И только сердце знает (том 2) - Джоанна Линдсей

Произнося столь страстную речь, Ранульф нервно стучал своими ручищами по столу, отчего испуганная кошка снова забралась к нему на плечо. Ранульф взял ее в руки и пригрел на груди, стараясь успокоить. А Альма не отрываясь смотрела на эти его руки, нежно поглаживающие кошку.

— Эта кошка принадлежит вам, милорд? — задумчиво спросила она.

— Да.

— Вижу, что вы любите ее. Когда у меня была кошка, я тоже была сильно к ней привязана. Я так обожала свою кошечку, что иногда мне хотелось сильно-сильно сжать ее, чтобы показать, как я люблю ее. А вы когда-нибудь чувствовали подобное?

Ранульф улыбнулся, почесывая свою любимицу за ушами.

— Да, довольно часто.

— Однако вы ведь не сделали это?

— Конечно, нет. Ведь это бы убило ее!

— Или причинило бы сильную боль. Ранульф снова нахмурился:

— А что общего между всем этим и тем, о чем я действительно тебя спросил?

— Если вы можете быть нежны со своей кошкой, потому что знаете, что если поступите наоборот, то причините ей боль, то почему вы не считаете, что сможете поступить так и с вашей женой?

— Ты что, сравнила мою жену с кошкой?!

— Совсем нет, — поспешила она заверить его. — Я просто указала, что именно эти руки, которые, как вы боитесь, поранят вашу леди, ничего подобного не делают с кошкой, а ведь она гораздо более маленькое и хрупкое создание.

— Я не испытываю страсть к кошке, — прогремел Ранульф. Альме пришлось прикусить губу, чтобы не рассмеяться. — Ну конечно же, не испытываете! Я пытаюсь предположить только, что у вас и мысли никогда не было, что вы можете пора нить всех этих женщин или даже собаку или лошадь своей чересчур пылкой привязанностью. Однако вы знаете, что можете причинить боль своей кошечке, то же самое касается и вашей леди. Вы знаете, что она не такая, как все те, кто был с вами прежде. Вы знаете, что должны быть очень осторожны, когда дотрагиваетесь до нее. И даже если вы потеряете контроль над своим желанием, эта мысль будет сдерживать вашу силу и защитит леди.

— Как же это может быть? Я говорю тебе, что никогда не знал столь поглощающей страсти, пока не встретил ее! Это может произойти где угодно: как только желание просыпается во мне, я не могу ни остановить его, ни побороть. И мыслей-то в моей голове в такой момент нет, все, о чем я могу думать, то нечеловеческое влечение, что сжигает все мое тело!

— Понятно, — только и сказала Альма.

Она задумалась о том, не может ли Ранульф быть просто влюблен в свою собственную жену. Однако Альма сомневалась в этом, и она была не настолько глупа, чтобы поделиться с ним своими мыслями. Однако если он так и не сможет поверить, что сам в состоянии обуздать приступы своей страсти, то как же она тогда могла помочь ему? И, что было гораздо важнее, самой леди?!

— Это совершенно меняет все дело, — сказала она наконец, снова взглянув на его руки. — Леди, возможно, хрупка и деликатна в сложении, однако она все-таки женщина, а мы, женщины, гораздо сильнее и выносливее, чем вы, мужчины, думаете. Возможно, ваши ласки вообще не причинят ей боли.

— Мне бы не хотелось поранить ее, чтобы выяснить, действительно это так или нет.

— Тогда покажите мне. А уж я скажу, что женщина сможет выдержать, а что — нет.

Взглянув на раздираемого сомнениями Ранульфа, Альма ободряюще ему улыбнулась, однако, опустив глаза и увидев его ручищи, пожалела о том, что только что сказала. Риск заключался еще и в том, что, однажды начав, он уже не сможет остановиться. Но как еще могла она облегчить его терзания?! Ибо если он не сможет избавиться от этих сомнений, то леди никогда не познает всю силу его страсти, чего Альма уж никак не могла допустить.

— Я не собираюсь соблазнять вас, милорд. Ничего подобного. Это не больше чем обыкновенная проверка, для того чтобы определить силу ваших прикосновений — не больше…

— Я понял, — прогремел Ранульф. — Но ты же ничуть не похожа на мою крохотную леди. Альма улыбнулась.

— Грудь есть грудь. Маленькая она или большая, одинаково чувствует как боль, так и удовольствие. Дотроньтесь до моей так, как привыкли это делать, и тогда я смогу…

Он повиновался, прежде чем она успела закончить фразу, и Альма вздрогнула.

— Теперь я действительно понимаю, что вы имели в виду, милорд. Вы очень сильно сжимаете, — вынуждена была признать она, а потом осмелилась сказать то, что не раз повторяла многим рыцарям:

— Грудь — это вам не рукоятка меча! Она не выпадет из вашей руки, если вы возьмете ее чуть нежнее… О Господи! Госпожа!

— Что?!

Он обернулся и увидел свою жену, стоящую в дверях с корзинкой, полной медикаментов, в руке. Но через мгновение она исчезла.

— Вы должны пойти вслед за ней и все объяснить! — закричала Альма.

— А зачем? Если я брошусь за ней следом сейчас, то скорее всего овладею ею снова где-нибудь в лесу, а ей это не особенно нравится.

Сраженная подобным заявлением, Альма дико посмотрела на Ранульфа.

— Но она ведь подумает…

— Не будь дурой, женщина, — прервал он ее. — Я же сказал тебе, что она не будет думать об этом. Она не сможет отказать мне, даже если не захочет меня, так зачем же мне искать другую женщину для удовлетворения своих потребностей?

Альма не стала говорить ему, что, как правило, мужчины приходят к другим женщинам в поисках более острых ощущений, если их собственные жены не очень-то часто и охотно занимаются с ними любовью. Однако в подобных случаях сами жены и благословляют мужей на это. К тому же уверенный тон Ранульфа развеял ее страхи. Возможно, леди Рейна еще будет ей благодарна. А если нет — Альма сама позаботится о ее муже…

— Милорд, боюсь, что неверно поняла ваш вопрос. Вы хотели знать, как можете доставить своей жене удовольствие, не ранив ее, а я-то кое-что важное и упустила. Возможно, вам следует начать это медленнее, не дотрагивайтесь руками, сперва ласкайте ее вместо этого губами, языком…

— Это будет совсем по-другому.

— Почему же? Ртом вы можете ласкать ее в тех же местах, что и руками.

— Везде где угодно?

— Да.

— Везде?!

Красная Альма усмехнулась, догадавшись, что он имел в виду.

— Да, и там тоже. Я знаю, что большинство мужчин даже не догадываются об этом, однако те, кто все-таки делает так, находят в этом занятии истинное удовольствие. Возможно, она и начнет сопротивляться, думая, что это более чем странно. Однако если вы все-таки будете настойчивы, она не только полюбит ваши новые ласки, но и сможет получить от них истинное удовольствие, достигнув вершин наслаждения.

— Как так?

Впервые за много лет Альма вспыхнула.

— Доверьтесь мне, милорд, это действительно может произойти. Если вы последуете моему совету, то постепенно поймете, от каких ласк она получает наибольшее удовольствие и насколько нежным вам следует быть, занимаясь с ней любовью. Когда вы узнаете ее получше, у вас еще будет много времени, чтобы насладиться вашей страстью.