София слышит зеркала - Марина Комарова

Стефан пронаблюдал за нахальным татцельвурмом и едва успел отодвинуться, чтоб не получить мощным хвостом по носу.

– О… Паульхен, мальчик, я тебя не заметил, – почти проворковал Крампе. – Кажется, тебе пора заняться воспитанием своего хозяина, а то он совсем от рук отбился. Не надо так. Красивых девушек видеть не хочет, грубит, хамит, ведет себя так, словно воспылал страстью к противоположному полу и…

Стефан медленно поднялся из кресла. Одно из зеркал, находившихся в шкафу, вдруг задребезжало, и по комнате разлился печальный звон.

Крампе резко замолчал. Стефан мысленно пообещал, что обязательно устроит Крампе веселую жизнь и натравит на него напарника. Не надо создавать невыносимому советнику проблемы в жизни, достаточно оставить его один на один с Кенигом, которого не выносит он сам.

Звон стал тише, но в него вплелись тоскливые нотки. Стефан нахмурился. Такое впечатление, что кто-то из Зеркалья хочет достучаться до него. Приблизившись к шкафу, он молча посмотрел на переливающееся серебром зеркало в винтажной белой раме с потертой окружностью. И пусть оно размером с ладонь, на мгновение удалось рассмотреть одинокий дом с горящими ярко-желтым светом окнами, узкую тропинку, убегающую куда-то вдаль, ночную тьму. Толком не рассмотреть, но есть странное чувство, что это колышущаяся под ветром рожь. И стоит только сделать шаг вперед – утянет, заберет, не даст обернуться.

Стефан глубоко вздохнул, при этом даже не шелохнувшись. Начатое надо закончить. Оставшаяся там душа бьется бледной бабочкой об острые грани нереального мира Зеркалья.

– Что там? – донесся голос Крампе.

Стефан, не думая даже поворачиваться, поднял руку и ладонью повернул к стоявшему за спиной Крампе. Тому не нужны были слова. Гладкая отшлифованная ручка коснулась руки спустя миг. Стефан обхватил ее пальцами, сжимая, привыкая, пробуя на прочность. Даже не опустил взгляда, зная, что Крампе дал ему старинный нож с прямым лезвием и двумя зазубринами. Двумя. Потому что бильвиз и роггенмеме предпочитают ходить по двое.

– Скоро? – спросил Крампе.

– Надеюсь, – бросил Стефан и подался вперед, к серебряной глади зеркала.

«Скоро вернусь. Может, правда, не очень. Как пойдет».

Он задрал голову, разглядывая полную луну, повисшую драгоценной брошью на черном бархате неба.

Переход дался быстро и неощутимо. Уголки губ Стефана дрогнули в едва заметной улыбке. Ну уж нет, никто так просто его силу не заберет. Глава – не рядовой зеркальщик, с которым можно играть в игры. Попытаются – зубы обломают.

Стефан повернул голову в сторону дома. Огни в окнах погасли, словно по чьему-то сигналу. Под порывом ветра рожь пригнулась, как под чьей-то гигантской рукой.

В нескольких шагах появилось черное пятно. Оно тут же начало стремительно расползаться. Стефан стоял, даже не думая отходить. Не время убегать. Да и не за этим он сюда пришел. Только выставил вперед руку с ножом, лезвием к пятну. Тьма тут же остановилась, будто испугавшись. Ветер задул сильнее, пробрал до костей. Стефан немного поморщился. Не хватало еще простуду подцепить в Зеркалье, вот хохма будет. Крампе от смеха загнется просто.

Пятно тем временем вытянулось, как нескладная человеческая фигура, что стояла, склонившись в пояс, а теперь решила разогнуться.

– Добрый вечер, – произнесла она хриплым неприятным голосом и отвела от лица растрепанные волосы.

«Лучше бы не отводила, – подумал Стефан, глядя на иссохшее лицо, подобное коре дерева. – А еще лучше бы не разгибалась вовсе».

Она была выше ранее встреченного тут бильвиза, обнажена и уродлива. Острые кости, обтянутые сухой кожей, выступали так, что их обладательница делалась похожей на странную птицу. Обвисшие черные груди ничем не прикрыты. Из набухших бордовых сосков медленно стекало что-то вязкое и густое, по виду напоминающее смолу. Когтистые руки висели как плети: Стефану не хотелось думать, что будет с человеком, который попадет в их объятие. Это ж точно кости переломают все, пощады не будет.

