Искатель, 1999 №6 - Юрий Дмитриевич Маслов

восторженная встреча, можно подумать, что Зоя и ваша Таис Афинская — «одна, но пламенная страсть». Они дружили?

— Краева посещала ее массажный кабинет.

— Но вы же сказали, что Зоя Михайловна врач…

— Она переквалифицировалась. Раньше работала в районном психоневрологическом диспансере, а теперь у нее — салон. Кабинет массажа. Удовлетворены?

— Вполне, — кивнул Климов. — А это что за фрукт?

— С глазами совы и ранними залысинами?

— И с бабочкой вместо галстука.

— Бизнесмен. Фамилию, к сожалению, не помню.

— А имя, отчество?

— Послушайте, Климов, — неожиданно взорвалась Турусова. — Вы устроили мне форменный допрос. С какой стати?

— В ваших же интересах. — Климов погасил в пепельнице сигарету. — Вы получили повестку?

Турусова утвердительно кивнула.

— Только не понимаю… Зачем я им потребовалась?

— Когда вы были на даче последний раз?

— Накануне. Андрей оплачивал квартиру в Москве, и я приехала к нему за деньгами. Мы посидели, поговорили, немножко выпили и разъехались… Я — домой, он — в Сергиев Посад, у него там друг, реставратор.

— Как зовут друга?

— Степанков Григорий Григорьевич. А какое, собственно, это имеет значение?

— В спальне Краевой на одном из бокалов обнаружили отпечатки ваших пальцев.

— Ах вот оно что! — возмущенно выдохнула Ольга Сергеевна. — Меня, значит, подозревают!

— Проверяют, — поправил Климов. — Где вы ночевали?

— Естественно, дома.

— Кто это может подтвердить?

— Вечером я гуляла с собакой, меня видели соседи. Этого достаточно?

— Думаю, да.

— А почему именно вы об этом спрашиваете?

— Хочу помочь.

— В каком плане?

— Вы знаете, что такое допрос с пристрастием? Или общая камера, где вместо положенных двадцати человек сидит девяносто? Мужики не выдерживают — подписывают то, что и в глаза не видели, о чем слыхом не слыхали, а вы…

— Неужели такое возможно? — с ужасом вопросила Турусова.

— Вы что, газет не читаете? — Климов наполнил рюмки, но пить не стал — задумался. Задумалась и Ольга Сергеевна — плела из бахромы скатерти косички.

— И что вы мне посоветуете?

— Обратиться за помощью в частное сыскное агентство.

— Вашего друга Скокова?

— Да, — кивнул Климов. — Если вас задержат — я такой вариант не исключаю, — то только он сумеет вас выручить.

— Каким образом?

— Во-первых, вы останетесь на свободе — он внесет залог и добьется, чтобы прокурор ограничился подпиской о невыезде. А во-вторых, снимет с вас все подозрения.

— Спасибо вам, Климов, — бросив плести косички, проговорила Ольга Сергеевна. — Но, к сожалению, вашим советом я воспользоваться не могу — у меня денег нет.

— Достаточно расписки, — сказал Климов. — А через шесть месяцев, когда вступит в силу закон о наследстве, рассчитаетесь.

— Вашими устами мед бы пить.

Климов протянул ей визитную карточку Скокова.

— Позвоните ему завтра и, не откладывая, зайдите. Хорошо?

Турусова ответила благодарной улыбкой.

— Ну и прекрасно, — сказал Климов. Он чувствовал, что эта женщина притягивает его все ближе и ближе, и только затем, чтобы оттолкнуть потом. Он твердо знал, что она оттолкнет его, но очень не хотел в это верить. — Ольга Сергеевна, извините за нескромный вопрос… Чем вы зарабатываете на жизнь?

— Вопрос в вашем положении вполне уместный, — успокоила его Турусова, — вопрос детектива, желающего докопаться до истины. — Она выставила на стол бутылку коньяка. — Это вам к кофе.

— Спасибо.

Турусова села напротив, скрестила на груди руки.

— Вы много пьете?

