжело вздыхаю. Не съест же он меня?

— Олег, я правда ничего не знаю про махинации, — слова вырываются сами собой.

Шершнев поднимается и стремительной походкой движется в мою сторону. За секунду преодолевает расстояние между нами. Встает рядом, парализует, придавливает своей аурой. Кладет руку на спинку кресла, затем резко разворачивает вместе со мной.

Хватаюсь за подлокотники, чтобы не улететь, и сталкиваюсь со сверкающими изумрудами. Аромат жженой сосны забирается в легкие и будоражит воображение.

Он невероятно близко. Как тогда в туалете. Даже в той же самой рубашке.

— Я тебя не про махинации спрашиваю, Лена, — шипит и склоняется ко мне.

Зеленые глаза превращаются в щелочки, ладонь ложится на подбородок. Сжимает и дергает голову вверх. Цепляет кончиком своего носа мой. Смотрит жадно. Словно желает поглотить собой.

И мне это нравится.

Дергаюсь от внезапного понимания. Вырываюсь, но пальцы сильнее стискивают подбородок. Блокируют любую попытку сопротивления.

— Скажи, Лена. Какого черта этот урод лапает тебя у меня под носом⁈

Глава 16

Смех рвется из груди, и я не сдерживаю его. Плевать. Пусть Шершнев видит все, что вызывает во мне. Презрительно приподнимаю бровь и подаюсь вперед. Так близко, что дыхание смешивается.

— Неужели так сильно ревнуешь, что тебе плевать на собственную компанию? — вожу губами в миллиметре от его рта. — Да ты просто жалок, Шершнев.

Его зрачки расширяются. Чернота заливает изумрудную радужку. Резкое движение, и пальцы с подбородка уже лежат на моей шее. Сдавливают ее, поэтому готовлюсь к медленной и мучительной смерти. Но неожиданно понимаю, что по-прежнему дышу. Только чувствую пульс,