Я тебя нашёл (СИ) - Фей ла Калисто

— Мы пока не выяснили. Я отнесла деду, и вместе с магистром Агриппой мы изучаем предмет в его кабинете. Круглая, как тарелка, с семью вращающимися дискам и множеством символов. Это магический артефакт, но что он из себя представляет, мы без понятия.

Странно это всё.

Девочки покинули меня, как только стемнело. Придя к общему мнению, что пока не стоит появляться на людях, мы решили отсидеться с неделю дома.

Я вздрагивала от каждого скрипа калитки, всё ожидая, когда нагрянет комиссар, но прошла неделя, а за ней следующая, и никто так и не пришёл, что не могло не радовать. Отпросилась у профессора, сказав, что очень много дел в лавке. Собственно, я не соврала. Лето — пора заготовок. Нужно собрать и высушить травы, накопать кореньев и вырастить на грядках множество различных ингредиентов.

Фрея не поинтересовалась, как прошла моя встреча с девочками, а я не стала поминать былое.

Странно, что нас никто не заметил, пока мы чудили в городе.

С переводом древнерунического текста всё обстояло намного сложнее, но я старалась.

Так в обещанный четверг, ближе к сумеркам, я направилась к дому Фреи. В окнах горел свет, слышались голоса. Профессор была не одна. До меня долетали обрывки их фраз.

— Я не ожидала, что даже внешность будет та же.

— Всё равно считаю, что ты совершила ошибку. Столько времени прошло, стоило что-то менять?

— Ты его не видела, Эмерента, даже спустя столько времени, как будто это было вчера, передо мной всплывает его взгляд, словно все миры рухнули, и он остался один, а в ушах звенит его вой, так кричит умирающее дикое животное. Материнские сердце такого выдержать не может. Так скажи мне, ты бы хотела такой участи своим детям, пусть даже не родным?

Решив, что мне не стоит больше подслушивать, постучала в дверь.

— Войдите!

За столом в кухне сидела Фрея, в платье цвета серебра, как всегда, с идеальной осанкой, волосы убраны в пучок. Гостем оказалась женщина, не молодая, от пятидесяти пяти до шестидесяти. Каштановые волосы с проседью, карие глаза и оливкового цвета кожа. Женщина смотрела на меня, слегка прищурившись и оценивающе, и, кажется, увиденное ей не нравилось.

— Здравствуйте!

— Проходи, Фейт, и знакомься, моя давняя подруга Эмерента.

Я слегка поклонилась. Женщина ж не ответила вовсе и демонстративно отвернулась к профессору.

— Фрея, я останусь на ночь у тебя, надеюсь, тебя не затруднит такая просьба.

Это была даже не просьба, а утверждение. Женщине палец не клади в рот, откусит по локоть.

— Конечно, я пойду приготовлю для тебя комнату, а ты, Фейт, проходи в кабинет, дорогу ты знаешь.

— Ох, вы занимаетесь в оранжереи? Я там чувствую себя как дома, вы же не против, если я к вам присоединюсь?

Профессор только коротко кивнула и скрылась за дверью.

Как-то неловко.

Я пошла в кабинет, а за мной следовала гостья. Расположившись за столом и разложив конспекты, переводы и книгу, ощущая при этом на себе взгляд Эмеренты, принялась усердно делать вид, что вчитываюсь в текст.

— И как вам история?

Как же мне не хотелось смотреть на эту женщину! Можно было что-нибудь ответить, уткнувшись в книгу, но это проявление неуважения и в первую очередь к профессору, это её гостья и её подруга.

— Вам известно, чем закончилась эта сказка? — поинтересовалась я.

— Ох, вы даже представить не сможете масштаб последствий.

— О чём вы?

Наш диалог прервала Фрея, войдя с белым бочонком в руках.

— Я подумала, что нам неплохо скрасит вечер благородный напиток.

И разлив по бокалам янтарную жидкость, предложила каждому по бокалу.

— Как обстоят дела с переводом, Фейт?

— Я перевела больше половины, профессор. Конечно, текст получился не полноценный, но что-то я дописывала по смыслу.

— Вот и замечательно. Пусть первый тост будет за это!

Две женщины смотрели на меня с приподнятыми бокалами в ожидании первых слов, я взглянула на старинную книгу в кожаном переплёте — отражаясь от звёздного неба, мерцал серебряный замочек в виде подснежника, а ниже были рунами нацарапаны строки.

