Смертельный бизнес - Саймон Керник

Меня мучил вопрос: действительно ли, как говорил Реймонд, те, кого я убил, брали взятки? И если да, являлось ли это оправданием для содеянного мной? Скорее всего, нет. Я еще раз пожалел, что ввязался в это дело. Продажные это были люди или нет, но расследованием решили заняться всерьез.

Опять почти ничего не было сказано о третьей жертве. Не упоминалось даже имя, что меня очень удивило. Я решил, что нужно надавить на Реймонда и выяснить, кто же этот парень. Сто процентов, что он был не из отбросов!

Убийство Мириам Фокс не упоминалось ни в одном выпуске новостей, даже на канале «Си-факс». Это потому, что в смерти проститутки нет необходимого для сенсации очарования, которое, я не сомневаюсь, возникло бы, если бы появилась вторая такая же жертва. Ничто не вызывает такой интерес у массового зрителя, как серийные убийцы, особенно те, которые не выслеживают своих жертв.

Я съел ризотто за просмотром шоу «Фэмили форчнз». Как обычно Лес Дэннис превзошел самого себя, а обе семьи были заурядные. Добблы из Глазго говорили с таким жутким акцентом, что я вообще не мог понять, как им удалось пройти прослушивание. Лес пару раз пошутил, пытаясь развеселить зрителей, что неплохо бы позвать в студию переводчика, но было видно, что он сам устал от этой передачи. В конце концов, они проиграли англичанам, фамилии которых я не помню и которым досталась машина.

После игры я пытался смотреть романтическую комедию, но мне никак не удавалось сосредоточиться на сюжете. Меня преследовали мысли о семье Пола Ферлонга. Я представлял себе, как они оплакивают его, обнявшись в гостиной, словно наяву видел их красные лица и заплаканные глаза. Я почему-то решил, что у него были светловолосые мальчик и девочка. Мальчик постарше, лет пяти, а девочка — очаровательная малышка трех лет. В моем воображении сын Пола Ферлонга постоянно спрашивал у матери, куда ушел папа и почему. Мать срывающимся голосом отвечала, что он сейчас на небесах, куда люди уходят, когда Господь решает, что пришло их время. Я вспомнил себя маленьким мальчиком и попытался представить, что бы я чувствовал, если бы кто-то украл у меня отца. Он умер пять лет назад, и даже тогда его смерть была для меня тяжелой утратой, потому что я всегда глубоко уважал его. Когда мне было пять, отец казался мне властелином мира, потому что он знал все обо всем на свете. Если бы он умер тогда, я был бы вне себя от горя.

В конце концов я решил, что хватит истязать самого себя. Что хорошего в том, что я, сидя в этой убогой квартирке, буду укорять себя в том, что лишил двоих детей отца? Поэтому когда фильм закончился и главные герои, мужчина и женщина, исчезли в романтическом закате, я отправился спать.

Очевидно, я очень сильно устал, потому что отключился, едва моя голова коснулась подушки.

Глава 7

Как правило, мне ничего не снится, но сегодня все было по-другому. Я постоянно просыпался и снова проваливался в сон, и каждый раз меня мучили кошмары. Они напоминали сумасшедший калейдоскоп из образов и воспоминаний, которые сохраняли отчетливость лишь на мгновения, быстро сменяясь другими.

Мне запомнился только один сон, который приснился перед самым рассветом. В нем я сидел среди зрителей на съемках шоу «Фэмили форчнз». Лиц в зале было не различить: единственный луч света направляли на Леса Дэнниса, одетого в розовый костюм и ярко-зеленую рубашку. Он представил зрителям какую-то семью, но я не смог разобрать их имен. Он говорил с каждым из игроков, и тогда на них тоже направляли свет и можно было разглядеть лица.

Первым, кого высветил прожектор, был водитель «чероки», Пол Ферлонг. Вместо глаза, в который я выстрелил накануне, у него было какое-то кровавое месиво, но, несмотря на это, он выглядел счастливым и смеялся, когда Лес шутил. Следующим игроком оказался пассажир с переднего сиденья. У него не хватало верхней части головы. Он говорил медленно и его голос странно дребезжал, как бывает, когда пленка с записью играет не на той скорости. Я понял — это из-за того, что его нижняя челюсть выбита и мешает ему говорить. Помню, как я обрадовался, узнав, что у него нет детей. Третий игрок — загадочный пассажир с заднего сиденья — постоянно смотрел куда-то в сторону, и я не смог толком разглядеть его лицо. Лес пытался разговорить его, сказав, что слышал, будто тот хорошо катается на скейтборде, но он не хотел поддерживать разговор и прятал глаза. Рядом с ним стояла Мириам Фокс в черном шелковом платье. Ее горло было перерезано от уха до уха. Она положила руку на плечо третьего игрока, словно утешая его.

