Админ (СИ) - Анджей Ясинский

Руархид некоторое время молчал, уставившись на поверхность стола.

— Я хотел бы обсудить ситуацию с Эль, — начал он, но вдруг на краю стола, там, где было свободное от бумаг место, появился небольшой росток, с каждой секундой увеличиваясь в размерах. И вот уже на столе архимага зацвело очень красивое карликовое дерево, покрытое ярко красными цветами, а воздухе разнесся мелодичный перезвон колокольчиков.

— Пижон, — буркнул архимаг, кивнул Торвину на кресло, а сам положил свою ладонь рядом с деревом.

Торвин порадовался тому, что остался в кабинете. Была неплохая вероятность услышать разговор архимага с его отцом — Лаурином. Обычно отец именно так оформлял свои вызовы по амулетам связи, передаваемые важным персонам — иллюзией родового дерева. Пусть он и не услышит слов отца, но по репликам архимага, если тот не вздумает общаться мысленно, кое что узнать можно. Руархид повел разговор вслух.

— Привет, Лаур! Какого хрена твои эльфы устроили в моем городе? — На повышенных тонах начал разговор архимаг. Торвин про себя удивился: не всякий осмелится разговаривать с его отцом таким тоном. Все страньше и страньше. — Да мне наплевать на твои проблемы — в конце концов ты всегда прекрасно сам с ними справлялся! Неужели ты потерял хватку, и уже не в состоянии предвидеть все последствия развития собственных интриг? Что? Приносишь свои извинения? Ну, ладно. — Понизил голос Руархид. — Однако мне нужна кровь, я не могу оставить все как есть — меня просто не поймут в гильдии. Что-о-о? — Архимаг снова повысил голос, — у тебя уже и список готов? Ну, ты и зараза ушастая! Да ты ведь подставил под удар моих подданных, и не простых, а тех, на которых я возлагаю большие надежды!

Некоторое время возмущенный архимаг молчал, слушая, что ему говорят.

Состояние Торвина можно охарактеризовать одним словом — ступор. Такое ощущение, что архимаг говорит не с королем эльфов, а со своим подчиненным. Это было выше понимания Торвина.

— Ладно, — буркнул архимаг, — договоримся. Ты там побыстрее разбирайся со своими врагами и приезжай в гости. Сто лет тебя не видел. Жаль, конечно, что на бал не попадешь. Что? Эль? Ну, про ее состояние ты, наверное, в курсе — твои уже должны были донести. Выслал гроссмейстера? Вот это хорошо, — обрадовался архимаг, — одно плохо. Он доберется минимум за неделю. За девочкой сейчас присматривают мои лучшие целители, но почти не вмешиваются. Да там непонятная какая-то штука творится — они говорят, что такое ощущение, будто с ее аурой работает довольно сильный целитель, но дело в том, что рядом-то никого нет. Такое возможно если присутствует очень «умный» амулет. Но его тоже нет — мы проверили. Да нет, вряд ли это восстановит ее, но по крайней мере то, что происходит, должно стабилизировать состояние, все одно гроссмейстеру будет полегче. Тут в другом проблема — все-таки времени много пройдет, а ты сам знаешь, чем больше его прошло с момента ранения, тем сложнее потом лечить. Уж очень сильно девочка пострадала. Да нету, нету у меня сейчас в столице гроссмейстеров-целителей! Что? — Архимаг озадаченно потер лоб, — что-то я упустил этот момент. Да, я найду того мага, может, действительно, он что-то может на уровне гроссмейстера, если сумел удержать ее и даже непонятно как лечит…

Руархид откинулся на спинку кресла и немного помолчал.

— Нет, Лаур, — покачал он головой, — ты сам виноват. Не ищи проблем на свою ушастую задницу — связываться с гроссмейстером боевой магии демонов не стоит. Радуйся, что дочь жива осталась, не лезь к Махасу. Знаешь его? Ну, тем более.

Тихо в кабинете. И даже шелест бумаг, вплетаясь в вязкую тишину комнаты, лишь, подчеркивает ее. Вечер. Светильники создают уютный полумрак, в котором так хорошо думается. Однако, мысли короля далеки от спокойствия, резко дисгармонируя с обстановкой. Устав бороться с собой, Лаурин, отбросил отчеты, вскочил и принялся вышагивать по комнате, в очередной раз уточняя количество шагов, требуемое, чтобы пройти от окна к двери и обратно.