Я подняла бокал.

— За тысячу лет и одну ночь!

Глава 6. Тысяча лет и одна ночь назад

Сумерки начали сгущаться.

Звук, словно раскат грома, пронзил мёртвую тишину улицы, пространство озарило ярким светом.

Я выпрыгнула из портала и огляделась по сторонам. Глаза расширились от неподдельного, живого ужаса. Руки дёрнулись к губам, чтобы сдержать вырывающийся крик.

«Соберись!» — повторяла я, как заклинание, в своём сознании.

— Ес … — голос предательски сорвался, и я зашлась кашлем.

Как быть храброй, когда колени дрожат, словно сотни диких мустангов несутся по льду? Как быть сильной, когда ты …. Слабая!

«Не стыдно быть слабой. Стыдно ей оставаться».

Развела руки в стороны, сделала глубокий вдох и со всей силы ударила себя по щекам. На лице начали проявляться алые узоры. Набрала побольше воздуха в лёгкие и что есть мочи прокричала: — Есть кто живой?

Трупы. Запах гари. Раскуроченные улицы, дыры в земле, разрушенные и сожжённые дома, стрелы, мечи и посохи, остаточная магия заклинаний, разбросанные вещи и тела.

Всюду тела — разорванные, переломанные, пробитые, сожжённые. Трупы всех мастей: ангелов, людей, демонов и фейри. Трупы всех возрастов: стариков, юношей, дев, детей, мужчин и женщин.

— Кто-нибудь живой?

«Хоть кто-нибудь», — молилась про себя.

Война!

Ангелы против демонов. Демоны против людей. Люди против ангелов. Ангелы против фейри. Люди против людей.

Война…

Свет против скверны, лёд против пламени, знания против невежества, смерть против жизни, идеи одних против идей других.

Вдалеке послышался взрыв. Я подняла голову и увидела, как столп огня взмыл в воздух. На окраине города продолжалась битва.

Стали появляться тёмные силуэты.

«Жнецы», — подсказало сознание.

В последний раз обвела глазами площадь.

— Пусть ваши души обретут покой, — склонившись, приложила руки к земле и начала шептать первородные слова, а из-под сплетённых пальцев полился белый свет.

Здесь мне уже никому не помочь.

Развернувшись на звук идущей битвы, я побежала в темноту улиц.

* * *

Тени двигались бесшумно среди лежащих тел, останавливаясь только чтобы жестом пригласить душу следовать за ними.

— Цветы? — удивился жнец.

— Не просто цветы, — сказала Смерть, — символ надежды на счастливое будущее.

Жнец обвёл взглядом торговую площадь и вздохнул.

— Мы закончили, Владыка, — с поклоном обратилась тень.

Жнецы и Смерть продолжили свой путь.

Они не вписывались в это место — белые бутоны среди чёрного пепелища. Такие крохотные и слабые, единственные, что дышали жизнью среди того, что кануло в Лету.

Владычица ночи, прекрасная полная Луна, показалась из-за облаков, заливая серебряным светом город, и ей в ответ белым мерцанием на чёрной от гари площади отвечали подснежники.

* * *

Я бежала, а в голове так назойливо кричали мысли: «Что было бы, если бы я смогла появиться раньше? Смогла ли кого-нибудь спасти?»

Иордин запретил целителям покидать Серебряный город. Дар врачевания был очень редок, поэтому тех, кто мог исцелять, можно пересчитать на пальцах одной руки, и их берегли как зеницу ока.

«Вы будете главной мишенью и первыми, от кого избавятся враги».

Перечить архангелу я не могла. Выслушав его речь и согласившись, что есть в ней доля смысла, я всё же не собиралась ей следовать.

Когда во мне открылся дар целительства, в Серебряном городе в присутствии десяти архангелов я дала клятву, что буду почитать жизнь, помогать нуждающимся и вырывать умирающих из рук жнецов, будь то любое живое существо.

Поэтому, будучи в Серебряном городе, я сжала в руке мерцающий синий кристаллик и, представив, куда хотела переместится, исчезла в ярком свете.

В первую очередь, в мире людей я решила направиться в храм. Я была там частым гостем и называла его вторым домом. Исцеляла больных, делилась знаниями со служителями, обучала желающих высшей речи, гуляла с детишками по рыночной площади, где часто устраивались представления и проходили ярмарки. Сёстры показывали, как заваривать чай и какие травы они используют в лечении.