Тринадцатый час - Ричард Дейч

И точно таким же образом Ник начал верить в часы в своей руке, в слова, написанные незнакомцем, — хотя понятия не имел, на каком языке написан последний абзац. Он верил, что если очень постарается, то каким-то образом сумеет остановить убийцу Джулии, спасти ее. Если он просто продержится до девяти, то сможет убедиться, не тщетны ли его надежды, оправдалась ли его вера и не обречен ли он раз за разом переживать мучительные минуты в комнате для допросов. Сколь бы глупо и невероятно это ни звучало, больше ему ничего не оставалось.

Неожиданно сосредоточившись, Ник выскочил из библиотеки и пробежал через мраморный двухэтажный вестибюль к входной двери. Заперев ее на засов, он поспешил к застекленным двустворчатым дверям в столовой и гостиной, ведшим на террасу. Заперев их по очереди, он запер боковую дверь и дверь гаража, после чего вернулся в библиотеку, крепко закрыв тяжелую дверь из черного дерева. Ник был благодарен Маркусу за то, что тот поставил засов на дверь библиотеки, что несколько странно для внутренней двери, но здесь висела картина Джерома и две — Нормана Рокуэлла.

Ник снова посмотрел на часы. Без двух минут девять.

И тут же послышался громкий стук в запертую входную дверь.

Подойдя к окну, Ник закрыл деревянные ставни, так что в комнату теперь невозможно заглянуть откуда бы то ни было.

Входная дверь с грохотом распахнулась от мощного пинка, и просторный мраморный вестибюль вдруг заполнился рассерженным голосом Маркуса, которого наверняка злили как нанесенные дому повреждения, так и сама ситуация.

В дверь библиотеки постучали.

— Ник, — послышался приглушенный голос Маркуса. — Это я. Я позвонил Митчу, он встретит нас в полицейском участке. Но эти ребята… они хотят, чтобы ты поехал с ними… и немедленно.

Куинн молчал, глядя на комнату и на часы в руке: без одной минуты девять.

— Послушай, я всегда буду на твоей стороне, — с неподдельным сочувствием сказал друг. — Даю слово, мы во всем разберемся.

Ник не отводил взгляда от часов.

— Ник, — сказал из-за двери Маркус, — я не понимаю, что вообще происходит, но я тебе верю, верю…

— Хватит, — прервал его голос Шеннона. — Открывайте немедленно, Куинн.

Николас сидел, глядя на карманные часы, секундная стрелка которых, казалось, двигалась невероятно медленно. Тридцать секунд прошло, еще тридцать оставалось.

— Ник, прошу тебя, у меня нет ключей, а эти придурки уже сломали мою входную дверь.

Ник продолжал смотреть на часы, словно на некий священный предмет, который мог открыть ему правду о грядущем.

— Убирайтесь с дороги! — заорал Шеннон на Маркуса. — У вас пять секунд, Куинн.

Ник все так же смотрел на тикающие часы. Дверь разлетелась в щепки от пинка Шеннона, разнесшего как замок, так и черное дерево. Он ворвался в комнату, держа перед собой пистолет. За ним ввалился Дэнс, тоже вооруженный.

— На пол! — рявкнул чересчур усердный детектив.

Ник едва успел сунуть часы в карман, когда Шеннон схватил его за плечо и швырнул на персидский ковер.

— Черт побери! — крикнул Маркус, хватая Шеннона. — Не трогайте его!

Развернувшись, Шеннон врезал Маркусу в челюсть. Даже не пошатнувшись, тот вложил все свои двести двадцать фунтов в удар кулака, который обрушился на нос Шеннона, разбрызгивая во все стороны кровь.

Но Ник не обращал на это никакого внимания, сосредоточившись на часах в кармане и мысленно отсчитывая секунды до девяти.

Вокруг продолжалась суматоха, Маркус что-то кричал, наседая на Шеннона. Ник продолжал считать.

Три…

Две…

Одна…

Глава 10

19:02

На этот раз Ник сориентировался куда быстрее, поскольку происходящее уже не казалось ему столь невероятным. Металлический привкус во рту ощущался уже менее отчетливо, по коже бежали мурашки, но он чувствовал себя вполне прилично.

Он сидел на крыльце дома Беннета. Целая и невредимая входная дверь была распахнута в теплый летний вечер. Из нее вышел Маркус, пересек выложенную сланцем террасу перед входом и сел рядом. Лицо его побледнело, руки дрожали.

— Копы уже едут, но с этой авиакатастрофой и прочим… — Маркус с трудом выговаривал слова. — Они смогли выделить лишь двоих, остальные заняты на месте падения самолета. Просили ничего не трогать и считают, что тебе лучше оставаться со мной.

Ник кивнул. Взгляд его был прикован к дому, где лежало тело Джулии.

Достав из кармана часы, он открыл их и, хотя увидел именно то, чего ожидал, все же испытал легкое потрясение — они показывали две минуты восьмого, на два часа раньше тех мгновений, когда он отсчитывал остававшиеся до девяти секунды. Полицейских в доме не было, они даже еще не приехали на место преступления. Маркус только что видел тело Джулии и был несколько не в себе от ее ужасной смерти.

Ник понимал, что хотя он и помнит все происшедшее, оно принадлежит будущему. Маркус не знал о предстоящем аресте своего друга, не знал имен полицейских, и ему ничего не известно о том ущербе, который они нанесут его дверям. Но для Ника все это составляло правила игры, по которым он вынужден играть. Единственный, кто точно знал, как будут разворачиваться события.

Он был предоставлен самому себе, и ему предстояло добиваться своей цели каждый час, прежде чем оказаться там, где он находился два часа назад, лишившись помощи любого, кто помогал ему в течение нынешнего часа.

Ник радовался, что сегодня пятница; в этот день он всегда работал дома, завершая связанный с его поездками в течение недели анализ до наступления выходных. Он даже не выбрался никуда на обед, что только к лучшему, поскольку каждый временной скачок должен был доставлять его обратно домой, давая возможность полностью сосредоточиться на расследовании убийства и спасении жены.

Он закрыл часы, тряхнул головой и встал.

— Куда ты? — спросил Маркус.

Николас посмотрел на свой дом.

— Мне нужно туда.

— Обратно? — потрясенно спросил Маркус. — Нет, вряд ли это хорошая мысль.

— Согласен. Но мне нужно выяснить, что, черт побери, происходит, причем до того, как копы начнут повсюду совать свой нос.

— Они просили ничего не трогать…

— Моя жена мертва, — сказал Ник, не глядя на Беннета. — Мне нужны ответы — нужно знать, кто это сделал. Это мой дом, и я возвращаюсь в него.

— Ладно, — неохотно кивнул Маркус. — Но я пойду с тобой.

Куинн направился к дому, покачав головой.

— Я должен сделать все сам.

Нику потребовалась слишком большая часть предыдущего часа, чтобы убедить Маркуса в происходящем, заставить его пойти взглянуть на Дэнса, чтобы доказать свой дар предвидения, поэтому друг остался сидеть на крыльце.