— Вы Мириам, — сказал Лес.

— Правильно, — отозвалась она приятным голосом.

— А почему вы здесь, Мириам?

— Я здесь вместе с мертвыми.

— Вместе с мертвыми! — засмеялся Лес. — Отличная шутка! — Он повернулся к зрителям, которые тоже смеялись.

— А это кто? — спросил он, кивнув в сторону человека, стоявшего рядом с Мириам.

Я не мог разглядеть, о ком он говорил, потому что прожектор светил в другую сторону. Виднелся только темный силуэт. Он напомнил мне кое-кого, и от этого воспоминания по моему телу побежали мурашки.

Это была маленькая девочка, меньше, чем Мириам, и мне казалось, я мог разглядеть кудряшки.

— Это ваша сестра? — спросил Лес, все еще улыбаясь, и Мириам сразу погрустнела, как будто он коснулся болезненной для нее темы. Она попыталась что-то сказать, но ей было тяжело и никто не смог расслышать ни слова.

Повисла долгая пауза, зрители затихли.

Тогда Лес повернулся к нам. Выражение его лица тоже стало тревожным.

— Перед вами мертвые, — сказал он.

И тут я проснулся, напуганный и весь в поту.

Часть вторая

Охота за живыми

Глава 8

— Восемнадцатилетняя Мириам Энн Фокс умерла от колюще-режущего ножевого ранения. Убийца стоял сзади. Рана глубокая, почти два дюйма, это значит, что орудие преступления, предположительно нож, было очень острым, а убийца очень сильным. По направлению рассечения можно сказать, что преступник был намного выше жертвы. Рост девушки — метр пятьдесят семь с половиной, убийца — я думаю, мы можем с полной уверенностью сказать, что это был мужчина, — скорее всего, метр семьдесят — метр восемьдесят пять. Получив одно ножевое ранение жертва умерла либо от потери крови, либо от того, что захлебнулась кровью, попавшей ей в дыхательные пути. Патологоанатом считает, что преступник держал девушку, пока она не умерла, а потом положил ее на спину на землю и нанес четыре удара ножом в область влагалища.

— Так он не занимался с ней сексом? — спросил кто-то из присутствующих.

Было восемь тридцать пять утра. Малик, я и еще четырнадцать детективов, занимающихся поиском убийцы Мириам Фокс, сидели в комнате для совещаний, пока главный инспектор Нокс, официальный руководитель расследования, излагал все, что было известно следствию на сегодняшний день. Рядом с ним сидел не похожий сам на себя Уэлланд. Если бы кто-нибудь попросил меня поставить ему диагноз, я бы сказал, что у него сели батарейки. Такое в последнее время все чаще случается с немолодыми копами. Интересно, как долго он еще протянет на этой работе?

Ничего подобного нельзя было сказать или подумать о Ноксе — харизматическом лидере, чей низкий звучный голос сейчас заполнял всю комнату:

— Ничто не указывает на то, что до или после убийства состоялся половой акт, — продолжал он. — Согласно заключению патологоанатома, Мириам Фокс умерла в субботу где-то между восьмью и десятью часами. Мы опросили несколько девушек, работающих в этом районе. Две из них видели жертву в восемь вечера — в это время она, как правило, начинала работать. Одна девушка перекинулась с ней парой слов и утверждает, что ничего необычного в поведении Мириам в тот день не было. Потом мисс Фокс направилась к своему рабочему месту, которое находится на пересечении Нортдаун и Колиер-стрит, где ее подобрала машина — темно-синий автомобиль, марку которого мы пока еще не установили. Обычно девушки, которые работают на улице, стараются запомнить номера машин, но в этот раз, словно по закону подлости, никто этого не сделал.

Все присутствовавшие, включая меня, зароптали. В нашей работе особенно рассчитывать на везение не приходится, а в таком деле, как это, без зацепок не обойтись.

Нокс выдержал паузу и сделал глоток чая.

— Насколько мы знаем, далеко они не уехали. Мириам Фокс убили там же, где было обнаружено ее тело. По прямой получается не больше нескольких сотен ярдов от того места, где она сняла клиента. Сейчас важно вычислить его машину. В нашем распоряжении есть дюжина полицейских, которые должны обойти весь этот район и попытаться выяснить, не видел ли кто-нибудь неподалеку от места преступления машину, подходящую под имеющееся у нас описание. Если нам повезет… — Нокса снова прервали недовольные голоса. — …мы сможем составить фоторобот преступника. Он должен был быть весь в крови после совершенного убийства. Сейчас мы проверяем все записи, сделанные видеокамерами, расположенными поблизости от места преступления, но пока это не принесло никаких результатов.