Рубаки. Том 6. Тень Везенди - Хадзиме Кандзака

Все (кроме Зеллоса) резко повернулись. Радок появился в дверном проёме, грозно глядя на сына.

— Абель! — ревел он. — Это непростительно!

Абель едва не подпрыгнул — наверно, от исключительного уровня громкости, который его папа мог взять.

— Отец! — крикнул он. — Я думал лишь о твоём благополучии. Ты не можешь игнорировать реальную вероятность того, что эти негодяи — мошенники?

— А если они не мошенники?! — требовательно спрашивал Радок. — Если я на самом деле в опасности, ты лучше подходишь для защиты, чем они?!

Абель моргнул:

— Но…

— Довольно! — рыкнул Радок. — Держи рот на замке, Абель.

Вжав голову в плечи, Абель щёлкнул языком и опустил глаза.

Так держать, папаша!

Пока я сопротивлялась порыву отхлестать Абеля как следует, Радок перевёл взгляд на меня.

— А ты, — отрезал он. — Своевольничание в эти дни оставь! Нельзя было сначала хоть разрешения моего спросить?

Я нахмурила брови:

— Я не «своевольничала», — возразила. — Я сообщила вашему дворецкому. Он сказал, что передаст вам.

— Так он и сделал! — сердился Радок. — Но это не значит, что я дал разрешение!

— Слушайте, — начала я мрачно. — Ранее я объяснила вам. Чего Зуума хочет…

— Это того, чтобы прийти сначала за тобой, ты говорила! Но как бы то ни было, формально вы у меня на службе. Я не позволю вам покидать особняк по собственному желанию!

ГРРРРРРРРРРРРРРРРР!

Я поняла, что не было смысла объясняться с ним. Слабая власть над моим характером была утеряна.

Полегче, Лина, предостерегала я себя. Помни, кто платит тебе. Просто думай о сияющих, умиротворяющих деньгах.

Чувствуя, что мне ответить нечем — и, может, видя мои остекленевшие от безумных фантазий о деньгах глаза — Радок выдал:

— На сей раз я не придам этому значения, — пробурчал он. — В любом случае, ужин готовится; кто-нибудь покажет вам обеденную комнату, когда он будет готов.

Он повернулся, затем приостановился, метнув взгляд на Абеля:

— Абель! — приказывал он. — Идём!

Сказав это, Радок потопал обратно к проходу. Его сын покорно последовал за ним, точно по пятам.

Я ждала до тех пор, пока не уверилась, что они вне области слышимости, перед тем, как врезать стене.

Чуть позже приземистая служанка провела нас в гостевую обеденную комнату, где нас ожидал полный поднос еды. Я всё ещё не успокоилась, потому со всей злости и вцепилась в стейк из невинного ягнёнка.

— У них что, жопы зудят?! — ворчала я в промежутке между кромсанием и резанием. — Только мы пришли, и такое отношение получили!

К счастью, Амелия, Гаури, Зеллос и я были единственными в комнате; Радок и Абель ели где-то в другом месте. Враждебность, возникнувшая между нашими лагерями, сделала бы совместный обед хуже темничных пыток. Я признаю, что стейк и салат были на высоте, но это меня не особо утихомирило.

Кстати, я уже просветила Зеллоса насчёт нашего столкновения с Сейграмом и мазоку-шестёрками. Я всегда выдаю факты перед моими великими разглагольствованиями.

— Почему Радок ведёт себя как конченый придурок после того, как мы согласились защищать его? — спрашивала я комнату. — Он чрезмерно напыщенная сволочь, чтобы понять, насколько неправ?

— Ну, — вяло предлагал Гаури, — может, он мыслит неправильно, потому что кто-то хочет его убить?

— Ха! — воскликнула я. — Это я поняла, Гаури!

Гаури немного насупился, затем вернулся к брокколи.

— Радоку нет дела до нападения Сейграма, — говорила я. — А уж тем более дела нет Абелю. Они думают, будто получили право быть засранцами во всей Нас-Чуть-Не-Убили ситуации.

— Так всё же в порядке, пока ты это понимаешь? — жуя, спрашивал Гаури. — Ага, Абель придурок, но не похоже, чтобы мы могли с этим что-нибудь поделать.

— И это я понимаю! — выкрикнула я. — Да я здесь просто воздух сотрясаю! — Я зацепила как можно больше брокколи вилкой, сунула в рот и неистово жевала.

— Не то чтобы мы не понимали ваших чувств, — сказал Зеллос своим типичным тоном. Он измельчал морковь в тушёном мясе, словно дитя или старикан. — Следуя из того, что вы говорили ранее, Сейграм и Зуума связаны лишь с вами и господином Гаури. Нет связи между ними и госпожой Амелией или господином Зелгадисом.

Я оторвалась от кромсания еды, чтобы взглянуть на него. Гаури грыз мясо.

