Венец Бога Справедливости - Елена Шихматова

— Что вы себе позволяете?! Да вы знаете кто я?! Да я вас всех…

— Здравствуйте, для начала, — прервал его Адельберт.

— Здравствовать невозможно в таких условиях! — зло огрызнулся эльф.

— Ну, полно вам, не такие уж здесь и плохие условия.

— Ну, об этом мы ещё поговорим, а сейчас я требую, чтобы вы освободили меня — вы держите меня здесь НЕЗАКОННО, и вы это знаете!

— Я знаю, — спокойно ответил Адельберт, чем поверг эльфа во временное онемение, — но всё ведь вышло случайно. Я не знал, что эльф, который оказался в моих лесах, не кто-нибудь, а сам король западных эльфов! Я же ведь не видел вас до сего момента.

— Однако же, вы мне в данный момент нисколько не удивились!

— Просто я умею скрывать свои эмоции, друг мой.

— Ваш маг, судя по всему, тоже! Или вы скажете, что не узнали меня, Антонио?

— Вы не поверите, но я, действительно, не узнал вас.

— И это при условии, что вы жили целых два месяца при моём дворе!

— Но ведь это было давно, лет пять или шесть назад.

— Пять с половиной, — уточнил Адельберт.

— Что ж, господа, считайте, что я уже объявил вам войну!

— О! Кажется, вы ничего не поняли, мой дорогой, Александр, — сокрушённо произнёс король. — Я признаю, что то, как с вами здесь обращаются, это совсем не по-королевски, но поймите и нас: идут международные Игры, среди участников есть и сторона, подвергшаяся нападению, все считают вас погибшим и тут появляетесь вы. К тому же, почему вы не признались сразу? Почему пустились бежать?

— Я… знаю, что сейчас должны идти международные Игры, а когда тот мальчик, который нашел меня, рассказал мне о Сибелиусе…. К тому же мальчик был так похож на моего сына, что мне даже стало не по себе.

Антонио вскочил со скамьи, глаза его гневно горели, а всего его даже потряхивало от возбуждения, подбежав к эльфу, он схватил того за грудки.

— Отчего же стало не себе? Что, вспомнил второго сына, которого обрёк на смерть, бросив в лесу, на растерзание волкам?!

Александр побледнел, заикаясь, он спросил:

— От… откуда… ты…. ты знаешь?

— Оттуда! Пойдём, Адельберт, пусть он сдохнет здесь, в этой камере!

Маг отшвырнул Александра, и быстрым размашистым шагом вышел на лестничный пролёт.

— Сделаем так, — начал Адельберт. Он старался говорить сдержанно, но всё равно нотки волнения проскальзывали в его словах. — Сегодня ночью приедет всадник, его пригласят во дворец, и им окажетесь вы. Я думаю, ваши приближённые, да и ваш сын тоже, обрадуются вам.

Александр VI потупил взор и тихо спросил:

— Но… ведь он же знает меня!

— Нет, я говорю об Александре.

— Он здесь?

— Да говорю же вам: ваши подданные, а вы и не слышите.

— А мой маг? Он тоже здесь?

— Да, но… он уже уехал.

— Один? Почему?

Адельберт с минуту молчал.

— Я не знаю: что именно случилось тогда, 13 лет назад, но знаю точно, что вы и ваш маг пытались убить ни в чём неповинного ребёнка. Вместе ли, порознь ли — не знаю и знать не хочу, потому как это ужасно, мерзко.

— Так вот почему вы меня здесь держите. Вы боитесь за того мальчика? Как его… Яромир, верно?

— Да, верно. Однако ваш маг вновь попытался убить ребёнка, но они исчезли… втроём: и маг, и Яромир, и Георг. Нет сомнений теперь в том, что именно этот ваш подельник наложил проклятье на мальчика.

— Проклятье?

— Да, и стоило вам всего лишь дотронуться до мальчика, и оно пало бы. До свидания, увидимся завтра.

Адельберт вышел, оставив эльфа одного. Кто виноват? Он? Да, во многом, но и он же несчастен, и теперь был в буквальном смысле расстроен и разочарован. Он искренне плакал — как же слеп он был, как же слеп!..

Не раз и не два вспоминал он своего сына, обречённого им на гибель: а вдруг его можно было спасти, вылечить? Ведь не меньшей бедой явился и второй мальчик, Александр — кто будет счастлив, имея умственно отсталого ребёнка, тем более, если это принц и наследник престола?.. Однако ненависти в нем к Алеку не было, но только жалость и невыразимая боль, к которой добавлялись угрызения совести, едва король вспоминал того маленького уродца.

***

Этим вечером за большим обеденным столом собралась основная часть гостей — всех этот зал вместить просто не мог — все обсуждали недавнее происшествие, которое могло фактически и закрыть международные Игры, последнее слово было за королём Адельбертом, но он пока молчал, и никаких указов по этому поводу не давал. Больше всего, естественно, волновались участники: они не знали готовиться им или паковать чемоданы.

В зал вошёл король в сопровождении свиты, среди которой не в пример обычному, но вполне в соответствии со сложившейся ситуацией, не было королевского мага Антонио. Собравшиеся в зале приветствовали короля стоя — он знаком повелел всем сесть, но знак о начале трапезы подать не успел: в помещение вбежал не на шутку взволнованный, и даже испуганный, стражник.

— Что случилось? — недоумённо спросил Адельберт.

— Драконы! Драконы! Они движутся прямо сюда!

— Ну и что в этом такого? — спокойно отпарировал король. — Может, они прилетели на соревнования: в конце концов, сегодня был только первый день Игр. Так что, успокойтесь, и исполните лучше гимн приветствия.

— Есть!

Стражник ушёл, Адельберт с некоторым сожалением посмотрел на яства на столе, но надо было идти к новым гостям.

— Мне пойти с тобой? — спросила его Мариса.

— Нет, я думаю это необязательно. Хотя, как хочешь.

— Тогда я лучше подожду здесь.

— Ладно, я скоро вернусь, с гостями, — возвысив голос, он добавил, обращаясь ко всем. — Начинайте без меня.

Адельберт в сопровождении нескольких слуг (так он сам распорядился) прошёл в тронный зал, куда уже через несколько минут вошли четверо драконов, с дарами в руках (именно в руках, ведь драконы, преобразились сразу, как только опустились на дворцовую площадь). А следом за ними в зал вошли… Альчести Амадос Ти-Ирис и Даниил Нуриев Карсавин, и не как простые посланники Каримэны, но как королева и король, о чём свидетельствовали их короны и белые плащи с золотыми окантовками по краям и гербами в центре, да и обручальные перстеньки с изображением Богини Тэат. Адельберт на мгновенье потерял дар речи, к счастью, драконы первыми прервали молчание.

— Приветствуем тебя, о, Властитель Риданы, — торжественно произнесла Альчести, — прими эти дары в знак нашего почтения к тебе.

— Приветствую вас, властители Каримэны, — медленно ответил ошеломлённый Адельберт. — Вы, должно быть, прилетели на Игры?

— Да, вы совершенно правы.

— Что ж, я рад приветствовать новых участников, но, боюсь, состязаний больше не будет