Первый встречный - Евгений Петрович Василёнок

это делается в кино. И мне самому захотелось попробовать. Кажется, получилось, а?

— Еще как получилось!

— Прощайте.

— Всего вам доброго.

Виктория исчезла за калиткой.

Генка постоял, закурил. Огляделся вокруг. Улица чем-то напоминала ту, на которой он уже был сегодня и на которой стоит особняк с флюгером… Но это, конечно, совсем другой район города. Может быть, он даже находится в противоположной стороне. Нет, не в противоположной, конечно, но все же очень далеко от него. И как теперь добраться отсюда до вокзала, как не заплутать?..

А зачем, собственно, добираться? Вокзал ему нужен был лишь для того, чтобы убить время, как-то скоротать ночь. Но ведь скоротать ее можно и здесь, кто ему запретит это? Вон у калитки, за которой исчезла та симпатичная девчонка из справочного бюро, стоит лавочка, да еще и со спинкой. Чем не ложе для непредубежденного и ничуть не обремененного предрассудками и условностями жизни человека?..

Он присел на лавочку. Выкурил папиросу, достал вторую, прикурил от первой.

Тихо скрипнуло окно. Но Генка, занятый своими думами, даже не услышал этого. Докурив вторую папиросу, лег на скамейку, подложив кулак под голову.

— Как вас зовут? — донесся до него сквозь листву дикого винограда голос Виктории.

Не поднимаясь, Генка глухо ответил:

— Геннадий Максимович.

— Вы студент?

— Учитель,— так же глухо и даже с какой-то угрозой в голосе проговорил Генка.— Завтра как раз буду давать урок кое-кому.

Спустя минуту снова послышался шепот Виктории:

— Нате.

Из окна сквозь листву просунулся угол подушки.

Генка приподнялся, раздвинул листву, взял дедушку, Сдержанно промолвил:

— Будет цела.

Окно захлопнулось.

Теперь и вовсе благодать. Подушка — это просто здорово. Блаженство, да и только. Эх, не понимают люди, что это такое — подушка под головой.

Она у них под головой каждую ночь, потому и не понимают…

Заложив руки за голову и блаженно вытянувшись, он долго лежал с раскрытыми глазами. Его надежно прикрывал от всех бед высокий звездный купол неба. Изредка где-то неподалеку взмывали ввысь тяжелые самолеты, держа путь в далекие неведомые края. Они дружески подмигивали ему зелеными и красными огоньками.

…На рассвете Викторию разбудил осторожный стук в окно. Когда она выглянула, на лавочке уже никого не было. Сиротливо лежала только одна подушка, да на земле валялось несколько окурков. Она вышла, присела на лавочку, взяла подушку и прижала ее к себе. И еще долго сидела так, задумавшись о чем-то.

8

И вот снова день, и опять солнечный, улыбчивый. Да, лето в этом году не обижало минчан, оно щедро ласкало их. За последнее время вот только вчера спряталось было за облака,— надо же и светиле взять отдых хоть на денек, тем более что был понедельник,— а сегодня опять засияло во всю свою силу.

Было еще рано, но Андрей вдруг проснулся, словно от толчка. Он отдыхал после поездки, и время вставать вроде еще не подошло, а вот что-то подняло его. Глянул на часы — да, еще рано, он спал всего четыре часа. Тогда в чем же дело, почему он проснулся?

И вдруг вспомнил: возвратясь из поездки, он забыл записать у дежурного, чтобы на паровозе сменили клапан инжектора, тот что-то пошаливал. Ах, черт, как же это он так оплошал?..

Ничего не поделаешь, надо бежать в депо. Досыпать придется потом.

Наскоро умывшись и даже не позавтракав, только бросив Вере, что скоро вернется, Андрей вышел из дому.

Он шел по одной из улиц Грушевского поселка, знакомой, тысячу раз хоженой. Здесь целый квартал занимали домики стандартного типа, в которых жили преимущественно паровозники. А дальше шли уже дома так называемой индивидуальной застройки, и каждый из них был на свой лад. Возле одного из таких особняков Андрею повстречался высокий человек в темном двубортном костюме с широченными брюками, с плащом, перекинутым через руку, в шляпе явно не по размеру. Из-под брюк виднелись старательно начищенные сапоги.

- Здравия желаю, товарищ Бережков! — простуженным голосом сказал человек.

Андрей узнал в нем участкового милиционера и едва но расхохотался.

- А милицейская форма вам больше идет,— заметил он.— Дежурите?

- Визуально наблюдаю.

— За кем?

— В соответствии с сигналом,— таинственно сообщил участковый.

— А-а…— Андрей вспомнил разговор в кабинете начальника милиции.— Давайте, давайте.

— Но, по-моему, здесь все в порядке пока что. Пойду пройдусь по участку.

Андрей взглянул на особняк, который был как раз напротив, увидел на нем флюгер и сразу узнал жилище Ивана Харитоновича Рахубы. Ничего не сказав больше, он пошел своей дорогой.

Участковый повернул в другую сторону.

Вскоре Андрей уже подходил к депо.

Привычная картина территории паровозного депо сразу настроила Андрея на веселый лад. По тракционным путям сновали паровозы — пассажирские, товарные, маневровые. Далеко разносились их гудки — то басовитые, то тонкие, то длинные, то короткие. Спешили по своим делам люди — кто в форменном костюме, кто в промазученной до черноты спецовке.

По направлению к конторе депо шла девушка. Она была в светлом платье, в легких белых туфлях, поэтому старательно выбирала дорогу. Андрей невольно залюбовался девушкой, подумав в то же время, что она, конечно же, не из деповских, иначе с чего бы это она так вырядилась. Но вот она подошла ближе, и Андрей остановился как вкопанный.

— Лида!..— тихо сказал он.

Девушка встрепенулась, быстро повернулась на голос. На лице ее сначала появилось удивление, потом оно сменилось радостью.

— Андрей!..— Но тут же, спохватившись, Лида поправилась: — Андрей Степанович!..

Она подбежала к Андрею, уже не разбирая дороги.

— Вот я и в Минске! — объявила она.— Видите?

— Видеть-то вижу. Но как? Почему?

— Буду у вас работать.

— В депо?

— Да. Иду как раз представляться начальству. Вы не возражаете? — игриво спросила Лида.

— Ничего не понимаю. Вы ведь должны были из Москвы поехать прямо в Алма-Ату.

— Начальству всегда виднее, где больше нужны разные выдающиеся личности,— засмеялась Лида.

По пути, на котором стояли Андрей и Лида, медленно полз маневровый паровоз. Андрей и Лида не видели его, они смотрели только друг на друга. Машинист вдруг решил созорничать: он дал оглушительный гудок. Лида чуть не упала от неожиданности. Андрей подхватил ее и отвел в сторону.

Паровоз протащился мимо. Улыбающийся машинист шутливо погрозил Андрею пальцем. В ответ Андрей показал ему кулак.

Лида успокоилась, и они пошли рядом.

— Вы необыкновенная… вы удивительная девушка,— сказал Андрей.— Так мне кажется. Хотя