В ожидании Виллы - Дороти Иден

Но в квартире темно. Она включила свет и окликнула:

— Вилла!

Тишина. В гостиной и спальне — никого. Может, Вилла заскочила и убежала, оставив после себя этот сильный запах? Если это так, она бы раскидала вещи. Но все было в полном порядке.

В замешательстве Грейс села за туалетный столик. Здесь запах был еще сильнее. Она узнала «Баленсьячас квадрилль». Она выдвинула один ящик и увидела пролившийся пузырек.

Она точно знала, что не проливала ничего. И не трогала ничего. Но пузырек лежал на боку, издавая сильный запах.

Объяснение могло быть только одно — кто-то сегодня лазил в этот ящик, пока ее не было.

Конечно, это фру Линдстром. Польсон, припарковавший машину, слышал ее взволнованный голос.

— Польсон, надо с ней поговорить. Не может же она во все совать свой нос? Что она вынюхивает?

Польсон потянул носом, недовольно сморщил его.

— Очень хороший запах. Не так ли? Ну что ж, спустимся вниз и зададим несколько вопросов.

— Это ведь она? Правда?

— Я сказал — спустимся и спросим. Разве не ваш английский закон гласит, что человек не виновен, пока вина не доказана?

Фру Линдстром стояла одетая, когда открыла на стук дверь. Ношеная меховая шапка надвинута на уши, будто зимний ветер уже готов сорвать ее. Щеки горели от быстрой ходьбы, а глаза замерли, как у фарфоровой куклы.

— Фрекен Эшертон! Герр Польсон! Я могу чем-то вам помочь?

Грейс заговорила первой.

— Кто-то побывал в квартире моей кузины. Кому вы давали ключ?

Губы фру Линдстром превратились в ниточку.

— Должна вам сказать, фрекен Эшертон, у меня нет обыкновения давать ключи кому-то чужому.

— Но может, этот человек не был чужим? — вкрадчиво предположил Польсон.

Это замечание окончательно взбесило ее.

— Герр Польсон! Вы меня удивляете! Чужой ли, друг ли — я не даю ключи. Кроме того, я вообще никого не видела. По субботам я бываю у своей замужней дочери. И я только что вернулась! У меня даже не было времени раздеться.

Казалось, она говорила правду. Ее любопытство все же пересилило негодование, и потому она не удержалась от вопроса:

— А что случилось? Что-то исчезло?

Грейс покачала головой.

— Нет, не думаю.

— Тогда откуда известно, что кто-то в квартире был?

— Пузырек с духами опрокинут: кто-то лазил в ящики.

— А другие вещи на месте?

— Да, — сказала Грейс, хотя ей показалось, что диванные подушки лежат не так и слишком аккуратно взбиты, а один из ковриков сместился.

Фру Линдстром засмеялась.

— Это все? Перевернут пузырек! Вы сами могли его опрокинуть. Как вы думаете, герр Польсон? Грабитель после себя оставил бы большой беспорядок.

— Да, вряд ли это грабитель, — сказал задумчиво Польсон. — Кто-то что-то искал. И у него был свой ключ.

Фру Линдстром прижала руки к пышной груди.

— А, теперь я понимаю. Один из приятелей фрекен Бедфорд. Памятную вещицу, которую надо убрать, письма… — И она засмеялась, довольная собой. — Вы умные люди, а говорите про каких-то воров. А я думаю, все проще: несчастливый конец любовной связи.

— А я не думаю, что все так просто, если у кого-то от этой квартиры есть ключ, которым можно пользоваться в любое время дня и ночи! — воскликнула Грейс.

— Не огорчайтесь, фрекен. Никто в этот дом не войдет без моего ведома.

— Но если вас нет, как сегодня?

— Да, верно. Тогда лучше сменить замок. И все равно я не до конца уверена. Ведь так легко опрокинуть пузырек и не заметить. Вы уверены, что это не вы?

— Да. Такой сильный запах я бы сразу почувствовала. В квартире пахнет, как на парфюмерной фабрике.

— Итак, надо заменить замок, — объявил Польсон.

— А вдруг фрекен Бедфорд вернется и ее ключ не подойдет к двери?

— Я буду дома, — сказала Грейс.

— И она обрадуется, что сделаны такие предосторожности, — дружелюбно улыбнулся Польсон.

Фру Линдстром рассмеялась:

— Я поняла, что вы имеете в виду. У фрекен новый муж, как вы говорите, и она не будет бояться незваных гостей.

— Как она осмелилась намекать, что Вилла вела такой образ жизни! Она смеется, а глаза у нее злые. Она так бестактна!

— Да, но я помню, что действительно по субботам она бывает у дочери, — задумчиво сказал Польсон.

— И тот, кто приходил, это знает, как и то, что нас не будет. Польсон, нам стоит быть повнимательней.

Когда тот ничего не возразил, Грейс вздрогнула.

— Надо поменять замок. И кому Вилла по глупости отдала свой ключ? Это не Густав, если она с ним. Это кто-то, кто не хочет, чтобы знали, что он побывал здесь.

Польсон смотрел на Грейс с обожанием.

— Ваши аргументы устрашающи.

— А Вилла?! Ее дневник? Он о нем знал и боялся, что упомянут там! Он не хотел, чтобы я или еще кто-то прочли о нем! Он не мог его найти, он ведь у меня в сумке. Так что может быть Свен, Аксель или Якоб. А вы не думаете, что Якоб — это барон ван Стерп? Столь известный человек явно не заинтересован в скандале.

— Но он не пошел бы и на то, чтобы рыться в комнате девушки. — Глаза Польсона странно светились, точно в голове он проворачивал эту идею. Но, тем не менее, он не собирался обсуждать свою мысль с Грейс и только добавил: — Сегодня вечером вы можете чувствовать себя в безопасности. Гость не вернется. А если кто-то нарушит ваш покой, без колебаний используйте метлу.

Вся серьезность момента стала смешной после этого предложения.

— Я имею в виду, что вы можете постучать ею по потолку, а не по незваному гостю. Хотя — лучше и то и другое.

Когда Грейс была в ванной, зазвонил телефон. Звонок прозвенел так неожиданно, что она выпрыгнула и побежала к телефону, а вода с нее капала на полированный пол гостиной.

— Привет, — выдохнула она в трубку.

— Грейс, это Кейт Синклер.

— А, Кейт. — Разочарование было слишком явным.

— Я не вовремя?

— Нет, просто я была в ванной, и с меня течет. Подождите минутку, я накину полотенце.

Когда она вернулась, завернутая в одно из банных полотенец Виллы, она уже успокоилась.

— Как вы, Кейт? Как дети?

— Прекрасно. Питер просил меня позвонить. Он подумал, что, может, вам одиноко.

— Нет, я хорошо провела день. Мы ездили в замок Грипсхолм и по дороге устроили пикник.

— А не холодно для пикника? Подождите минутку. — В отдалении раздалось бормотание, и Кейт сказала:

— Питер спрашивает, с кем вы ездили?

— Это входит в его обязанности? — с легкостью проговорила Грейс. — Что ж, с моим соседом, вернее, соседом Виллы. Большой добрый швед по имени Польсон, он преподает в университете. Прочитал мне лекцию о портретах в замке.