Божья благодать - Fenrigald

Ильванель задержала дыхание.

— Печать эту можешь наложить, так что можно не париться о возможных проблемах.

Ильванель выдохнула.

— Поняла, — произнесла она ровным тоном, глядя сквозь Леонида.

Просто страховка. С одной стороны, облегчение. С другой — хотелось отработать на нем «огненный шар». Она не владела этим заклинанием, но ради такого случая…

Ладно, успокоиться. Он ведь действительно ничего такого не говорил. Просто позвал прогуляться. Вот только зачем?

— Я тут уже две недели безвылазно сижу, — пожал парень плечами на вопрос эльфийки. — На той же Арене побывать хочу.

На Арене, да? С одной стороны, опасно. Западное крыло служило местом тренировки героев-новичков, что не мешало им постоянно друг друга убивать. Остальные в разборки чужаков старались не вмешиваться. Да и не могли — даже новички были опасны для простого человека. Потому и людей в крыло набирали соответствующих. В качестве наставников — полевые ветераны, а в качестве служанок — специально обученные сотрудники Тайной Канцелярии. В итоге все они могли, если не успокоить героев при внезапном бунте, то как минимум задержать до подхода основных сил. Инициатива короля — церковь была резко против подобных мер. Айрис ей рассказала.

С другой — Леонид ведь тоже герой. И идти хочет к Арене. Что иронично, ведь Арена — самое безопасное место западного крыла. Смерти обычно происходили в тихих стычках, без свидетелей, а тут у тебя рядом толпа свидетелей и специальное место с действующей печатью. Да и она с ним, а уж боевые жрицы Богини в отряде — мечта любого полевого командира.

— Подраться захотелось? — спросила она напоследок.

— Нафиг надо, — успокоил ее Леонид. И тут же добавил. — Но ты ведь сама говорила, что печать на Арене постоянно работает. Да и вообще, что мешает постоянно под этой печатью ходить?

И вот что ему ответить? Он не маг, теорию она ему не давала, а немагическими терминами… Ладно, по дороге расскажет.

Книги и карты так и остались лежать на столе. Смысла их убрать так-то и не было — все равно на следующий день потребуются — но неудобно перед героем бардак разводить. Ладно, вернется и уберет, не страшно.

— О привязке печатью души я тебе рассказывала, — осторожно подбирала слова Иль, шагая по тропинке. — Так вот, печать привязывает душу не к телу, а к миру. Конкретной точке этого мира, — самой бы не запутаться. — Так что, если существо отходит от точки привязки, то связь прерывается.

— Типа, на небольшом куске земли держать можно, а вот в бою, где все постоянно носятся, выходит туфта, — кивнул Леонид.

— Быстро схватываешь, — облегченно улыбнулась Иль. После двух недель общения она уже на уровне интуиции умудрялась понимать его странные словечки — Еще и концентрации требует неимоверной. Привязал и больше ничего делать не можешь.

Примерно за такими разговорами они и коротали путь к Арене. И чем дальше шли, тем беззаботнее становился разговор. До этого у Иль не было возможности свободно поговорить с героем — только лекции и вопросы. Немного неловко вот так разговаривать с героем. Зато нет никакого пафоса, высоких речей и галантной любезности. Она только сейчас осознала, что за время жизни во дворце вместе с Айрис успела настолько ко всему этому привыкнуть, что даже замечать перестала. А тут словно в старый отряд вернулась.

На Арене было шумно. Как и всегда, впрочем. Самое популярное место, где герои могли без риска для жизни испытать свои силы, либо выяснить, кто прав. Сейчас там как раз шло сражение. Один — в легкой кожаной броне и с двумя короткими клинками — вился вокруг огромной груды металла, размахивающей огромным мечом. Могло показаться, что первый выжидает момент для удара, пока второй держит дистанцию. Вот только Иль слишком часто видела в деле свою подругу. Та бы сказала что-то вроде: «…размахивает своим дрыном, словно мельница, пока второй трусит подойти ближе». Леонид тоже много спаррингов с Айрис провел, так что смотрел с легким скепсисом.

Но тут, видимо, что-то разглядев, парень напрягся и наклонил голову. Что-то случилось?

— Тоже здоровяк напрягает?

Это был не ее вопрос. Рядом с ними стоял еще один паренек. Молодой, как и все герои. Чуть ниже Леонида. Длинные черные волосы собраны в хвост на затылке. Легкая улыбка, расслабленное лицо, любопытный взгляд, устремленный на Арену. На них он не смотрел. Словно парень не Леонида спрашивал, а сам с собой разговаривал.

— Знакомый, — Леонид тоже не глядел в сторону паренька. — Разошлись не в лучших отношениях.

— Да, у Такеши непростой характер, — согласно кивнул неожиданный собеседник. — Зато и противник он опасный.

— Да ладно тебе, — усмехнулся ее подопечный.

— Не «хороший воин», а «опасный противник», — добродушно добавил хвостатый. — В бессистемности кроется непредсказуемость. А непредсказуемые враги всегда опасны.

— Читать любишь? — покосился на него Леонид. — Хотя что-то в твоих словах есть, не спорю.

— Сводишь старые счеты? — наконец повернулся к ним собеседник.

Ильванель залипла. На нее смотрели два кристалла — изумруд и гранат. Красивые…

Леонид тоже подзавис, но от вида чужой гетерохромии оправился быстрее девушки.

— Не было такого плана, — дернул парень щекой. — С другой стороны…

Продолжение не последовало, а собеседник не стал уточнять. Лишь улыбнулся чуть шире и кивнул замершей Иль. Эта улыбка, казалось, вообще не сходила с его лица, но смотрелась на нем столь органично, что в сочетании с глазами била наповал.

Дальше стояли молча. Леонид стал еще внимательнее следить за ходом боя, а паренек вообще, казалось, потерял к ним интерес, повернувшись обратно к Арене.

Вот у мелкого не выдерживают нервы, и он рискует подойти ближе. Взмах дрына, клинки падают на землю, а мелкий отлетает к краю арены. Вмятая грудина, сломанные кости, куча внутренних кровотечений — здоровяк не довернул лезвие, ударив плашмя. Мгновенная смерть. Если бы не Печать.

К изломанному телу уже неслись целители. Здоровяк же остался на месте, тихо чертыхаясь. Судя по тому, что сумела расслышать Иль, удар плашмя был не проявлением милосердия, а недоработкой самого владельца меча. М-да, чем больше разных героев видит, тем меньше в них верит. Раньше как-то попроще было.

Тут Иль заметила, как набычился Леонид, явно собираясь выйти на Арену. Черт, ну как знала!

— Ты же говорил, что не собираешься туда идти! —