Тропа к семи соснам - Луис Ламур

- Ранчо может заявлять права на свободные пастбища, - продолжал он, только если держит там скот.

Попрыгунчик незаметно вышел из кабинки и дошел почти до конца лестницы. Внимание всех присутствующих было привлечено спором между Монтаной и Горами. Теперь заговорил Кэссиди.

- Ты ошибаешься, - спокойно сказал он. - "Наклонное Р" не оставляло пастбищ. Там до сих пор пасется и будет пастись наш скот. Более того, вам было приказано отогнать свой скот за Голубые горы. Сейчас я повторяю приказ.

На мгновение воцарилась тишина. Джон Гор внутри кипел от бешенства. Он лучше других понимал, что Кэссиди обратил его собственное оружие против него же. Теперь любое насильственное действие со стороны Горов будет ставиться им в вину. Джон с горечью уставился на стойку. Затем, почувствовав на себе чьи-то глаза, повернулся и встретил взгляд Пони Харпера. Джон увидел, как тот едва приметно указал ему на комнату, служившую конторой гостиницы, и слегка нахмурился.

Они с Харпером были едва знакомы. Ему никогда не нравился этот человек и у него не было причин испытывать к нему симпатию сейчас. Однако что-то в приглашении его заинтересовало. Через пару секунд он встал и направился к двери конторы, не подозревая, что ему вслед смотрят холодные голубые глаза. Попрыгунчик заметил жест Харпера. Что за ним скрывалось, он не знал, но догадывался, что ничего хорошего.

К нему подошел Коротышка Монтана.

- Кажется, ты заполучил-таки нового ковбоя, Кэссиди, - сказал он. - Не против, если я приду утром?

- Ты ведь знаешь, что не против! - воскликнул Попрыгунчик.

- Ты, конечно, понимаешь, - сказал Монтана, - что говорил для публики, как и Джон? В этой долине не будет мира, пока здесь живут Горы! Их надо стереть с лица земли, да и некоторых других, которые, похоже, я могу назвать поименно!

- По-моему, ты прав. - Попрыгунчик задумчиво смотрел на Монтану. Наверное, мне придется кое-куда проехаться.

Коротышка нерешительно заговорил: - Слушай, Попрыгунчик, ведь работа не требует от меня никаких обязательств, - серьезно сказал он, - я имею в виду этого Дьюсарка? Не лежит у меня душа к этому hombre.

- Не требует, - согласился Попрыгунчик. - Только будь с ним полегче. Не задевай ни его, ни Хартли.

Кэссиди направился к двери, и Монтана последовал за ним.

- Если я утром не появлюсь, - сказал Кэссиди, - скажи Бобу Ронсону, что я тебя нанял, и приступай к работе. Ты знаешь, что надо делать на коровьем ранчо.

- Куда это ты собрался? - требовательно спросил Монтана.

Попрыгунчик заколебался.

- Ну, наверное в Кон Пэтч. Надо бы проехаться да поглядеть, что там творится.

Монтана покачал головой.

- Осторожней, Попрыгунчик. Та банда хуже отравы. И не доверяй Покеру Харрису - не доверяй ни на грош. Для него убить человека - что муху прихлопнуть.

Глава 5

Лишние тузы

Покер Харрис столько лет верховодил в Корн Пэтч, что даже местные старожилы забыли, когда он появился здесь в первый раз. Никто не знал его прошлого, однако все сходились в том, что неизящные искусства убийства, нанесения увечий и разнообразных способов грабежа он изучил в совершенстве.

Шести футов четырех дюймов* (*193 см) росту без сапог Покер Харрис был сделан из 260 фунтов** (**около 130 кг) костей и мышц, покрытых обманчиво тонким слоем жира. Его щеки и подбородок были тяжелыми, покрасневшими и обычно не бритыми, толстые складки кожи прикрывали сверху и снизу веки без ресниц. Большие, очень мощные руки поросли рыжеватыми волосами. Он был наполовину лысым, но недостаток растительности на голове возмещался обилием ее на груди.

Как правило, он носил шестизарядник, заткнутый за веревку, выполнявшую роль пояса, однако любимым его оружием, с которым Покер Харрис никогда не расставался, был ружейный обрез с приделанной к нему пистолетной рукояткой. Именно этим оружием, но не только, он терроризировал окружающих, потому что многие спокойно встанут лицом к лицу с противником, вооруженным револьвером, однако будут всячески избегать выстрела картечью с близкого расстояния.

Лет пятьдесят назад, когда старателей в этих краях было чрезвычайно мало, один бродяга-шахтер нашел здесь родник и ровный участок земли, засеянный кукурузой. Очевидно, кто-то посадил кукурузу, некоторое время возделывал ее, а затем переехал или попросту сгинул в диких, нехоженых местах. Кукуруза хорошо принялась и быстро росла; поскольку никто не убирал початки, зерно прорастало, растения множились.

