«Оккультный Рейх». Главный миф XX века - Дмитрий Жуков

Основательная богословская подготовка Ланца позволила ряду выдающихся австрийских теологов привлечь его к подготовке научного издания, посвященного ранним еврейским текстам (Либенфельс был глубоким знатоком «Септуагинты»). Подчеркнем при этом, что Ланц всегда оставался радикальным антисемитом.

С конца 1905 года Ланц начал издавать журнал «Остара», посвященный расовым, политическим и экономическим проблемам габсбургской империи. Многие авторы были членами «Общества Листа», поэтому некоторые материалы были посвящены оккультизму. Однако в целом издание носило научный характер: в числе основных тем были философия, история и расология. Журнал был довольно популярен среди австрийских немцев, о чем свидетельствуют его тиражи — в лучшие годы издание выходило в количестве 100 тысяч экземпляров.

По всей видимости, одним из постоянных читателей «Остары» был молодой Адольф Гитлер. Это, однако, не повод заявлять, как это делают некоторые «исследователи», что Ланц оказал на Гитлера решающее влияние и «дал ему идеи». Многие темы, поднимавшиеся на страницах журнала, несомненно, были близки Гитлеру (расизм, антисемитизм), но мистические построения Либенфельса, а также его мечта о панарийском государстве во главе с Габсбургами вообще были чужды будущему фюреру. В любом случае мировоззрение Гитлера не было сформировано исключительно этим изданием.

Будучи приверженцем рыцарской мистики, Либенфельс в 1907 году решил основать организацию орденского типа. Поскольку наибольший интерес Ланца вызывали тамплиеры, он назвал свое детище Орденом новых тамплиеров. В орден могли вступить только «лица с преобладанием чистой крови». В приобретенном для ордена замке Вернфенштайн регулярно проводились псевдокатолические религиозные церемонии, сопровождавшиеся органной музыкой. Организация имела несколько степеней посвящения, что придавало ей квазимасонский характер.

Орден новых тамплиеров благополучно пережил войну, после которой значительно укрепил свои позиции в среде интеллектуалов-националистов и повлиял тем самым на развитие австрийского фашизма (не имевшего, кстати, пангерманской направленности). Что касается национал-социалистов, то они всегда считали деятельность ордена сектантской, поэтому после аншлюса 1938 года орден был фактически поставлен вне закона, а многие его члены — репрессированы гестапо.

Сам Либенфельс эмигрировал из Австрии еще в 1918 году, сразу после крушения столь дорогой ему монархии. Поселившись в Венгрии, он активно боролся с большевизмом как с проявлением растущего влияния расовых меньшинств (напомним, Венгрия на несколько месяцев оказалась заложницей кровавого террористического режима коммуниста Бела Куна). Ланц стал членом ряда местных патриотических организаций, а также работал в Христианском национальном пресс-агентстве при венгерской службе иностранных дел.

В 1933 году Ланц уехал в Швейцарию. Он умер в 1954 году.

Антон Первушин пишет: «Идеи Ордена новых тамплиеров были взяты на вооружение национал-социалистической партией»122. При этом «исследователь» никак не доказывает это спорное утверждение. Как мы уже отмечали, Адольфу Гитлеру были совершенно чужды оккультные и мистические «наработки» народников, тем более он не разделял австрийского национализма, ему могли импонировать лишь расистские и антисемитские элементы фелькиш-доктрины. Однако эти элементы вовсе не были «изобретены» Либенфельсом или Листом. Аристократическая направленность Ордена новых тамплиеров входила в противоречие с идеологией национал-социализма, одной из главных целей которого было национальное единство, создание общества без чинов и классов.

Единственной организацией, которая исповедовала идеи, отдаленно напоминающие концепции Либенфельса, были охранные отряды НСДАП, или СС. Однако было бы совершенно абсурдным предполагать, что Генрих Гиммлер, создавая свою организацию, ориентировался на маргинальную немногочисленную группу, действующую в соседнем государстве.

Таким образом, Либенфельс не является «предтечей» гитлеровской идеологии.

«Общество Туле» и нацистская партия

Лист и Ланц были деятелями австро-немецкого сообщества. Но нацистская партия родилась в Баварии. Может быть, оккультные корни коричневого движения следует искать в Южной Германии? Действительно, здесь народники были весьма активны в конце XIX — начале XX века. После окончания Первой мировой войны фелькиш-организации продолжали оставаться серьезным фактором баварской политической жизни. Тенденция к созданию таких групп получила очень широкое распространение. Вот только некоторые из них: «Орден Вельсунгов», «Орден скальдов», «Младогерманский орден», «Ложа Азенбург», «Кружок Остары», «Оборонительно-наступательный союз германского народа», «Организация Консул», «Молодые баварцы», «Железный кулак»… Столь же обширным было количество «партий», насчитывавших порой всего лишь несколько человек.

