Рассказы для друзей - Юрий Семёнович Яковлев

привез Лене. А то привез степного ёжика, маленького с огромными ушами, который оказался ежихой. Она нам принесла нескольких ежат. Выходили, вырастили и отпустили в степь. На велосипедах ездили на речушку Эмель, шашлык жарили, рыбу ловили. Дружили с местной жительницей, переселенкой с Украины, звали её «тётя Катя». Она была «знатной трактористкой» в период покорения целины. Мы ей отдавали все лишние крупы, которые получали на офицерский паек, а она нам яйца, курятину. Иногда Лена ездила на базар, всего 60 км, в село Урджар. Там жили немцы, и на базаре у них были и фрукты, и молочные продукты.

Климат в Казахстане степной, резкоконтинентальный– жарко днём, прохладно ночью. В сентябре выходим мы с Леной из солдатского клуба, где смотрели кино (офицеры и их семьи всегда садились на последние ряды), и чувствуем – холодает, будет мороз, помёрзнут наши помидоры. Пришли домой, взяли фонарики, а вместо ящиков два многострадальных чемодана. Нашли в темноте свой огород и собрали помидоры. У всех помёрзли, а наши постепенно зрели на подоконнике до самого Нового года!

Оказалось, что без телевизора (там не было вышки-ретранслятора) можно жить и больше общаться, больше петь песен, а ещё мы там читали книги вслух, по очереди. И смотрели на звёзды. И мечтали.

Конечно, большую часть месяца я проводил в командировках, на границе, а дома – это всегда праздник. Помню, приехал после длинной поездки по границе. Лена наготовила еды, натопила дровами титан – это чтобы мыться горячей водой. (Она прочитала этот рассказ и вспомнила: «Я ещё специально хорошо одевалась к твоему приезду. Сшила себе красное платье с вязаным верхом». А я замечал тогда, во что она одета? Думаю, замечал. Да, одежду замечал. И то платье помню. И мясо со специями в горшочке помню. Печенье хрустящее,«конвертиками», с грецкими орешками и корицей. А вот маникюр – чисто женская фишка. Можно заметить после фразы:«А я была сегодня на маникюре». Или конкретно: «Посмотри, какой у меня маникюр!» Ну да, маникюр. Это неправильна реакция. Правильная: «Как красиво!» Про маникюр – это уже из более позднего периода. Там этого не было.)

Покушали, я помылся, и тут зазвонил телефон: «Товарищ лейтенант, на заставе «Кара-Бас» получен пакет. Машина за вами вышла». Это значит, задержали китайца при переходе границы, надо ехать опросить, перевести, что расскажет. Вернулся домой через неделю.

Праздник продолжился. Мы дома, мы вместе – и это праздник.

2015 г.

Юность имени Дзержинского

Они все были стройные, спортивные, весёлые, взрослые, с умными лицами.

Они выходили из этого учебного заведения возле Белорусского вокзала, а я, девятиклассник, смотрел на них с завистью.

Прошло три года, и вот я, рядовой погранвойск, еду в Балашиху, как мне объяснили, «двадцать пятый километр, остановка ДОРНИИ». Там будет подготовка и сдача экзаменов. А потом учёба на иностранном факультете Высшей Краснознаменной школы КГБ при Совете Министров СССР имени Ф. Э. Дзержинского. Такая именитая школа, что Дзержинского пришлось вставить в конец названия, и уже весь СССР получался имени Феликса. Но школа действительно того стоила!

Начальник курса – Александр Афанасьевич Говоров. Со временем начинаешь понимать, что он не только легендарный контрразведчик, участник Сталинградской битвы и один из организаторов контрразведки в партизанских отрядах, но и отличный воспитатель. Со своеобразным тонким юмором.

– Я не спрашиваю, почему Вы опоздали, товарищ слушатель, я спрашиваю, почему вы ОПОЗДАЛИ? Остановилось метро, так летайте самолётом, но опаздывать вы не должны!

– Вы преступно нестрижены! Но Вы же серьёзный человек!

До сих пор ношу документы только в кармане с клапаном и застёжкой. Не терял. И ни разу не опоздал.

Взаимное уважение учащихся и преподавателей. Обращение к преподавателям по имени и отчеству, а не по званию.

Вот полковник Пономарев. Работал в разведке в разных странах, подходит к группе слушателей, стоящих перед дверью, где идёт сдача экзамена.

– Что вы волнуетесь, не бережёте свои нервы? Они вам ещё в будущей жизни очень пригодятся.

Думаем, сейчас расскажет про тяжёлую нервную работу. А он продолжает:

– Для жены, для детей ваших…

Гражданское право, Герой Советского Союза Ларкин. С одной рукой и одной ногой. Для нас, молодых и здоровых, тогда казалось естественным, что Герой – значит не сдаётся, не спивается, а продолжает работать. Даже глупые загадки придумывали: что такое: семь рук, семь ног, одна звезда и одна женщина – это кафедра гражданского права. А Ларкин –один из лучших снайперов Великой Отечественной.

Криминалистика, полковник Ландышев. Рассказывал, как в конце сороковых ему, молодому следователю, объявляли выговоры «За либеральное отношение к подследственным». Когда только пришёл на службу, следователь сказал ему: «Я пойду пообедаю, а ты его коли». На столе лежало шило, Ландышев смотрел на него и решал, как будет увольняться. Когда вернулся следователь, он ему заявил, что живого человека шилом никогда не сможет колоть.

– «Коли» – это вопросы задавай. А не шилом.

Его наука – криминалистика– не пропала даром. Недавно встречался с бойцами, которые служили со мной в Афгане. Они стали вспоминать.

– А помните, как Вы душманский ДШК, что не давал нам жизни, обнаружили?

А я уже и не помню.

– Да как же, нашли в глубоком снегу след от пули, воткнули туда длинную палочку и сказали, куда смотреть через бинокль. Мы сразу и обнаружили грот под арчой.

Так и учил Ландышев.

А преподаватели по иностранным языкам? Они стали для нас просто родными. Мне достался китайский язык. Ещё в Балашихе при поступлении в высшую школу приехали преподаватели отбирать на какой-то козырный иностранный язык. Проверяли слух. Я так старательно спел им песню «Берёзовый сок», что меня объявили годным к изучению китайского. За мной на комиссию шёл мой друг Слава Пугачёв, я его успел предупредить, что проверяют слух для учебы китайского. Слава вышел расстроенный, говорит, что у них могло сложиться впечатление о его неадекватности.

– Спойте песню, любую.

– Извините, мне медведь на ухо наступил, слуха нет. (А учился в музыкальной школе, и со слухом всё в порядке.)

– Ну спойте как сможете.

– Давайте я вам лучше станцую.

– Спасибо, танцевать не надо.

Слава получил английский язык, что и хотел.

Мы использовали жизнь в Москве для культурного развития. Ходили в театры. Один раз Слава умудрился купить билеты в театр Сатиры на все спектакли сразу, мы ходили туда целый месяц, получали удовольствие от игры Андрея Миронова, Анатолия Папанова и других талантливых актеров.

Слава проходил срочную службу в Чехословакии, говорит, на старинной инженерной машине. На руле было нацарапано «На Берлин». Он умел