Bronagh - L.A. Casey

Я залилась громким хохотом.

— Ты настолько отвратителен, что это даже смешно!

Алек ухмыльнулся.

Я всё ещё смеялась, когда мы все снова вернулись в дом. Крепко прижимая Тайсона к груди, я посмотрела на Доминика.

— Нам придется построить ему два дома.

Доминик нахмурился.

— Почему два?

— Чтобы у него был свой дом на нашем заднем дворе и на заднем дворе твоих братьев. Пфф.

Стоны.

— Ладно, я как-нибудь займусь этим.

— Завтра.

Доминик закатил глаза.

— Ладно, завтра.

Я победно улыбнулась и крепче обняла Тайсона.

— Мы тебя будем так баловать.

Райдер рассмеялся и повернулся к Доминику.

— Ты же понимаешь, что только что скинул себя на второе место в списке её приоритетов, верно?

— О чем ты говоришь?

— Отныне Брона будет ставить нужды Тайсона превыше твоих.

— Это неправда.

Это было правдой.

— Детка, это же неправда... так ведь?

Я пожала плечами.

— Он ещё всего лишь щенок и нуждается во мне, нуждается в нас, поэтому мы должны помогать ему, пока он не подрастет. Он зависит от нас, и поэтому будет стоять на первом месте.

На лице Доминика отразился чистый ужас.

— Что я наделал?

— Ты перевел количество получаемой тобой киски на еженедельную основу, вот что ты наделал.

Доминик зарычал.

— Мы занимаемся сексом каждый день, а иногда даже и не по одному разу. Это не изменится.

Кейн ухмыльнулся своему брату.

— Если ты попытаешься подкатить к Би, а Тайсон заплачет, она выскочит из твоей постели так быстро, что ты и опомниться не успеешь.

Я усмехнулась.

— Нам надо было назвать его обломщиком, — пробормотал Алек, заставив нас с Бранной прыснуть со смеха.

— Все к столу, — позвала Бранна. — Ужин готов.

Я положила теперь уже спящего Тайсона на новенький собачий лежак. На лежаке он казался таким крошечным. Я нашла купленного для него плюшевого медвежонка и положила его рядом с Тайсоном. Моё сердце сбилось с ритма, когда Тайсон зевнул и положил лапку на медвежонка, прижав его к себе.

— О, боже мой! — прошептала я и подпрыгнула на месте. — Я так его люблю.

Доминик обернул руки вокруг меня.

— Больше меня?

Прямо сейчас это был спорный вопрос.

Я повернулась к Доминику и улыбнулась, а затем наклонилась ближе, прошептав:

— Когда мы останемся наедине, ты получишь мою задницу.

Доминик крепче прижал меня к себе.

— Голубки, ужин готов.

Доминик зарычал и попытался удержать меня, но я всё же вывернулась из его объятий и с большой усмешкой на лице повела его на кухню.

— Единственное, что я хотел бы съесть, — это ты, — проворчал Доминик, присаживаясь за стол.

Я ахнула.

— Не сейчас!

Алек с отвращением посмотрел на Доминика.

— Не говори так о ней... У меня появляется сильное желание заехать тебе по лицу, когда ты так делаешь.

Я улыбнулась.

Алек и остальные братья выстроили со мной сильную братскую связь, что для Доминика порой обращалось в настоящий кошмар.

— Отвали от меня, — огрызнулся Доминик.

Алек прищурил глаза.

— Представь, как я танцую голышом, держа в руке член и вертя им на подобии лопастей вертолёта.

Я залилась хохотом.

Лицо Доминика исказилось в чистом ужасе.

— Что за хрень?

Алек улыбнулся и посмотрел на меня.

— Можешь спокойно покушать, у него не встанет ещё несколько часов, пока эта картина не выйдет у него из головы.

— Поправь меня, если я ошибаюсь, но разве ты не говорил, что помоешь посуду после того, как закончится матч, Доминик?

Услышав мой голос, Доминик так же, как и остальные братья, повернул ко мне голову.

— Не поправляй её, иначе завтра утром не проснешься, — пробормотал Кейн Доминику, после чего отпил пива из своей бутылки.

Доминик обменялся взглядами со своими братьями, а затем с широкой улыбкой на лице снова посмотрел на меня.

— Черт, красавица, а тебе идет этот фартук, выглядишь просто отлично.

Я опустила взгляд на фартук Бранны с изображением Минни Маус, а после снова перевела его на Доминика.

— Это была жалкая попытка отвлечь меня.

Кейн фыркнул.

— Она знает тебя как свои пять пальцев. Думаю, тебе нужно поработать над своим арсеналом.

Доминик проигнорировал Кейна, продолжив смотреть на меня.

— Игра только закончилась. Я помою посуду чуть позже.

Я приподняла брови.