Король был зол. Зол прежде всего на себя. Даже несмотря на то, что операция, просчитанная им до мелочей, дала результат гораздо лучше планируемого. Неопытная молодежь нашумела намного сильнее ожидаемого, в результате гномы арестовали многих перспективных магов оппозиционных кланов. Арестовали в момент мятежа, что снимает с него всякую ответственность за их будущее и позволяет диктовать главам этих кланов свои условия. Часть уже обратилась с предложением участвовать в погашении убытков короны в обмен на содействие в освобождении своих детей. Но король был зол. В какой-то момент он выпустил из рук нить событий. Не предусмотрел казалось бы мелочь — вмешательство собственной дочери. И теперь беспокойные мысли не покидали его. Он думал о дочери, так похожей на свою мать, что порой ему казалось, будто при смерти находится не дочь, а жена, память о которой не смогло стереть время, прошедшее со дня ее смерти. В тот раз тоже была попытка переворота, только он был к нему не готов. Тогда его спасло стечение обстоятельств: у него гостил хороший приятель — гном Руархид, с которым он, будучи молодым, исходил земли гномов, эльфов и людей, ища приключений и знаний. В момент переворота, Руархид, уже облаченный немалой властью, со своими верными магами и телохранителями перекрыл доступ во дворец и удерживал его, пока Лаурин разбирался с успевшими проникнуть внутрь убийцами. А потом, выстояв до подхода основных сил законного короля, помогал навести порядок в королевстве. Именно тогда чуть не погибла от случайной раны жена Лаурина. От этой раны она так до конца и не оправилась, а много лет спустя рождение дочери еще сильнее подорвало ее здоровье, и, несмотря на усилия лучших целителей, прожила она недолго.

Отправляя своих детей к Руархиду, король пытался оградить их от опасности, понимая, что давно назревавшая почка измены вот-вот раскроется и самые опасные события произойдут здесь, в лесу. Просто то, что он все еще воспринимает Эль девочкой, бегающей с детским луком, помешало ему как следует продумать ее место в плане. Времени на более тщательную подготовку просто не было — в любой момент события могли выйти из под контроля и тогда все происходило бы уже под руководством другого кукловода.

Король подошел к окну и прислонился лбом к прохладному стеклу. Через некоторое время сзади скрипнула дверь:

— Ваше величество! — раздался тихий голос.

Король резко обернулся.

— Ирентиль! — воскликнул он. — С каких пор я стал для тебя величеством?! — он быстро подошел к бледному и явно не совсем здоровому эльфу и обнял его. — Как ты себя чувствуешь? Надеюсь, наши мозгоправы восстановили тебя? Присядь, а то ты на ногах не стоишь. Ты все помнишь?

— Да, Лаур, — бледно улыбнулся бывший глава безопасности, усаживаясь в кресло, — я в порядке. А вот как у тебя дела? Надеюсь, все прошло по плану?

Лаурин помрачнел и отвернулся к окну.

— Все по плану. За исключением того, что моя дочь находится при смерти. Я уже отправил к ней Морила, но, пока он доберется, всякое может случиться. Поехал бы сам, но как ты понимаешь, Рориэль загнан в угол.

— Сочувствую, — Ирентиль тяжело откинулся в кресле. — Надеюсь, с Эль все будет нормально.

На несколько минут в комнате установилась тишина. Каждый сидел и думал о своем.

— Ладно, — повернулся король, — давай о более веселом. Рориэль, сам того не подозревая, практически заставил своих союзников влезть в нашу ловушку… — начал он, но тут же замер, настороженно прислушиваясь. Затем резко подал магический сигнал и над столом засветился рисунок, схематически изображающий левое крыло замка, в котором и находится рабочий кабинет короля. На схеме двигались зеленые и красные точки.

— Нападение?

— Да, финальный акт пьесы. Гнилой бутон пытается раскрыться. Смотри, — король показал рукой на рисунок. Видишь, основная масса нападающих схлестнулась со стражей? — действительно зеленые точки перекрывали западный и восточный входы а красные пытались войти. Кроме того, было видно, как зеленые точки, постоянно прибывающие из за края видимой зоны, накапливаются на некотором расстоянии, постепенно охватывая красные.

— Раньше тут не было столько стражей, — пробормотал Ирентиль. — А это что? — ткнул он пальцем в несколько красных отметок прямо в глубине стены.

— Да, — кивнул король, — я ждал чего-то подобного. И не удивлюсь, если среди них идет сам Рориэль Мен'т Авир. Вернее, я очень надеюсь на это. Торвину очень удачно удалось организовать утечку информации об этом проходе. И поскольку Рориэль метит на мое место, то вряд ли рискнет открыть кому-либо секрет его нахождения.

Еще немного посмотрев на рисунок, Лаурин быстро подошел к стене, где на специальной подставке лежал его меч, и медленно вынул его из ножен. Полюбовавшись на клинок, он приложил ладонь к стене и резко толкнул ее. Потайная дверь открылась темным провалом.