Московские каникулы - Kancstc

— Всю правду только Род знает, но и это не точно. Да ты садись, бабушка, в ногах правды нет, только мясо и кости.

Ильмера при этом отсела в сторону, освобождая место для цыганки. Та хмыкнула, покачивая головой, но предложение приняла.

— Ох, боитесь вы старую Зору, — деланно вздохнула она, усаживаясь на предложенное место, а Ване вдруг пришла в голову дельная мысль, которую он тут же и реализовал, передав сопровождающему:

— Дядя Стёпа! Приглядите, нет ли тут любопытных… и чтобы нам не мешали.

Тот аж крякнул:

— Как будто у меня тут взвод… Ладно, пригляжу.

— Ну вы тут прям… как на войну собрались, — покачала головой старая цыганка.

— Ходят слухи, что один цыганский барон на нас войной собирается, — парировал Ваня.

— Вот о том я и хочу с тобой поболтать. Давай-ка так, сахарный ты мой, я тебе правду расскажу, и ты мне расскажешь. Правда, она нынче, дороже золота.

— Всей правды и Род не знает, — снова парировал Ваня, — но вы, бабушка Зора, говорите, я тоже кой чего расскажу.

— О! Вежливый, смотрю! Ладно, будь по твоему. Что ромкин папа — наш барон, ты знаешь, — не спрашивала, утверждала, — а вот то, что Богданом не все довольны, знать тебе неоткуда…

— Ну и что? — встряла сидевшая как на иголках Света, но, Ваня её одёрнул:

— Погоди, пусть расскажет. Может что и будет интересное.

— Ты своего мужика слушай, сахарная ты моя, — снова усмехнулась старуха, — он точно не дурак! Так вот, Богдан. Правит он толково, это не отнять, но ромал из него, как из ёжа задница, да и бароном он стал против всех законов. А это не всем по нраву. А вот Ромка его — уже другой человек, если ещё в таборе пару лет перекантуется, да духу нашего наберётся, да ещё женят там его на правильной девушке, вот тогда он правильным бароном станет, уже по закону…

— А куда вы собираетесь его отца девать? — не выдержала мавка.

— Ох, красавица, какая-то ты не по годам наивная, — театрально сокрушаясь покачала головой Зора. — Мало ли что может с цыганским бароном случиться? Может подрежут где, может подстрелят, да и издали прилететь может, знаешь какие случаи бывают? Народец-то у нас горячий, а ему по должности положено во все разборки встревать. Бывает и не в него целят, а по ходу хлоп! И кырдык.

Ваня на это аж восхитился:

— О! Вот говорят: «Конспирология: конспирология!», а тут в диких местах такие вещи творятся, все масоны от зависти удавятся!

На это бабка отмахнулась:

— Масоны эти! Дети малые. У нас учились, да ничему не выучились. Так я к чему это? На Ромку вашего у ромалов большие виды и за ним мы присматриваем. Когда он от вас рванул, все таборы зашевелились. Баронского сынка у себя принять и спрятать — дело почётное, да и наградить барон потом может, да и сынок этот, когда бароном станет, не забудет…

Это всё, конечно, было интересно и полезно, но что-то подсказывало, что затягивать встречу не надо, поэтому Ваня её перебил:

— Короче мы понели. Но я так понял, что-то пошло не так.

— Да всё не так. Он уже почти месяц бегает, а ни в одном из таборов так и не появился. При этом куда бежать при случае — знает и пару раз отцу звонил. Это то, что я знаю.

Вот это уже было интересно. Если летом ещё можно месяц по лесам ныкаться, на подножном корму, правда не ясно зачем, то зимой с этим уже начинались некоторые проблемы. Впрочем, озвучивать очевидное Ваня не стал, тем более, что Зора уже смотрела на него выжидательно: мол, я тебе рассказала кое-что важное, теперь твоя очередь. Ну что ж, кое-что можно и рассказать:

— Рома связался с какими-то непонятными и очень нехорошими силами… — начал он и рассказал об организованном Ромой нападении огненных змеев и его бегстве. В конце добавил: — … Ребята эти серьёзные, отход ему организовали так, что Соловей потом с нами эту операцию на войне по косточкам разбирал, как пример идеальной работы. И, главное, эти люди…

— А ты уверен, что люди? — уточнила Зора. Ваня поначалу опешил, но быстро согласился с этим замечанием:

— Хорошо, ЭТИ, играют с магическими силами, с которыми мы почти не знакомы. Эти силы влияют на мышление человека, чаще всего не лучшим для остальных образом, но выявить такие изменения очень сложно. Так что если он появится, будьте с ним очень осторожны! Лучше всего, сразу сообщите нашим.

И тут снова неожиданно встряла Света, встряла на удивление по делу:

— Я понимаю, цыгане там, своих не сдаёте, но Ромка уже не цыган. И, скорее всего, не человек.

— Не думала, что всё так плохо… — проворчала старая цыганка. — Ладно, сладенькие мои, так и быть, вот ещё для вас: твоя мамка, — она ткнула пальцем в Ваню, — очень недовольна, что ты там учишься. С Богданом встречалась уже, судили рядили, как бы вашему Полоцкому какую подставу сделать, чтобы тебя оттуда выковырять. И уж поверьте старой Зоре, я-то уж на свете пожила, людей повидала, не успокоится она. Да и ты, красивая, — она кивнула в сторону Светы, — будь осторожнее. И Богдан наш удила закусил, да и Ромку я знаю, не уймётся. А наши девок воровать завсегда умели.

— Спасибо, бабушка Зора, — с искренней благодарностью ответил Ваня. — Только откуда вы всё это знаете?

— А ты, никак, думал, что такого… пусть будет, барона, ромалы без пригляду оставят, да без совета? — усмехнулась старуха. — А с мамкой твоей совсем просто. Он её ко мне притащил. Я уж думала койку им стелить, ан нет! Два часа на кухне сидели, рядили, что бы такого сделать плохого. Даже чай не выпили. Ладно, засиделась я тут с вами, — закончила она вставая.

Обсудить случившееся отправились в кафе рядом, на углу Большой Никитской и Калашного переулка. И правда, не при ваниной же маме теперь всё это обсуждать? Даже дядя Стёпа, правда с заметным срыпом, согласился посидеть с ними за одним столиком и всё обсудить.

— Вы записали разговор? — уточнил Ваня.

— Конечно! — кивнул безопасник.

— А я