Расплата за любовь - Яра Сен‑Джон

стали реже, я поняла, как много он держал внутри себя. Так что поверь мне, когда я говорю — не связывай все свои надежды и мечты с Райли. Он подведет тебя.

— Похоже, ты говоришь исходя из опыта, — ответила Уинтер, бросив на подругу взгляд.

— Я не виню его за то, что он живет, как считает нужным, — сказала Шей и, увидев недоверчивый взгляд Уинтер, продолжила: — Не виню. Я просто хотела бы узнать немного раньше о том, что меня будет ждать, когда он уедет.

Уинтер кивнула. Ей придется вспомнить совет Шей. В противном случае ей может быть очень больно, если она позволит себе влюбиться в Райли.

Несколько часов спустя Уинтер, Иджипт, Шей, Тиган, Эйша и Лирик уже обживались в доме тети Хелен в Элм-Крик.

По прибытии их встретила Хоуп, домработница тети, которая еще не слышала о завещании. Хоуп была потрясена, узнав, что получила наследство. Недоверчиво качая головой, она направилась на кухню, чтобы приготовить для подруг легкие закуски.

— Так приятно, что вы все здесь, — сказала Уинтер. — Я помню, как мы устраивали здесь наши пижамные вечеринки,

— Как ты себя сейчас чувствуешь? — спросила Лирик.

Ее длинные каштановые волосы были собраны в небрежный хвост, а сама она была одета в спортивные штаны и укороченный топ. Уинтер восхищалась ее телом танцовщицы.

— Все еще не верю, — честно ответила Уинтер. — Мне казалось, что я вышла из своего тела и откуда-то сверху наблюдаю за чтением завещания, но сама не присутствую там.

— Я почувствовала недовольство твоей матери тем, что твоя тетя соизволила дать нам что-нибудь, — нахмурившись, сказала Тиган. — Она всегда была не очень расположена к нам, но сейчас превзошла саму себя.

Тиган и Эйша привезли с собой несколько бутылок вина, потому что знали, что Уинтер понадобится что-то крепкое, чтобы забыть о том, как восприняла оглашение завещания ее семья.

— Итак, что нам теперь делать? Можем ли мы, — Иджипт взглянула на остальных женщин в комнате, — уже открывать свой собственный бизнес, или мы должны готовиться к битве?

— Хороший вопрос, — сказала Уинтер. — Мне нужно поговорить с Райли, поскольку, похоже, моя мать серьезно настроена оспорить завещание.

— Она считает, что вы сговорились украсть ее семейное наследие, — прямо заявила Эйша.

Уинтер вскочила.

— И это совершенно нелепо! Когда бы у меня было время? Я путешествовала и писала. Я сама была в шоке, когда узнала про завещание.

Шей встала с пола и подошла, чтобы обнять Уинтер.

— Тут ты не одна, подруга!

— Я понимаю это, — призналась Уинтер, указывая на голову, — но скажи это моему сердцу. Вся моя семья против меня.

Слезы потекли по ее щекам. Она положила голову на плечо Шей.

— Это так несправедливо.

— Да, несправедливо. — Тиган поставила бокал на коктейльный столик и встала. — Но мы тебя не оставим.

— Мы с тобой! — подтвердила Эйша. — Твоя тетя хотела, чтобы у тебя был этот дом, — она обвела руками комнату, — и деньги. Они не имеют права нарушать ее желания.

Иджипт подошла к Уинтер и мягко взяла ее за подбородок, заставив девушку посмотреть вверх.

— И мы не позволим им.

Уинтер кивнула:

— Я буду бороться за то, что принадлежит мне!

Она получит то, что ей причитается, даже если ей придется сражаться со всей семьей Баррингтон.

Глава 5

Первую половину воскресенья Райли провел в спортзале отеля. Затем он поработал несколько часов, просматривая материалы. Теперь он был готов взяться за дело, которого избегал с тех пор, как почти неделю назад прибыл в Сан-Антонио, — пора было увидеться с матерью. Хотя работа и похороны заняли значительную часть его времени, настоящая причина, по которой он уклонялся от встречи, заключалась в том, что ему нужно было подготовиться.

Он должен был быть в правильном настроении, когда навещал свою маму. Он никогда не знал, какую Элизу Дэвис он найдет. Счастливую Элизу, которая будет в восторге при встрече со своим сыном — успешным адвокатом? Или подавленную Элизу, которая не сможет встать с постели, не говоря уже о том, чтобы причесаться или принять душ? Он должен был быть готов к любому развитию событий.

Он хорошо научился справляться с перепадами ее настроения. Тогда у нее еще не был официально диагностирован маниакально-депрессивный психоз. Однако, заработав хорошие деньги в своей первой юридической фирме, Райли был полон решимости обеспечить матери наилучший уход. Но она не всегда принимала лекарства, которые ей прописали лучшие врачи.

Приняв душ, он поехал на своем «бентли», доставленном ему несколько дней назад, в «Хайтс» в Стоун-Оук, элитный район с теннисными аллеями и баскетбольными площадками. Он перевез туда свою мать и Шей, как только стал одним из лучших юристов на Восточном побережье. Было тяжело убедить мать оставить дом, в котором она прожила почти двадцать лет, но, как только она увидела большой задний двор с садом и прудом с карпами, она пришла в восторг.

Он остановил машину на подъездной дорожке и огляделся. Райли позаботилась о том, чтобы у его семьи было все необходимое: медсестра, садовник и домработница, которая приходила раз в неделю, чтобы навести порядок. Это было меньшее, что он мог сделать, но теперь, когда он навсегда вернулся в Сан-Антонио, он собирался вплотную заняться здоровьем матери.

Выключив двигатель, он не спеша подошел к дому и отпер дверь ключом.

— Привет! — крикнул он.

Через несколько секунд его мать сбежала вниз по лестнице в джинсах и свитере. Ее темно-каштановые волосы были зачесаны назад в хвост, а ее темные глаза казались яркими и ясными. Это был хороший знак.

— Райли!

Она бросилась в его объятия.

— Привет, мама, как