Роггенмеме перехватила его взгляд и улыбнулась пожелтевшими зубами. Ее блеклые глаза излучали столько злобы и презрения, что тут же захотелось занести руку с ножом и вонзить в прогнившее сердце полевой нечисти.

– Мы с мужем бесконечно рады гостям, – прохрипела она, снова улыбаясь так, что у Стефана по коже прошел мороз. – Только он сейчас немного отлучился, понимаете, наш непутевый родственник потерялся, вот и…

Рожь угрожающе зашептала, склоняясь под ночным ветром. В доме неподалеку на мгновение вспыхнул свет. Небо рассекло ослепительной молнией, но на землю не упало ни капли.

Фокусы Зеркалья могли напугать новичка, но не главу. Где-то вдалеке раздался жалобный крик, а потом – хохот бильвиза.

Роггенмеме поняла, что так просто гостя не запугать, поэтому зарычала и кинулась на Стефана. Он едва не упустил момент, рассчитывая, как вытянуть душу Леманна, но при этом избавиться от назойливой собеседницы. Когти роггенмеме почти коснулись его щеки. Про себя ругнувшись, он перехватил ее руку и сжал. Послышался неприятный хруст, и тварь отчаянно завыла.

Стефан вонзил нож в ее горло. Жуткое бульканье, миг – блеклые глаза остекленели. Роггенмеме захрипела и свалилась к его ногам бесформенной грудой. Впрочем, Стефан на это уже не смотрел. Он быстрыми шагами направился к месту, где слышал голос Леманна. В Зеркалье все неверно, все только на короткое время. Роггенмеме через время встанет, отряхнется и снова скроется в своих полях. Правда, далеко не факт, что все забудет. Есть крайне злопамятные твари. Не все любят, когда их убивают.

Душа Леманна, серебрящаяся в свете луны, вдруг пронеслась перед Стефаном. Он чуть покачнулся, удерживая равновесие. Ругнулся сквозь зубы: вот как теперь за ней бегать?

– Ночью по полям гулять опасно, – скрипящим голосом известили за спиной.

Стефан резко обернулся, только крепче сжимая нож. Лезвие отразило лунный блик, вязкая кровь роггенмеме тяжелыми каплями падала на землю. Бильвиз обратил на это внимание, нахмурился и заскрежетал зубами. Кажется, к погибшей супруге он испытывал чувства. Что ж, это плохо. Во всяком случае, для здоровья Стефана.

– Воровать чужие души еще опаснее, – недрогнувшим голосом произнес он. – Отпустите Леманна, его место не здесь.

Бильвиз вскинул руки в стремлении кинуться на Стефана, однако не сумел сделать ни шагу. Все же не зря нож – одно из средств испугать бильвиза до полусмерти. Он не посмеет приблизиться к тому, кто его держит. Сталь и дерево, закаленные временем. Больше и не надо.

Серебряная душа возникла за спиной бильвиза и робко двинулась в сторону Стефана. Тут перед глазами все потемнело, а в ушах загрохотало так, будто совсем рядом начался камнепад.

Нож выскользнул из рук, и хрип бильвиза раздался возле самого уха.

Глава 6

Предупреждение Леманна

– Женщины ему неинтересны, – настойчиво произнесла Славка. – Вот увидишь, что я была права.

Я поперхнулась кофе, едва не заляпав роскошное кремовое покрывало с золотыми вышитыми цветами, которым была застелена кровать в моей комнате.

– Слушай, может, оставишь человека в покое?

Славка пожала плечами и принялась сосредоточенно грызть шоколадку. Все убеждения вроде «после шести не ем» резко испарились ввиду смены обстановки и малокомфортной ситуации. Мне-то ничего, жестких рамок касаемо времени потребления еды не имеется, а вот подруга очень принципиальна в данных вопросах. А тут – бац! – весь режим под хвост… татцельвурма.

– Он на нас так отреагировал, будто мы уведем обоих советников, – тем временем продолжила она. – Столько брезгливости, еще бы чуть-чуть – и выгнал бы всех.

– Никакой брезгливости я не заметила, – медленно сказала я, просматривая задания от работодателя и прикидывая, где искать материал. – Просто он не ждал гостей.

Конец ознакомительного фрагмента.