Рубаки. Том 6. Тень Везенди - Хадзиме Кандзака

Хадзиме Кадзака

Рубаки

Том VI

Тень Везенди

Глава 1

Множащиеся неприятности

Меня преследовали. Это я точно знала.

Мне это определить несложно — я известна своей проницательностью, дополняющей ловкость. Притворившись, что всё прекрасно на моём пути из города, я продолжала идти. С тех пор, как я покинула гостиницу, кто-то был у меня на хвосте, но я предпочла не замечать этого, внушив тем самым моему преследователю ложное чувство безопасности.

Лесная опушка вырисовывалась впереди в сгущающейся тьме. Если бы захотела, могла б развернуться и отправиться обратно в гостиницу.

Агх! Скользнула пальцами к поясу. Это будет отстойно. Покажись, кем бы ты ни был!

Я ускорила шаг вниз по тропе, из города к природе. Вечернее небо стало тёмно-фиолетовым; шум таверн слабел за спиной и маленькие, одинокие дома на краю города служили невосторженным прощанием.

Но это трусливое мелкое нечто не отставало. Я сморщила нос, более чем немного, раздражённая. Настойчивая мелкая сволочь, подумала я. Либо некто хочет убить меня, либо пресмыкающееся нашло любовь своей жизни.

Не то, чтобы я винила его за влюблённость, заметьте. Я сексуальнее, чем фуршетный стол после тридцатидневного голодания.

К тому времени как я начала прорываться через лес, единственным светом, что просачивался сквозь нависшие ветви, был свет от укрытой облаками полной луны. Я скрывала своё присутствие так, как только могла, стараясь оставаться в тенях. Тем не менее, одурачить того, кто следовал за мной, всё же не удалось — он лишь приблизился. Я сжала кулаки и перевела дыхание.

Лучше разберись с этим, Лина.

Как только облака разошлись, я резко повернулась. Серебряный свет лился через свисающую листву, выхватывая тени позади меня.

Я уронила челюсть.

— Амелия?! — выпалила я.

Амелия взвизгнула из-за дерева.

— Госпожа Лина! — крикнула она, выпрыгнув из своего укрытия. Она схватилась за сердце. — Вы напугали меня!

— Я напугала тебя?! — я уставилась на неё с недоверием. — Амелия, так это ты тайно следовала за мной! Я была готова отправить тебя взрывом в небо!

Амелия одарила меня своим лучшим Но-Ты-Же-Оставила-Меня обиженным взглядом:

— Простите, но я заметила, как вы прокрались из гостиницы. Вы планировали поуничтожать бандитов, да?

Это заставило меня остановиться. Я и не ожидала, что она попадёт точно в яблочко.

— И-и? — заикнулась я через мгновение. — Что такого? Существует ли иная причина, по которой девушка тайком выбирается из комнаты средь ночи?

Если бы Зел или Гаури нашли меня здесь, то они сказали бы, что я поднялась ради каких-нибудь сексуальных извращений. Они совершенно не понимают чистое девичье сердце.

Я, сердито пыхтя, скрестила руки.

— Амелия, — процедила я, — тебе было б лучше не проделывать весь этот путь, чтобы остановить меня.

Амелия тряхнула головой и решительно сжала кулаки. Внезапно в ночном небе раздался удар грома.

— Нет! — провозгласила она. — Я здесь, чтобы пойти с вами!

Ой-ёй.

— Ты… чего? — проквакала я.

— Гнусные заговорщики объединяются в бандитские группы единственно с целью воровства ради удовлетворения собственной жадности. Какими бы ни были другие их мотивации, я не могу позволить такому злу разгуливать по свету безнаказанным! — Она подняла вверх один из кулаков. — Мы обязаны надрать им задницы! Немедленно!

С этими словами Амелия развернулась и промаршировала вглубь леса с высокоподнятой головой.

— П-погоди секунду! — это всё, что я смогла пролопотать. На мгновение мне захотелось принять решение вернуться обратно в город — что я могла поделать с этой Маленькой Мисс Нравственность, наступающей мне на пятки?!

Амелия остановилась и бросила взгляд назад:

— Вы же не собираетесь отговаривать меня, правда? — спросила она, почти хныкая.

Я бы сказала, она сильно усложняла вещи.

— Да нет, — произнесла я. Её щенячьи глаза сверлили меня, и я чувствовала себя неуютно. Нет, её щенячьи глаза не работают на мне, но они обычно предвещают с дюжину громогласных речей. Проклятье! Подумала я. Отлично. Она может ходить по пятам… пока согласна с одной крошечной деталью. Я указала на неё.

— Я хочу ощутимой магической поддержки от тебя, — предупредила я. — И ты не получишь больше пятидесяти процентов добычи, вне зависимости от того, скольких бандитов поджаришь.

Амелия ослепительно улыбнулась. Я растолковала эту улыбку как «поджаривание бандитов — сама по себе награда».

После обнаружения бандитского убежища, выстреливания пачкой атакующих заклинаний и оставления груды дымящихся разбойников я была готова получить свою долю добычи. Я потёрла руки и стала распределять её по мешкам.

— Хмм, — ворчала я, осматривая награбленное. — Не так много, как я ожидала, — нахмурила брови в разочаровании. Скольких бандитов должна повзрывать девушка, чтобы получить достойную дневную плату? Я набила дорожную сумку безделушками доверху. — Полагаю, мне не стоит удивляться. Здесь столько сельчан, что эти ребята, по-видимому, не могут найти достаточно жертв для грабежа.

Говоря географическим языком, мы были далеко на севере от и без того северного герцогства Калмат. Ушли довольно далеко от самых крупных городов мира и всех проторённых дорог.

Разумеется, бандитские шайки могут быть редким явлением в глубинке, но если и есть то, чему я научилась за время путешествий, так это тому, что запасы зла неистощаемы. Я истребила немало бандитов в своё время, однако совсем не похоже, чтобы их популяции в целом был нанесён урон. Они как сорняки — грязные сорняки с гадкими корнями.

Я не беспокоилась из-за скромного ночного бандитского куша; я знала, другим вечером мы могли бы основательно пограбить главаря разбойников. Уверена, сия мысль даже не пришла в голову Амелии, поскольку наша работа привела её в чрезвычайно хорошее настроение.

— Не думайте об этой работе с позиции выгоды, — увещевала она, грозя пальцем. — Нынешней ночью вы сделали это, дабы очистить леса от зла! Даже если мы сомневаемся в будущем, мы можем быть уверены, что сделали шаг вперёд во имя справедливости!

Ёй.

— Амелия, — пробормотала я, — ты осознаёшь, сколь много расходов мы понесли за это путешествие?

Она открыла рот, чтобы сказать что-то ещё, потом передумала. Она вылупилась на меня так, словно я отрастила рога.

— Чего? — был её гениальный ответ.

Я тяжело вздохнула. И подумала: «Цена». Я часто чувствовала, что среди нашей компании мозги есть только у одного человека. То есть, вот взять Гаури, который никогда ни для чего не использует свою голову, кроме как чтоб поесть, и постоянно путает, где заострённый конец его меча; или Амелию, чей разум был вечно окутан мыслями о справедливости, и тому подобном, и прочей чуши; и, наконец, Зелгадиса, который был слишком занят образом загадочного одиночки (в то время как пытается смыть с рук зловоние зла), чтобы взяться за голову. Так что остаюсь одна я, кому адресован вопрос, каким макаром мы собираемся оплачивать наши передвижения.

Если бы мы так не спешили и если бы мы путешествовали только по занятым трактам или через крупные города, то была бы совершенно другая история: случайная работа в качестве телохранителей или перевозчиков всегда хороша для скромных дополнительных средств. Но нет, наши издержки становились всё больше и больше, так что у меня не было иного выбора, кроме как выскользнуть из гостиницы и начать охоту на бандитов ради благополучия команды.

Конечно, я всегда слежу за тем, чтобы мои проблемы немного минимизировались. У меня в голове могут быть мысли про групповое выживание, но я ж не получу вознаграждение за инициативу. И нет, это не расценивается как жадность!

Амелия вдруг коснулась моей руки.

— Госпожа Лина, — прошептала она. — Подождите.

Я покосилась на неё из-за мешка:

— Что, Амелия? В туалет надо?

Амелия цокнула языком и глянула на меня так, будто я смутила её на глазах у всех её друзей. Она покачала головой:

— Здесь что-то есть, — прошипела она.

Что-то? Я немедленно начала всматриваться в окружение. Всё, что я видела вокруг, было силуэтами деревьев. Тьма заволокла всё за пределами досягаемости тускло горящего заклинания света над моей головой. Несколько сверчков стрекотало.

— Ты прикалываешься, да? — тихо спросила я её. — Здесь ничего нет.

— Нет, — отрезала она. — Здесь что-то есть. — Её голос был твёрд, и даже во тьме я могла угадать её ставшее грозным лицо.