Место шахтеру понравилось, и он построил рядом хижину, обнаружил намывное золото в пролегающем поблизости старом сухом русле, подобрал пару коров, потерянных караваном переселенцев, и скоро зажил в свое удовольствие. Появлялись другие старатели, строили хижины, потом бросали их и перебирались на новые места. Затем, в короткий период золотой лихорадки, здесь наскоро сколотили салун и барак, названный отелем. Хибары старателей меняли владельцев еженощно, еженедельно или ежемесячно, никаких прав при этом не предъявлялось, кроме права владения. Затем пришел Покер Харрис. И остался.

Основатель поселка исчез, и коровы - целое стадо в двенадцать голов перешли по наследству к Харрису. С помощью подобающих движений обрезом он стал обладателем салуна и старательских хижин и распределял жилье по своему усмотрению, а если у кого-то имелось желание оспорить собственность, перед ним вставал выбор: либо быстренько убраться из города, либо постоянно поселиться на Бут Хилл*. (*Бут Хилл - идеоматическое название городского кладбища на Дальнем Западе США)

Кое-что из этого было известно Попрыгунчику Кэссиди, многое еще предстояло узнать. Покер Харрис не распространялся о своих делишках, а сделки с чужаками, приехавшими в Корн Пэтч, держал в секрете. Как и у большинства первопроходцев Запада - хороших ли, плохих ли - у Харриса была отличная память на имена, лица, описания людей и мест. К сожалению, газеты отсутствовали, однако, устные описания были достаточно точными. В Корн Пэтч побывало немного людей, чье прошлое не было известно Покеру Харрису.

Сам поселок лежал в каньоне, который какой-то оптимист или юморист назвал Эльдорадо. Горный хребет, круто возносившийся почти на пять тысяч футов, отделял Корн Пэтч от ближайшего шахтерского города Юнионвилля, лежавшего в пяти милях к югу. Пологие стены каньона Эльдорадо были усеяны шахтерскими лачугами, и из своего окна Покер Харрис видел большую часть этих домишек и мог наблюдать за жизнью их обитателей. Соответственно, Покер Харрис был сам себе шпион и знал почти все, что происходило в пределах поселка.

Салун, который также служил ему конторой и домом, был каркасным сооружением на каменном фундаменте, побитым непогодой и ни разу не крашенным. Задней стеной он прилепился к юго-западному склону Эльдорадо и смотрел вниз на главную и единственную улицу, которая пролегала по дну каньона. Картину улицы довершали лавка, барак, кузница и несколько развалюх, все они были видны с того места, где обычно сидел Покер Харрис.

За ним стоял оружейный стеллаж с винтовкой "Шарпс" пятидесятого калибра, "спенсером" пятьдесят шестого и двумя ружьями. Все они были заряжены, стеллаж закрыт, а единственный ключ Покер Харрис всегда носил с собой. Под стойкой бара, на расстоянии протянутой руки находился еще один "спенсер"-56 - оружие, чья способность проделывать дырки в человеческом теле мало уступала артиллерийскому орудию. Короче говоря, Покер Харрис был полноправным властелином своих владений и намеревался им оставаться невзирая на потуги любого противника или противников.

Попытки свалить некоронованного монарха имели место. Одиночные противники встречались ему четыре раза, и после каждой встречи на его личном Бут Хилл прибавлялось по могиле. Группы противников пытались убрать его дважды, что объясняло появление еще семи могил. Как минимум в четырех других лежали скитальцы и бродяги, в отношении которых у Харриса зародились сомнения, их он разрешил с помощью свинца.

В салуне человек десять лениво перекидывались в покер. Харрис дремал за стойкой. В очередной раз приоткрыв глаза и кинув взгляд мимо кувшина с пивом, он вдруг увидел всадника, который свернул на тропу, называвшуюся в Корн Пэтч улицей. Всадник сидел на белом жеребце с легким и ходким шагом. На нем была черная широкополая шляпа, черные поношенные брюки, заправленные в ковбойские сапоги, и пояс с двумя револьверами с белыми рукоятками. Лицо у него было загорелое и приятное.

Именно "винчестер" в седельном чехле незнакомца сбил с толку Покера Харриса и помешал ему узнать всадника. Если бы это был "шарпс", Харрис тут же подумал бы о Попрыгунчике Кэссиди. Но вся штука заключалась в том, что Попрыгунчик, наконец, уступил (временно, конечно) аргументам своего старого приятеля по ранчо "Тире 20" Рыжего Коннорса. Спор, какая винтовка лучше, длился между ними на протяжении нескольких лет, и Коннорс, маг и волшебник с этим видом оружия, в конце концов убедил своего друга. Однако, Коннорс этого не знал: если бы он вдруг появился на горизонте, Попрыгунчик спешно запрятал бы "винчестер" и схватил старую, добрую бизонью винтовку.