— Стараюсь придерживаться нормы, — усмехнулся Климов.

— А норма… Это сколько?

— Вы не ответили на мой вопрос.

— Простите. Я — оператор ЭВМ.

— А чем занимаетесь? Вернее, ваша машина?

— У нас много проблем.

— Например?

— Ну, например, проблема совместимости.

— Счастья, — уточнил Климов, не терпевший неясных, расплывчатых вопросов и ответов.

— Счастья, — кивнула Ольга Сергеевна.

— Значит, так… — Климов заметно оживился. — Вы закладываете мои параметры в машину, и через несколько минут она выдает мне справочку — где, на какой улице и в какой квартире мучается моя вторая половина. Верно?

— Не совсем. Вы просто получите определенный набор совместимых партнеров, а знакомиться вам с ними или нет — дело ваше, хозяйское, как говорится.

— Выходит, гарантии никакой?

— Никакой.

Климов озадаченно повел бровью.

— Тогда уж лучше по старинке.

— Это как?

— По любви. Понравилась девчонка — и баста, завязывай с холостяцкой жизнью.

— Скоропалительные браки чаще всего кончаются разводом.

— А обдуманные? — Климов выпил рюмку коньяка, запил кофе и, улыбаясь, взглянул на собеседницу.

— Зря смеетесь. — Ольга Сергеевна встала, распахнула в гостиную дверь, отчего та жалобно скрипнула, и, постучав костяшками пальцев по дереву, спросила: — Слышали? Скрипит. Почему?

— Петли пора смазать.

— Видите, как у вас все просто — «петли смазать»… А Чехов подсчитал, что это простейшее приспособление может скрипеть от шести причин. Кто же в силах подсчитать, от скольких причин может заскрипеть сложнейший механизм семьи? — Ольга Сергеевна вскинула брови, но ответа так и не дождалась. — Я вам наверху постелила. Спокойной ночи! — И ушла. Легко и стремительно.

— Подождите! — запоздало крикнул Климов.

Ольга Сергеевна не остановилась.

Ночью Климов проснулся от испуганно-пронзительного женского вскрика. Он моментально вскочил, зажег свет и, осмотревшись, подумал: «Не пригрезилось ли?» — но тут же явственно услышал:

— Климов, мне страшно!

Климов накинул халат и, спустившись в спальню, внимательно изучил дверной замок — не пытался ли кто открыть, а затем, столь же внимательно, — перекошенное от страха лицо Ольги Сергеевны.

— Дурной сон приснился?

— Мне показалось, что дверь скрипнула.

— Ну и что? — улыбнулся Климов. — Чехов подсчитал, что это простейшее приспособление может скрипеть от шести причин…

— Я всего-навсего — слабая женщина, а вы…

— Извините. — Климов помял ладонью подбородок. — Ваша аптечка набита валерьянкой, тезепамом, седуксеном… Вам что-нибудь помогает?

Ольга Сергеевна тяжко вздохнула и посмотрела на него взглядом раненой птицы: боязливо и одновременно с надеждой на помощь.

— От боли и одиночества, Климов, лекарства нет. — Она закрыла глаза и отодвинулась на край постели, освобождая, по всей вероятности, место для него…

Среди особей мужского пола бытует мнение, что для сексуальных упражнений именно они выбирают себе подругу. Мнение это довольно распространенное, но ошибочное — выбирает женщина! Мимолетно-кокетливый взгляд, легкий смущенный румянец на припудренных щечках — и ваша песня спета, господа, вы — в плену. Женщина это понимает, а потому играет весьма ловко и расчетливо. Если вы тот, из которого можно вить веревки, она мечтает только об одном — выйти замуж, и, как правило, добивается своего, но если чувствует, что налетела на скалу, а хода назад нет — влюбилась, то действует на авось: возьмет — хорошо, нет — займемся сексом. Климов принадлежал к последнему типу мужчин, знал об этом, поэтому предложение Ольги Сергеевны его не удивило. «Она мне нравится? — спросил он себя. — Очень. Так какого черта…» — И, сбросив халат, нырнул под одеяло…