Объяснение в ненависти - Петр Владимирский

3. ЧЕРНЫЕ ПТИЦЫ, ПРЕДВЕСТНИКИ СМЕРТИ

Вера Лученко потягивала сок манго, задумавшись и не обращая внимания на хмурого мужа. Вот ведь нахальные журналисты! Она терпеть не могла, когда ее пытались использовать, а намерения бойких пиарщиков стали ясны, когда Юрий повел себя в привычном для него духе. Поэтому Вера подошла к парням и сделала так, что они напрочь забыли о намерении сделать из семейных неурядиц «клубничку». Единственное, что ее всерьез обеспокоило во время обработки журналистов — быстрый промельк черных птиц в уголках глаз. Когда с ней случались такие видения, это значило только одно: человек скоро умрет. Вера нахмурилась, еще раз взглянула в сторону бредущих к выходу молодых парней. Даже если она точно знает, что им грозит смертельная опасность, как ее предотвратить? Остановить? Невозможно это. Как всегда, невозможно, и только горечь остается, тяжесть знания и горечь. Господи, за что!.. Она не может даже сказать, от чего они погибнут. Несчастный случай? Неизлечимая болезнь? Пьяная драка?.. И что она должна сделать? Догнать их и сказать: «Ребятки! Будьте осторожны»? Они посмотрят на нее как на полную идиотку, да еще тиснут потом статейку под искрометным заголовком: «У психотерапевта сорвало крышу». Нет уж, она не станет мешать судьбе распоряжаться по собственному усмотрению.

Подошло несколько участников тусовки, и Вера торопливо сделала приветливое лицо.

— Вера Алексеевна, здравствуйте! — сказал один из подошедших. — Приятно видеть вас на нашем междусобойчике. Вы меня помните?

— Лицо помню. А имя… Артем. Артем Сирик, — догадалась Вера. Юрий, к счастью, молчал, отрешившись от разговора. — Вспомнила, вы работали водителем, развозили рыбную продукцию по точкам.

— Ну и память у вас, Вера Алексеевна! — восхитился Артем. — Я теперь уже дорос до клиент-менеджера, делаю карьеру. Помните, вы мне тогда сказали, что работа водителем — это для меня лишь первая ступенька по карьерной лестнице. Так оно и получилось.

— Я рада за вас, Артем! — искренне сказала Вера.

— Что ж ты нас не познакомишь? — попеняла Артему девушка, подошедшая с ним.

— Ой, сорри. Знакомьтесь! Это наша Кристина, менеджер продаж, а это Вера Алексеевна, бизнес-тренер.

Вера с удовольствием рассматривала девушку. Было что-то знакомое в светлых русых волосах, открытом взгляде широко распахнутых голубых глаз. Она напоминала Олю, Верину дочь. Только Кристина была покрупнее.

— Я сам представлюсь, — вмешался в разговор моложавый брюнет. Он выглядел как стильный завсегдатай ночных клубов: в костюме от Gucci, с прической, обильно смазанной гелем для придания волнистым кудрям эффекта мокрых волос. — Константин Бойко, начальник отдела рекламы и замдиректора по маркетингу.

— И нас, и нас представь! — весело затормошили Константина остальные девушки. Он кивнул на одну из них, маленькую и коротко стриженную, подвижную, как мартышка:

— Майя Щербакова, трафик-менеджер. А это, — повернулся он ко второй, бережно защищавшей ладонями свой округлый животик, — Вика Зозуля. Ага, да тут вообще весь мой отдел! Вы пользуетесь успехом, Вера Алексеевна!

И ей были представлены: Володя Головач, менеджер по полиграфии; Герман Хрущинский, маркетолог; наконец, дизайнер Надя Максимец.

— А где наш водитель, Степаныч? — спросил Артем. — И Ирины Максимовны нету.

— Ирина Максимовна… — оглянулся вокруг Бойко. — Да вон она, танцует. А Степаныч, когда мы направились сюда, отпросился покурить.

— Ну тогда и я покурю! Веселитесь, Вера Алексеевна! — сказал Артем и вышел из «Титаника» на улицу.

— Госпожа Лученко, Янис Раймондович просил проводить вас на места для друзей компании, мы скоро начнем торжественную часть. Можно с супругом! — официально пригласил Бойко.

— О, я совсем забыл, — улыбнулся молчавший до того Юрий. Он умел улыбаться, когда хотел. — Ведь мне нужно срочно вернуться домой… Дела, знаете ли. В общем, я вас покидаю, но оставляю самое дорогое, что у меня есть, — свою жену.

Он повернулся и чуть более поспешно, чем того требовали обстоятельства, двинулся к выходу. Константин кивнул вслед удаляющейся широкой спине и, взяв Веру под руку, повел ее к авансцене.

— Вера Алексеевна, я очень рад, что вы откликнулись на наше приглашение. Знаете, мне непременно нужно будет поблагодарить госпожу Сотникову.

