Оловянная корона (СИ) - Дмитрий Билик

— Но что мешает им вернуться обратно, к своим. Ведь вы говорите, что если у вас есть Антишлем, то у кинетиков…

— Шлем, — мягко улыбнулся дядя Миша. — Но это не имеет никакого значения, все процессоры у нас. Мы можем понизить способности кинетиков или защитить людей от телепатов, но они, — палец уперся в пустоту. — Не могут ровным счетом ничего.

— Вы их обнуляете? — холодок пробежал по телу Ивана.

— Да, обнуляем. Или вы считаете, что это хуже смерти?

Туров отрицательно покачал головой, хотя внутри себя задумался. Что будет сейчас с ним, лишись он способностей? Жуть какая-то.

— Вот так и живем, — подытожил Канторович. — Вы, конечно, можете остаться у нас. На столько, на сколько хотите. Можете уйти, вам не будет никто препятствовать. Но для начала осмотритесь, останьтесь на пару дней, подумайте. Не принимайте поспешных решений. Друзья! — это Михаил Эммануилович обратился к своим соплеменникам, — а нам всем пора по местам, новый день уже наступил.

Люди принялись вставать с лавок, громко переговариваться, смеяться и направляться к выходу. Здесь образовался небольшой затор, поэтому всем, включая неожиданных гостей, пришлось остановиться. Тут к Ивану подошел благообразного вида старик с куцей бородой и дрожащими руками взял за плечо.

— Все не является таковым, каким кажется.

Туров хотел спросить, что тот имеет в виду, но старик уже проскользнул в дверь. На улице Иван заметил лишь быстро удаляющуюся сгорбленную фигуру.

Плато Горы Богов

— Мы постарались максимально приспособить это место под себя, — говорил человек со странным именем Игорь, ведя их вдоль узких грядок.

Фергус ничего не понял, о чем говорили в доме, построенном самым необычным способом, какой он только видел в своей жизни. Как не понимал и то, что талдычит этот самый человек сейчас, поэтому сейчас старался не пропустить ни слова от «телепата» с дурным именем Игорь.

— Овощи растут неплохо, а фрукты так и не прижились. Вот скоро рассаду высаживать будем. Там дальше, ближе к лесу, у нас свиньи. Не бог весть что, но все-таки…

— Игорь, вы, конечно, простите, — прервала его Хелен. — Но где у вас тут туалет?

— О, сейчас. Надеюсь, вы его оцените по достоинству.

Он повел за собой, в сторону горы. Фергус заметил, что Халиль постоянно воровато оглядывается, словно запоминая, где и что находится. Войлу этот восточный бродяга не нравился — у таких нет чести. Им все равно кому служить, лишь бы было, чем брюхо набить, да куда упасть на ночь. Но зачем служить, если постоянно думаешь о собственных интересах, а не о благе господина?

Игорь снова начал говорить, но Айвин прервал его.

— Если вам не трудно, говорите по-кантийски, а не по-русски. Наши спутники не понимают.

— Сколько угодно, — ответил Игорь, а Фергус заметил, как изменилось лицо провожатого. Тому это явно пришлось не по душе. — Так вот, о чем это я… Значит, туалет мы вырубили прямо в скале, под местной речкой-вонючкой. Вернее, вонючкой она стала потом, но это уже не важно.

— Работа телекинетиков?

— Да, — нехотя признал Игорь.

Фергус теперь понимал отдельные слова, правда, все равно не постигал смысла сказанного. Ну ничего, Войл во всем разберется. Просто со временем. Они добрались до подножия плато, на окраине которого в скале диковинным образом выдолбили подобие домика с множеством дверей и крохотных оконцев. Крыши у строения не было, хотя и зачем она здесь? Домик искусно втиснули в полость, поэтому сверху над ним нависала гора, укрывавшая от любой непогоды.

Фаворитка господина (очень уж Войлу понравилось слово, сказанное о Хелен сиром Айвином) храбро открыла одну из дверей и шагнула внутрь. Остальные за ней не последовали.

— Может, еще кто хочет нужду справить? — повернулся теперь Игорь к кантийцам.

Лорд Лейтли отрицательно покачал головой, Халиль не отозвался — что-то увлеченно разглядывал, а вот Фергус кивнул. Ох, еще как хочется, уже часа два как, да все случая подходящего не было сказать — болтают все о чем-то непонятном, постоянно переходя на незнакомый язык — куда ж тут со своими житейскими проблемами. Игорь показал рукой на одну из дверей, и Войл торопливо зашел внутрь.

Так это нужник, только теперь догадался Фергус. Да интересный какой. Не просто дыра в полу, а поставленный стул без днища, чтобы с удобствами. А внизу… Войл даже не поверил. Постоял, прислушался, так и есть, речка. Как хитро. Вот потому тут и вони нет, и насекомых — все нечистоты вода уносит. Сделал Фергус свое дело, вышел, а там уж все только его и ждут.

— Теперь давайте ветряки покажу, — снова заговорил Игорь.

Войл нахмурился. Чудной человек, ведь и лет ему немало, и по-кантийски речь ведет, но любое слово — загадка. А что делать, не переспрашивать же? Ему и права никто не давал. Если уж его светлость молчит, то ему и подавно рта никто раскрывать не велел. Тоже ведь, стражник без году неделя. Да и не надо ему ничего говорить, так разберется.

Было бы что сложное, а то ведь больше туману напустили. Ветряки на самом деле оказались мельницами, только не на реках которые, а от порывов ветра работающие. Фергус видел такие, ничего особенного. На реках, конечно, сподручнее. Ветер, он сегодня есть, завтра его нет. А вода, куда ж она денется, не кончится же?

— Эти ветряки наш генератор и питают. Повезло, Эммануилыч заказал его, когда кинетики еще домой пробирались по Окнам за всякими вещами для быта.

Войл неодобрительно посмотрел на Игоря — умеет же человек о таких простых вещах так мудрено разговаривать. Да еще и ошибается постоянно. Не «гейнератор» питают, а их, людей. Известно, что хлеб, он из муки, а мука изо ржи, только когда перемелют ее. Для этого ветряки и нужны.

А может, на этого Игоря имя так действует. Ведь всякому известно, что нарекут ребенка Арси — всю жизнь промучается, места себе не найдет нигде толкового, а вот Руби наоборот — удача всю жизнь улыбаться будет. Его вот тоже неплохим именем нарекли, Фергус — значит ученый. И точно, уж Войл в этой жизни все знал, а если не все, то многое. Сам он, по крайней мере, думал именно так.

— А у вас… в общине, — сказал после некоторого колебания сир Айвин, — есть старичок один. — Бороденка обрубленная, нос картошкой. Сам маленький, сгорбленный.

— Знаю, знаю, — недовольно отмахнулся Игорь. — Демидыч. Вернее старший научный сотрудник Демидов Виктор Палыч. Был… А сейчас совсем из ума выжил. Присматривать за ним приходится, все-таки десятка как-никак.

— Я так почему-то и подумал, — ответил полубог.

Они прошли до самых деревьев, за которыми начинался редкий лес. Было видно, что здесь похозяйничал человек: где-то землю разворотили выкорчеванными пнями, где-то виднелись толстые окровавленные колоды, неубранные или нарочно оставленные здесь. Фергус шагнул было вперед, но Игорь жестом остановил его.