Владыка Западных земель - Александр Якубович

Люди жаждут возмездия, это желание никуда не делось. Пока же вопрос с поиском виновных раскачивал только отец Симон. После спонтанного факельного шествия к цитадели, святоша притих. Он все еще проводил службы в своем храме, собирал пожертвования. После судной ночи его паства заметно увеличилась, но не критично. По городу ходили разные слухи, в первую очередь о том, что многие в ту ночь слегли — именно те, кто был на улице перед храмом — а некоторые старики вовсе умерли. И пусть все винили магию печати Харла, люди, по своей обычной привычке избегать непонятного, сторонились храма бога Света.

У меня были догадки на тему того, что случилось в ту ночь. Симон был чрезвычайно силен, а магия Света буквально питалась жизнью своих последователей. Отсюда и увечья паладинов, и истязание плоти. Бог Света был жесток и непреклонен, и за каждое свое вмешательство брал очень, очень высокую плату. Вполне вероятно, люди в ту ночь как раз и уплатили установленную пламенным божеством цену.

Но Симон лишь трепал языком и пытался найти крайних. В каждом он видел врага, в каждом — исчадие тьмы. Истеричный и фанатичный, проповедник был готов натравить собак на любого несогласного, и это не имело никакого эффекта. Пока он рано или поздно не укажет на кого-то на самом деле замешанного в создании Уз Крови. Тогда популярность Симона в народе взлетит в небеса.

Я не собирался бодаться с этим демагогом и истеричкой за внимание горожан, у меня были другие методы. Со дня на день в городе будут темные эльфы из Н’аэлора, а вместе с ними приедет и семьсот фунтов серебра от Ирен. Вместо того, чтобы одурманивать людей, я просто их куплю. Голодный сытому не товарищ, а на полный желудок сказки отца Симона звучат совершенно иначе. Так что мне будет достаточно просто выловить максимум причастных к действу в пещерах, а остальных — загнать поглубже в норы, чтобы оставить проповедника у разбитого корыта.

— Ты готов? — Лиан буквально вломилась в мою комнату, едва не сорвав тяжелую дверь с петель.

— Да, сейчас, — сказал я, хватая перевязь с мечом.

Пришло время закалки.

Это должно свершиться на закате. Едва диск солнца коснется горизонта, начнется финальная проковка клинка, которую в одиночку будет выполнять мастер Зинас. И с последними лучами, когда землю почти поглотит ночная тьма, кузнец опустит саблю в ванну для закалки, которая будет наполнена смесью специального масла и крови Лиан. Так закончится ковка-на-крови. После этого у мастера будет ночь на то, чтобы закончить работу, заточить клинок и насадить рукоять, после чего, на рассвете, с первыми лучами солнца, сабля примет свой окончательный вид и впитает силу духов Гор.

Сегодня в кузне будет жарко, потому что у дворфа нет права на ошибку.

Я зря волновался. Едва мы ступили в кузню, я понял, что Зинас готов к любому развитию событий. Кузнец подготовил сразу несколько рукоятей из разных материалов. Вся кузня была завалена различными склянками, точильными камнями, полировочными тряпками и ремнями. У мастера будет около десяти часов для того, чтобы закончить работу, на которую у хорошего кузнеца уходит минимум несколько дней. Поэтому дворф был готов к чему угодно.

Солнце стало клониться к закату, и гном положил прокованную и почти готовую саблю в горн — дать металлу раскалиться в последний раз.

— Работа шла ладно, — пробормотал осунувшийся от усталости Зинас. — Я чувствовал, как сами духи направляют удары моего молота, Владыка.

— Это хорошие новости, мастер, — ответил я кузнецу. — Значит, духи верят в то, что эта сабля достойна их силы.

— Угу, — согласился дворф, который все это время не сводил глаз с недр горна. — Я раньше думал, что мастера приукрашивают, но честно скажу, Владыка, это будет мой шедевр, если духи позволят мне закончить работу.

— Конечно, позволят, — кивнул я. — И я не забываю о нашем уговоре, уважаемый мастер Зинас. Запятнавших честь вашего цеха уже ищут. И с каждым днем людей, делающих это, будет все больше и больше.

— Отрадно слышать, — ответил гном, поглаживая бороду, — эти подлецы просто недостойны состоять в одной гильдии с мастером, который может выковать такую саблю.

Впрочем, какого ответа можно было ожидать от склочного дворфа? Но тут я был согласен с Зинасом. Находясь на другом конце континента от родных гор и обиталища духов, выковать саблю-на-крови — показатель огромного мастерства и силы. Если гном когда-нибудь вернется в родные края, он сможет стать легендарным мастером, последнее изделие которого займет достойное место в сокровищнице подгорного короля.

— Духи говорят, что вы можете сделать подарок, Владыка, — внезапно просипел Зинас. — Я не знаю, можно ли, но… Я точно чувствую, что они предлагают сделать подношение.

Я с удивлением посмотрел на кузнеца, потом — на узкую ванну, в которой уже было замешано масло и кровь эльфийки. Лиан, которая тихо стояла за моей спиной и точно так же гипнотизировала горн, как и Зинас, вовсе не поняла, что происходит.

— Какой подарок? — спросила девочка.

— Давайте попробуем, — проигнорировав вопрос темной, ответил я мастеру. — Но это все равно должна быть сабля Лиан.

— Тогда не больше пары капель, — ответил гном.

Я аккуратно подошел к ванне для закалки и потянул ладонь в сторону девушки.

— Дай свой нож, — сказал я Лиан.

Эльфийка подчинилась. Я аккуратно чиркнул по тому же пальцу, которым оставил отметину на лбу Ирнара сегодня утром, после чего уронил три капли крови по всей длине ванны. Хватит. Зинас прав, если духи благосклонны, надо воспользоваться этим шансом. Между мной и девочкой была связь, она моя воспитанница. Пусть ее оружие получит не только науку, которую я вложил в руки владелицы сабли, но и силу моей крови. Совсем чуть-чуть, это сделает клинок эффективнее в магическом плане.

Без какого-либо сигнала — мы даже не видели неба, а двери в кузню были плотно закрыты, чтобы случайный сквозняк не поддувал угли — Зинас схватился за щипцы и вытащил раскаленный клинок. Аккуратно, словно заготовка была сделана из хрусталя, мастер подошел к ванне, приноровился, и одним резким движением опустил клинок в смесь. Масло, замешанное с кровью, моментально зашипело, кое-где вскипело, но клинок остудило. Секунда, вторая, третья. Я, как и Зинас, как и Лиан, замер над ванной, ожидая результата. Слишком долго держать саблю