Вера пожала плечами. Отвечать Бойко не требовалось. Ну и бестия Дашка: решила таким вот образом отвлечь подругу от несчастной любви! Отправила ее к морю проветрить душу и мозги. Впрочем, это хорошо. Если бы не Юрий, тут было бы вполне комфортно.

Пока шла своим ходом официальная часть, пока говорил речь господин Пылдмаа, выступали вице-президенты и представители филиалов, Вера унеслась мыслями далеко-далеко. Музыкальные ритмы, тонкие запахи и нарядные костюмы заставили ее ненадолго стряхнуть с себя прилипчивые опилки душевных страданий. Пусть ненадолго, но остался только вкус веселья и запах праздника…

Она видела, как под шумные аплодисменты на подиум выходят люди и президент компании поздравляет их, прикалывая на лацкан пиджака какой-то значок и вручая коробочку. Неожиданно она услышала свою фамилию, зал поощрительно захлопал в ладоши. Вера Алексеевна улыбнулась, поднялась и подошла к высокому во всех отношениях руководству. Янис вручил ей серебряную рыбку с изящно выгравированным словом «Океанимпэкс», грамоту, удостоверяющую ее принадлежность к друзьям компании, и пожал своей здоровенной лапищей маленькую Верину руку. Вернувшись на место, она заметила, что почти все гости и хозяева вечеринки украшены такими же значками-рыбками — символами принадлежности к братству «Океанимпэкса». Только у высшего Руководства фирмы рыбки были золотые, среднее звено и друзья фирмы получили серебряные значки, а младший персонал — продавцы, курьеры, водители и уборщицы — гордо несли на одежде медных рыбок.

— Корпоративная культура! — словно прочитав ее мысли, громко пояснил неожиданно появившийся Константин Бойко.

— Это вы придумали?

— Ну, не лично я, — заскромничал тот, — это наш отдел пиара. Во-первых, вы наверняка знаете, что предприятие — это такая особая социальная система, объединяющая людей совместной деятельностью и общими экономическими и социальными интересами… Ох, извините, Вера Алексеевна, я бываю иногда ужасным занудой. Короче, наших служащих нужно постоянно подпитывать общими идеями, праздниками, фирменными фенечками.

— А во-вторых?

— Во-вторых, остается человеческий фактор, которого никто не отменял. Согласитесь, вам приятно было получить нашу рыбку!

— Приятно. Скажите, Константин, а ваши служащие не будут завидовать друг другу, что у кого-то более дорогая рыбка, а у кого-то дешевая? Хорошо ли это для корпоративного духа?

— Вы зрите прямо в корень. Помните, у классика: «Люди гибнут за металл!» Мы специально поощряем у наших служащих дух здоровой соревновательности. Кто сказал, что завидовать плохо?

— Значит, ваши «медники» будут завидовать «серебряникам», а «серебряники» — «золотникам», и вы полагаете, они будут носом землю рыть, чтоб сделать карьеру.

— Именно! — Константин гордо погладил золотой брелок на лацкане дорогого пиджака. И предложил: — А не поесть ли нам рыбки?

В банкетном зале, богато украшенном витражами, столы ломились от рыбной снеди. Вера, как кошка, втянула ноздрями исходивший от роскошного стола запах разнообразных солений и копчений. Запах разбудил аппетит и отодвинул на второй план все неурядицы.

— Хорошая мысль! — потерла ладошки Вера Лученко.

Есть души мясные — к ним, бесспорно, относится сильная половина рода человеческого. Они не могут обойтись без мяса, этот продукт помогает им наполнить мышцы первобытной силой и мощью. Или во всяком случае думать, что такое происходит. Есть души салатные — это часто топ-модели или вегетарианцы либо мечтающие о романтической любви субтильные девушки. Они питаются растительной пищей и убеждают себя и окружающих, что энергетически она лучше любой другой. Есть души десертные, то есть тортные, мороженые и сдобные. Это те, кто не боится поправиться или боится, но любовь к сладенькому сильнее любви к тонкой талии. Пирожно-шоколадными душами бывают дети и старики.

Вера Алексеевна отродясь была отъявленной рыбной душой. За рыбу она готова была на время забыть о мясе, обойтись без колбасы и даже не вспоминать о сосисках. Наверное оттого, что когда-то, в каких-то реинкарнациях она была кошкой. Или потому, что по гороскопу она Рыба, и это обстоятельство как-то влияло на ее вкусовые предпочтения. В любом случае, даже тревожные мысли о неверном мужчине на этот раз не смогли помешать ей наслаждаться деликатесами. На столах красовались заливные судаки в круглых тарелках, икра красная, икра черная в белых фарфоровых пиалах, сомячьи отбивные на широких овальных керамических поддонах, роскошные фаршированные щуки на длинных блюдах, по бокам обложенные ломтиками лимонов, норвежская молодая сельдь в хрустальной ладье, усыпанная кольцами лука. И все это благоухало, пахло нестерпимо, перебивая ароматы других продуктов. Рядом со всем этим рыбным великолепием возвышались охлажденные напитки на любой вкус.