Интеллигент и две Риты - Екатерина Вильмонт

– Да. Я приглашаю тебя составить мне завтра компанию. Я мечтаю съездить в Ган Гуру. Возьму напрокат машину.

– Не нужно. У меня есть машина. Но что это такое, Ган Гуру?

– Я первый раз слышу, – пожал плечами Семен.

– Фу, как стыдно! Это австралийский заповедник в Израиле, там можно пообщаться с кенгуру и коалами. И не нужно для этого лететь в Австралию!

– Я готов! Поедем! – воодушевился Захар.

– А ты в Ришоне остановился? У Семы?

– Нет, я…

– Ночевать сегодня он будет у Семы! – решительно заявил Семен. – И его прокатная тачка стоит у меня.

– А сколько туда езды?

– Я узнавала, около двух часов. Думаю, выехать можно часов в десять…

– Я могу и раньше.

– Еще лучше, в девять!

– Не волнуйся, Ритуля, он побреется. Я дам ему бритву.

– Да, если можно. Не люблю небритых мужчин.

– Ты нахалка, Ритуля, – засмеялся Семен.

– Да, есть такой момент, – обворожительно улыбнулась она. – Но адвокат обязан быть нахалом. Известно же, нахальство – второе счастье.

Кого она мне напоминает? – давно уже терзался Захар.

– Вы цивилист?

– Нет. Я веду уголовные дела.

– Боже мой, такая женщина, и вдруг…

– Но это же интересно! Бывают такие захватывающие дела…

По возвращении в Ришон Захар позвонил матери.

– Добрый вечер.

– Захар, когда тебя ждать?

– Завтра к вечеру. Я сегодня ночую у Семена, а завтра с утра мы едем в Ган Гуру.

– Ох, я давно мечтала там побывать…

– Извините, у нас в машине не будет места. Всего доброго.

Он сам ужаснулся черствости своего ответа. Но что же делать, если она не понимает?

– Да нет, я вовсе не собиралась тебе навязываться. Езжай, потом расскажешь. А как тебе Иерусалим?

– Отлично. Извините, меня зовут к столу.

– Да, да, конечно, иди. Но постарайся завтра все-таки приехать.

– Я приеду. Доброй ночи.

За ужином Семен вдруг заявил:

– Тинка, ты знаешь, у нас тут, похоже, бурный роман наклевывается.

– Сема! – одернул его Захар.

– Я ничего от своей любимой жены не скрываю. В Иерусалиме мы встретили Ритку.

– Какую Ритку?

– Сестру Эдика.

– Эту рыжую нахалку?

– Ее! И представь себе, тут просто любовь с первого взгляда! Причем во втором поколении.

– Что за бред?

– Оказалось, что Захаркин папа крутил роман с Риткиной мамой.

– Захар, он не брешет?

– Нет. Вот какие бывают встречи…

– И тебе она понравилась?

– Очень!

– Она, конечно, красивая, зараза, но я ее не люблю.

– А тебе зачем ее любить? – засмеялся Семен.

– Да ну, она хищница. Дикая кошка.

Кошка! Вот кого ему напомнила Рита.

У них в доме жила кошка, трехцветная, очень красивая, Наглая морда, звала ее бабушка, не чаявшая в Стешке души. Кошка была в высшей степени независимая, не терпевшая никакого насилия, привередливая и невероятно грациозная.

– Да, Тина, ты права… Семка, ты помнишь нашу Стешку? Рита на нее похожа.

– А ведь верно, есть что-то общее. Помню, она дрыхла на кресле, я ее мимоходом погладил, как она взвилась, разодрала мне руку, укусила… Та еще была стервоза. Ты будь поосторожнее, братишка!

Утром, когда Захар проснулся, в доме уже никого не было, кроме Розалии Борисовны, матери Тины.

– Захар, мне сказали, что в девять вы должны выехать.

– Совершенно верно!

– Даю вам четверть часа на гигиену и жду на кухне. Да, Сема вот тут вам оставил бритву.

– Спасибо! – засмеялся Захар.

Электробритва Семена оказалась просто идеальной. Надо купить точно такую же, подумал Захар. Я почему-то не волнуюсь перед встречей с Ритой, просто чувствую себя ужасно счастливым…

Ровно в девять Захар вывел машину с подземной стоянки и у ворот увидел Риту. Моя, подумал он. Всю жизнь такую ждал. И сам себе удивился. Обычно перед встречей с понравившейся женщиной он всегда слегка волновался, а сейчас чувствовал просто спокойную радость. И я не буду спешить, сказал он себе, если она действительно моя, никуда от меня не уйдет.

Он хотел выйти из машины, но она махнула рукой и скользнула на сиденье рядом с ним, деловито пристегнулась.

– Привет, Захар! С добрым утром, хотя, похоже, сегодня будет жарко. Ты водой запасся? В Израиле надо много пить.

– Да, я в курсе. Как спалось?

– Отлично! Поедем по навигатору?

– Ну да.

– Тебе привет от моей мамы.

– От мамы? – удивился Захар.

– Да. Я говорила с ней и не могла не сказать, что познакомилась с сыном дяди Леши.

– Понятно. А скажи, это был серьезный роман?

– Да. Они любили друг друга. А ты ничего не знал?