— О, так значит, чуть позже?

Алек наклонился к Доминику.

— Это ловушка, не отвечай ей, просто улыбайся.

Лицо Доминика озарилось очаровательной улыбкой, которая заставила бы и женщин, и даже мужчин замереть на месте, потеряв дар речи, да и я бы тоже замерла, уставившись на его ямочки, если бы не слышала слов Алека.

Я не собиралась отступать. Простите, но служанкой я не нанималась.

— Бранна приготовила для вас всех ужин, а я потом всё убрала. Ты проиграл, когда вы с парнями подбрасывали монетку, Доминик, так что иди и мой посуду.

Он не проронил ни слова.

— Доминик, — строго проговорила я.

Улыбка ни на секунду не покидала его лица.

— Да?

Я сложила руки на груди.

— Чуть позже уже настало, так что поднимайся и иди мой посуду.

Доминик перестал улыбаться и посмотрел на своих братьев, которые пытались спрятать свои ухмылки за бутылками с пивом.

— Если я встану и сделаю, как ты хочешь, то мои братья посчитают меня сучкой.

Я пожала плечами.

— А если ты не встанешь и не сделаешь, как тебе было велено, то в полной мере поймешь значение термина «синие яйца», потому что останешься без секса на месяц.

— Тогда пускай меня лучше назовут сучкой, — подытожил Доминик, а затем встал и, подмигнув, прошел мимо меня в коридор, а после завернул в кухню.

— Что ты сделала с нашим братом? — поинтересовался Райдер с большой улыбкой на лице.

Я пожала плечами.

— Я его дрессирую.

— Дрессируешь? Для чего? — недоумевал Алек.

Я посмотрела на Райдера, Алека и Кейна и усмехнулась.

— Для брака.

Все они пожали плечами, а затем рассмеялись, как если бы то, что я сказала, было забавно.

Это вызвало у меня улыбку. Они могли смеяться сколько хотели, но брак предстоял каждому из них, и любая девушка, с которой они будут вместе, будет их дрессировать... просто они этого не знают.

— Доминик.

— Что?

Улыбнувшись, я завязала пояс шелкового халата.

— Иди сюда, — позвала я и практически услышала, как он тяжело вздохнул.

— Мы с Тайсоном смотрим кино.

О, боже, начинается.

— У меня для тебя сюрприз.

Малыш, у меня действительно есть для тебя сюрприз.

Я посмотрела на стену и новый коллаж на ней. Доминик пару часов назад принес его в нашу комнату, сказав, что его только что изготовили. Я понятия не имела, что это было, пока не сняла чехол и не увидела каждую сделанную им сегодня фотографию. Увидев их, я, конечно же, расплакалась, однако теперь они вызывали у меня лишь улыбку.

Я повернулась к двери, услышав шаги на лестнице, а затем и в коридоре, пока они не затихли у входа в нашу спальню.

— Сюрприз для меня? Но сегодня же твой день рождения.

Я усмехнулась.

— Верно, но ты так много подарил мне сегодня, что мне хочется отплатить тебе чем-нибудь.

Доминик окинул взглядом комнату и вошел внутрь.

— И чем же?

Я улыбнулась и развязала узел на халате, позволив материалу плавно соскользнуть с моего тела.

— Пресвятая Мария Матерь Божья.

Я усмехнулась и начала медленно приближаться к Доминику, который, замерев на месте, не отрывал от меня глаз.

— Тебе нравится? — спросила я, поворачиваясь.

Шипение, слетевшее с его губ, когда его взгляд опустился к моей заднице, послало дрожь по моему телу.

— Детка, — выдохнул он, — где ты это взяла?

Он говорил о белье, которое на мне было.

— Бранна подарила на день рождения, вот я и решила найти ему хорошее применение.

Белье состояло из черной камисоли, которая присоединялась к подвязкам на чулках. Все сочеталось, даже черные трусики-шортики. Всё, за исключением ярко-красных туфель на шпильках... Я была просто обязана куда-нибудь добавить любимый цвет Доминика.

— Этот цвет в контрасте с твоей светлой кожей просто... совершенство, — прошептал он.

Я опустила взгляд и улыбнулась.

Он сделал шаг вперед, а затем взялся за край своей футболки и стянул её через голову, обнажая свой скульптурный живот и грудь.

Боже.

Я сглотнула и игриво отступила назад.

Доминик усмехнулся.

— Что? Хочешь заставить меня потрудиться?

Я выгнула бровь.

— Ты заставлял меня трудиться весь день... так будет честно.

Я попятилась к кровати, когда Доминик стянул с себя свои спортивные штаны, оставаясь в одних только боксерах.

Его натянутых боксерах.

Доминик облизал губы.

— Ты и понятия не имеешь, что творишь со мной, Брона.

Я посмотрела на его боксеры и пробормотала: