Слепой дракон - Таня Белозерцева

договориться, прежде чем вернулся мужичок с документами. Тётушка ядовито осведомилась у него, есть ли в этом клоповнике свободное место для их приобретения, так как племянник «прям щас» не может заняться драконьей костью, а только через месяц, когда поедет домой, вот тогда он и сможет забрать дракона с собой. И кстати, нельзя ли его откормить? Драконья кость должна выглядеть красиво, элегантно и блестеть перламутром. Ах да, а единороги у вас имеются? Было бы неплохо…

Мужичок, растекшийся масляной лужицей и кивающий на все вопросы о драконьем содержании и питании, при упоминании единорога скорчил печальную рожицу и с сожалением доложил, что единороги в зоопарках не содержатся, потому что неуловимы и в руки никому не даются, а только невинным девам-ведьмам. Слишком волшебные и умные твари…

Ладно, после решения всех проблем, переселения дракона в жилую часть магозоопарка Гарри и тётя Петунья вернулись в гостиницу. Мальчишка, восхищенный невероятной и хитрой тёткой, буквально глаз не сводил с неё. Тётушка растаяла, усыпленная вниманием племянника, раздобрела и, расщедрившись, подарила ему золотой «Паркер».

На ленточке, кстати, появилась надпись: «Продан на костяные изделия», что, впрочем, никого не насторожило, и слава Богу, да? В Хогвартсе некто под инкогнито купил участочек леса между замком и логовом акромантулов. Этот участок со скалой посередке специально нанятые рабочие огородили невысокой символической изгородью (ограничивать свободу передвижения дракона Гарри не собирался, как раз наоборот…), вырыли ямину, которую забетонировали, и провели от Хогвартса трубу для подачи чистой питьевой воды. Этот водоем нужен был лишь для отвода глаз и на первое время, потому что Гарри твердо вознамерился приручить своего дракона и разрешить ему вскорости пользоваться полной свободой. Тётя достаточно подробно объяснила ему разницу между приручением и усмирением.

И надо ли говорить о радостной истерике Хагрида, когда тот узнал, что неведомый владелец купленного участка собирается поселить в загоне (и в лесу!) очень крупного, взрослого дракона? Да Хагрид прямо-таки разрыдался от счастья — почти исполнилась его детская мечта завести дракона! И будет тут дракон — пусть не его, но будет!

А спасенный дракон сидел в новой, более просторной клетке, отъедался, отсыпался и набирался сил, кротко дожидаясь переезда на новое место. Конечно, он понимал, что у него сменился владелец, который зачем-то заботится о нем, кормит, поит, шкуру кремами мажет… Чужими руками, разумеется, связав и повалив, ну да ничего, потерпим… а там посмотрим. Тем более что глаза ему тоже лечили, заливали какой-то гадостью и плотно завязывали широкой полосой кожи. В один из приездов Гарри хозяин магозоопарка застенчиво спросил у подростка:

— Мистер Поттер, а зачем лечить дракону глаза? Разве зрение влияет на качество кости?

Гарри смерил взглядом щупленького мужичка и вежливо сказал, едва не плюясь от отвращения к самому себе — как же мерзко, когда приходиться врать, пусть и в благих целях:

— Ну что вы, господин Даас, наличие зрения на качество кости не влияет. Просто я хочу из него сделать чучело, а какого цвета стекла на место глаз вставлять — я не знаю. А вы знаете, какого цвета глаза у дракона данной породы?

— О, конечно знаю, мистер Поттер! Они красные.

— Да? А какой оттенок? Рубиновый, топазовый или опаловый?

Седьмая глава. Ничто человеческое…

С грохотом распахнулась дверь, и в комнату влетел взбудораженный Ваня, полубезумным взглядом обвел помещение и впился в Гарри, сидящего на кровати с книгой:

— Гарри! Она поправилась!!!

От вопля Вани Гарри чуть не скатился с кровати. Выронив книгу, он прижал ладони к ушам:

— Уайти… что?..

Ваня подошел и плюхнулся рядом, заговорил сбивчиво, едва не срываясь на крик:

— Марина выздоровела. Мне из дома звонили, говорил папа, а мама и старшая сестра рядом рыдали, я их слышал… Врачи руками разводят, говорят: «Чудо!» и «Воля Божья». Гарри, это ведь твой подарок так подействовал? Это ты спас Марину?

— Ну при чем тут я? — смутился Гарри, опуская голову в попытке спрятать ликование в глазах — сработало, помог волос единорога! Ваня засмеялся и сгреб Гарри в охапку, прижал к своей славянской широкой груди и, благодарно покачивая, проговорил:

— Ой, скромный ты гончар… Спасибо тебе огромное, Гарри!

Было уже начало лета, время с декабря до июня прошло плодотворно. Массажи, занятия на тренажерах, плавание в бассейнах, верховая езда, сбалансированное питание и четкий прием лекарств сделали свое дело. Гарри окреп, раздался в плечах, добавил пару дюймов роста и покрасился… Отросшие волосы стали цвета воронова крыла, а в них ярко выделялись голубые и желтые пряди, кроме того Гарри подводил тенями глаза и носил черный кожаный ошейник, украшенный шипами. И это не считая того, что он красил ногти черным лаком… Волна эмо и готов ударила не только по нему, она охватила своим безумием всех мальчишек и девчонок, достигших четырнадцати и пятнадцати лет.

К тому же имидж обязывал — у него нету байка, но есть дракон, и это повышало самооценку Гарри в его собственных глазах. К слову, о глазах… Гарри сменил очки на линзы и теперь по желанию мог менять цвет глаз. В общей столовой уже как-то попривыкли видеть то синеглазого Поттера, то черноглазого… волшебство без магии, да. Гарри носил черные одежды и черную же кожу и страшно гордился золотым «Паркером», потрясающей ручкой со стальным наконечником, она писала просто замечательно, главное чернила не забывать в неё заливать.

Странноватый внешне, Гарри внутри, однако, оставался собой. Обычным пареньком по имени Гарри, вот только Поттером он себя больше не считал, зная правду о своем родном отце — Северусе Снейпе. Ну что ж, за несколько месяцев он привык к своей новой возможной фамилии «Снейп» в тайной надежде, что Северус не откажется от него.

В то же время он боялся этого. Как-то профессор отреагирует на наличие родного сына? А вдруг он не захочет? Здесь на помощь Гарри приходила философия — не захочет, и не надо, семья у него есть.

Так или иначе, а настало время возвращаться домой, в туманный Альбион. Гарри и Ваня обменялись адресами и телефонами и клятвенно пообещали переписываться и созваниваться — у дружбы нету расстояния. И снова перелет из Германии в Англию, снова Гарри сопровождает Густав Шеллинберг. Он немного нервничает, гадает, не прибьют ли его Дурсли за то, что возвращает им немного измененного племянника? Ну посудите сами, забирал обычного мальчишку, а обратно везет не понятно кого, а вот это вот чудо — лохматое и заросшее нечто, все в коже и заклепках…

Зря волновался.