– Нет, я знал, что у отца были женщины, но подробнее нет…

– Ясно. Ты не был близок с отцом?

– Не сказал бы. Но…

– Ну конечно. Женщины с дочками бывают куда откровеннее, чем мужчины с сыновьями… А если бы они поженились, мы бы с тобой были сводными братом и сестрой.

– В самом деле! А ты не знаешь, почему они не поженились все-таки?

– Нет, не знаю… Вроде даже собирались, но… нет, точно не скажу. Но ты сможешь спросить у мамы. Она приглашает тебя в гости.

– Уже?

– Да, мы с ней такие… быстрые, – засмеялась она.

– Я уже заметил, – улыбнулся он.

– И могу иногда задавать бестактные вопросы. Если получится уж слишком бестактно, ты меня осаживай, ладно?

– Ладно!

– А я так и не поняла, ты у кого здесь гостишь?

– Вопрос уже немного бестактный, – рассмеялся он, – но я отвечу. У женщины, которая произвела меня на свет.

– Блин! Это у матери? А ты не хочешь ее так называть? Да, я вспомнила, она же бросила тебя. Так зачем ты приехал? Она раскаялась?

– Кажется, да. Но у нее недавно умер муж, она просила приехать… И, знаешь, я не жалею… Иначе я бы тебя не встретил. Да и вообще… Все не так однозначно, как кажется в детстве и юности.

– А ты раньше ее видел?

– Да, она дважды приезжала в Москву встретиться со мной и ужасно тогда мне не понравилась, а сейчас… Это немолодая, очень красивая и очень грустная женщина. Похоже, она любила своего мужа и, кажется, готова любить сына…

– А сын не готов?

– Сказать по правде, нет. Не готов. Мы чужие. У нее очень красивый дом, но в этом доме нет ни одной книги… Для меня это абсурд.

– Да, понимаю. Но тебе ее жалко?

– Жалко.

– А почему ты не остановился в гостинице?

– Я остановился в гостинице, но она умолила меня перебраться к ней.

– А ты кто по профессии?

– Биофизик.

– О! И занимаешься нанотехнологиями?

– Откуда ты знаешь? – поразился он.

– Тверитиновы всегда на передовых рубежах науки!

– Ох ты господи, – фыркнул он.

– Знаешь, я очень болтливая, если тебе надоест, просто скажи «ша, Ритуля», и я заткнусь. Хотя ты для этого слишком хорошо воспитан и, кстати, бритый ты куда лучше!

– Ша, Ритуля! А теперь я хочу кое-что о тебе узнать!

– Спрашивайте – отвечаем!

– Ты была замужем?

– Даже два раза. Но уже два года свободна как птица и замуж не хочу! Детей у меня нет, живу с мамой, у мамы есть хахаль, я у нее единственная дочка…

– А у тебя же вроде есть брат?

– Двоюродный. Кузен Эдик! Кстати, прекрасный хирург. Если возникнут проблемы с простатой, только к нему!

– Ну, ты даешь!

– Это было бестактно?

– Да нет, поскольку пока таких проблем не возникало, бестактность не так уж велика.

– Что еще тебя интересует?

– Знаешь, у меня море вопросов, но я предпочитаю сам приходить к каким-то выводам.

– А если они будут неверны, твои выводы?

– Ничего, я привык, если вывод был неверным, ставим новый опыт…

– Ах да, ты же ученый муж… А можно мне задать еще вопрос, я же адвокат, мне надо докопаться до всего при помощи вопросов.

– Валяй!

– Ты живешь один?

– Нет, я живу с дедом.

– Академиком?

– Да. Он старый, но еще бодр духом и телом. И к нам приходит женщина убирать и готовить.

– И у вас такая огромная запущенная квартира с несметным множеством книг…

– Да, квартира и в самом деле большая. Но она вовсе не запущена, мы после смерти бабушки продали дачу и привели квартиру в порядок. Но книг и в самом деле много.

Они замолчали.

Вдруг Рита крикнула:

– Захар, остановись, давай посмотрим!

Он затормозил.

– На что ты собралась смотреть?

– А вон, видишь, трамплин! Глянь, прыгун с трамплина в одних трусах! Смех да и только!

Захару это вовсе не показалось смешным. Ну прыгают люди с трамплина… Большое дело!

– Ладно, поехали, ты, я вижу, кайфа не словил.

– Извини.

– Да ладно… Ты первый раз в Израиле?

– Да. А ты?

– А я каждый год сюда мотаюсь. Мне тут жутко нравится. Скажи, а ты животных любишь?

– Очень. Особенно кошек.

– И я.

– Знаешь, ты мне очень напоминаешь нашу кошку Стешку. Она прожила у нас двадцать лет.

– Рыжая?

– Нет, трехцветная. И очень красивая.

– Польщена, – засмеялась Рита.

Они довольно долго молчали, каждый думал о своем.

Кенгуру были прекрасны. Небольшие, серенькие, очень общительные. При входе на территорию заповедника посетителей предупреждают – не подходить к животным сзади и не трогать сумку, а гладить и кормить сколько угодно, но кормить только специальным кормом. Для этого в автомат надо сунуть один шекель, и в ладонь высыпается порция приятно пахнущего травой сухого корма. Кенгуру с удовольствием слижут его с ладони.