Одной из таких партий была Немецкая рабочая партия (Deutsche Arbeiter Partei, DAP), в которую осенью 1919 года и вступил Гитлер. Будущий фюрер появился на заседании ДАП 12 сентября, выслушал доклад Готфрида Федера, присоединился к развязавшейся дискуссии. Первый председатель партии Антон Дрекслер вручил Гитлеру брошюру собственного сочинения, а через несколько дней — послал ему открытку, в которой сообщалось, что Гитлер принят в ряды ДАП. Немного раздосадованный таким поворотом дела, Гитлер все же решился еще раз посетить собрание партии.

Вот как он описывает это в «Майн Кампф»: «При плохом освещении испорченной газовой лампы за столом сидело 4 молодых человека, в том числе и знакомый мне автор брошюры, который тотчас же радостно приветствовал меня, произнеся несколько теплых слов в честь нового члена „немецкой рабочей партии“… Сначала высокое собрание приступило к чтению протокола предшествовавшего заседания. По прочтении вынесли вотум доверия секретарю. Затем перешли к заслушиванию денежного отчета. В кассе, как выяснилось, было ровным счетом 7 марок и 50 пфеннигов. Заслушав отчет, опять вынесли единогласный вотум доверия кассиру. Все это с серьезным видом заносилось в протокол. Затем первый председатель огласил составленные им ответы на три письма из Киля, Дюссельдорфа и Берлина. Присутствовавшие выразили полное одобрение председателю. Затем приступили к оглашению поступивших новых писем, это были уже известные нам письма из Берлина, Дюссельдорфа и Киля, по одному из каждого города. Один из ораторов произнес пространную речь о том, что письма эти явно доказывают, как быстро растут связи „немецкой рабочей партии“. После этого — приступили к продолжительному обмену мнениями о том, как вообще надлежит отвечать на подобные письма.

Ужасно! Ужасно! Это была кружковщина самого худшего вида. И вот в этакий клуб приглашали меня вступить членом»123. Тем не менее будущий фюрер решил, что это все же какой-то политический старт, и стал членом партии, насчитывавшей вместе с ним 55 человек.

Спрашивается, а где же здесь «тайные ритуалы», «контакты с Великими Неизвестными» и проч.? Ведь, согласно некоторым «исследователям», ДАП была филиалом «Общества Туле». Но что представляло собой само пресловутое «Туле»? Быть может, таинственные инициатические ритуалы с участием Гитлера все же имели место?

Эта народническая и якобы тайная организация (ее, кстати, открыто рекламировали в печати124), по мнению сторонников «оккультного мифа», стала основой для внутреннего круга посвященных внутри нацистской партии, вооруженных тайной доктриной и целью изменения мира в угоду сатанинским силам.

«Общество Туле» входило в более крупное фелькиш-объединение — «Германский орден», созданный, как мы уже отмечали, рядом членов «Общества Листа» в 1911 году. Поначалу эта квазимасонская фелькиш-организация называлась «Ложа Вотана», а с марта 1912 года она приняла название «Germanenorden». Как мы уже отмечали, и «Общество Туле», и «Германский орден» не являлись какими-то уникальными организациями. Подобных структур в Германии насчитывалось многие сотни. Орден имел множество отделений по всей Германии. Его братья выступали за расовую чистоту, уничтожение «паразитических и революционных элементов (евреев, выродков и цыган)» и за создание «Арманистской империи». Война нанесла серьезный удар организации. В 1916 году «Germanenorden» раскололся на две структуры. В одну из них — «Germanenorden Wolvater» Германа Поля вступил самозваный барон Рудольф фон Зеботтендорф, основавший в конце 1917 года баварское отделение в Мюнхене.

«Барон» представлял собой весьма примечательную личность, но его облик, разумеется, имеет мало общего с той таинственной фигурой, которая предстает на страницах «Утра магов» или книг Воробьевского. Гудрик-Кларк вполне справедливо называет его «космополитическим авантюристом и опытным трюкачом»125, а Мазер — «саксонским выскочкой мелкобуржуазного происхождения»126.