— Несмотря на это, — продолжал Зеллос, — и госпожа Амелия, и господин Зелгадис были вовлечены в ваше сегодняшнее противостояние, и оба получили ранения. Довольно неприятно, не так ли? А после была лекция от вашего нового босса. — Зеллос пожал плечами. — Сразу видно, отчего вы так раздражены.

Я пристально уставилась на Зеллоса, поражаясь, откуда в нём столько желчи.

— Эй, — бросила я, поворачивая нож в его сторону. — Ты не помогаешь.

Зеллос одарил меня своей улыбочкой:

— Вероятно, нет, — согласился он. — Впрочем, возможно, вы чувствуете себя лучше, громко жалуясь друзьям?

Я ответила зажатием ложки в моём тушёном мясе. Тупой Зеллос, думала я, зло хлюпая бульоном.

Спустя несколько минут тихого приёма пищи — ну, если не считать громких звуков скобления — я посмотрела на Гаури. Я хотела поговорить с ним кое о чём.

— Гаури? — спросила я, надеясь привлечь его внимание.

— Мм? — буркнул он, чавкая из своей тарелки с пастой.

Просто скажи это, Лина. Когда хоть он обращает внимание?

— Вообще-то, — начала я, но замялась. — Я хотела бы, чтобы ты, ну… составил мне компанию этой ночью.

Я услышала звон посуды. Амелия с трудом дышала:

— Госпожа Лина! — кричала она. — Это для вас слишком… откровенно!

— Ах, — вздохнул Зеллос, улыбка которого достигла совершенно новых уровней жути. — Кажется, весна наконец-то пришла.

Я выплюнула мясо:

— Эй! — подавилась, вытерла рот. — Я НЕ ЭТО имела в виду! — Я резко повернула голову к Гаури, а тот уже залился краской. — Ты чего раскраснелся?! — заорала я.

— Ух… — Гаури стеснённо почесал голову. — Ну, когда мужчина и женщина любят друг друга очень…

— НЕТ! — я убедилась, что заткнула его, прежде чем он скажет хоть ЕЩЁ ОДНО СЛОВО. — Я подразумевала, что хотела экстра-тренировки с мечом! Что не так со всеми вами?!

Амелия нахмурила бровь в замешательстве:

— Хах?

Зеллос вскинул брови:

— Тренировка с мечом, никаких эвфемизмов?

— ДА!

Амелия и Зеллос обменялись разочарованными взглядами.

Гаури насупился:

— Но это не похоже на тебя, — сказал он. — С чего вдруг захотела потренироваться с мечом?

Я опустила ложку:

— Действительно, я не очень хороша в крови-и-кишках, фехтовании и всё такое, — признала я. Затем, подняв нос, добавила: — На самом деле, мне это не очень нравится.

Амелия тоже опустила ложку. Она перестала есть тушёные помидоры на «крови-и-кишках».

Я вздохнула:

— Это из-за того, что я не могу прослеживать движения Зуумы. Я держусь поодаль и смотрю, как вы сражаетесь с ним, что полный отстой; я бы помогла, но эта сволочь обходит меня в рукопашной схватке.

Зеллос закивал, нарезая курицу в тарелке:

— Это, безусловно, правда, — согласился он. — Хотя я не уверен, что небольшая дополнительная тренировка поможет вам, госпожа Лина. Зуума грозный противник и его, конечно, невозможно победить вашими силами.

— Вот почему я прошу кого-то ещё о помощи. Думаю, оно как минимум того стоит.

Зеллос пожал плечами.

Я ткнула вилкой в горячий поднос и схватила кучку кусков картофеля с паром.

— Отношение — наше всё, — объявила я, поднимая вилку, словно наш командный флаг. — И никто не может сравниться с Линой Инверс. — Я триумфально запихала картошку в рот.

И выплюнула, поскольку мне рот обожгло.

ГОРЯЧО ГОРЯЧО ГОРЯЧО ГОРЯЧО!

На следующий день Гаури и я вместе пошли в город — получив прежде дурацкое разрешение дурацкого Радока. Мужчина протестовал против нашего ухода, но раз Амелия и Зеллос оставались, он таки уступил.

Но мы с Гаури вышли на прогулку не ради удовольствия. Нам надо было позаботиться о настоящем деле, а именно починить мой наплечник, который разбил Зуума.

Я просто не могу долго говорить о хорошем, да?

Изначально я купила защиту в Сейруне во время одного из наших прошлых путешествий, но Везенди не располагает ресурсом волшебников Сейруна. Здесь, во всём герцогстве Калмат, наверное, было всего несколько мест, где могли содержаться магические мастерские. Поговорив с несколькими торговцами, мы узнали, что там был один-единственный крошечный магазин во всём Везенди, где продают магические предметы. Лучшего было не дано, и мы направились туда.

Владельцем магазина в магической лавке оказалась беззубая, беловолосая старая женщиной с пухлыми щеками и повязкой на глазу. Она проверила наплечник здоровым глазом и проскрипела заключение, кое мы не были рады слышать: