Мир Смерти и твари из преисподней - Гарри Гаррисон

– Поймите, друзья. На Моналои по последним данным затишье. Планета Мэхаута действительно у нас по дороге. И наконец, именно здесь находится едва ли не самый главный наш заказчик. Не могу я мимо него пролететь.

Конечно, не так все просто было на самом деле. Язон это чувствовал, да и не только Язон. Особых экстрасенсорных способностей не требовалось, чтобы заметить как нервничает Крумелур перед этой явно вынужденной для него остановкой в пути. Что-то такое сообщили моналойцу по ходу сеанса связи с родной планетой. Что именно, пирряне если и узнают, то не сейчас. А сейчас…

Сюрприз был кем-то тщательно подготовлен и оказался из разряда особо неприятных.

Едва линейный крейсер вынырнул в обычное пространство, он был немедленно обстрелян из полного комплекта весьма убойных средств, с любовью подобранных для поражения целей различной степени прочности. Но, похоже, нападавшие все-таки не знали, что системы защиты «Конкистадора» по праву считаются лучшими в Галактике. Агрессоры, вне всяких сомнений, планировали нанести серьезный урон, если ни вообще уничтожить объект, появляющийся в данное время и в данной точке. Шок от подобной радушной встречи был, конечно, силен, но поскольку ни одна из систем корабля всерьез не пострадала, тут же закипела работа по организации наиболее оптимальной контратаки.

Пирряне в космосе – это не пирряне у себя дома. Разумеется, дистанционные пусковые устройства от главных корабельных орудий тоже реально было подцепить к предплечьям и давать залпы по врагу, не раздумывая. Приводить в действие огромные мощности одним легким сокращением мышцы, реагирующей на нервный импульс страха, перешедшего в гнев. Собственно, пирряне так и делали, когда им приходилось участвовать в настоящих космических войнах. Но сейчас никто еще не объявлял войны, и прежде всего даже Керку и Мете хотелось просто разобраться в случившемся. Ведь они отправились выполнять большое и важное задание, а кто-то стремился помешать им.

Или это все-таки случайность? Или вообще в этом месте вселенной расстреливают сегодня всех, кто появляется без специального предупреждения? Узнать было важнее, чем победить. Хорошо бы, конечно, взять живыми подобных наглецов. Потому что у облачка космической пыли, в которое так легко превратить чужой корабль, не о чем будет спрашивать потом.

Класс корабля Мета определила сразу – сверхскоростной боевой катер «невидимка», усиленный дополнительной консольной системой ракетных установок. Не исключено, что такому звездолету даже удастся безнаказанно скрыться. Хотя вообще-то, удрать от «Конкистадора» – задача малореальная, тем более, когда за штурвалом Мета. Оставалось придумать способ, как с минимальными повреждениями захватить этого разбойника с большой космической дороги. Проще всего, разумеется, вступить в диалог и объяснить, что сопротивление бесполезно. В случае добровольной сдачи, проблем будет меньше у всех.

Но тут-то разбойник-«невидимка» и повел себя странно. Не отвечая на сигналы ни словами, ни выстрелами, он медленно пошел на сближение.

Команды отдавались с пулеметной скоростью. Все системы защиты и нападения были приведены в полную боевую готовность, все устройства слежения и зондирования отчаянно старались получить максимум информации об объекте, и информация эта мгновенно расшифровывалась и выдавалась на фронтальный экран капитанской рубки в форме, максимально доступной для любого неспециалиста.

Да, конечно, именно этот приближавшийся к ним корабль и нанес по «Кокистадору» комплексный удар сокрушительной силы. Так что пирряне видели в нем врага и только врага. Но сегодняшняя Мета была уже не такой, как прежде. За годы совместной жизни с Язоном она научилась рассуждать, переняв от него привычку подвергать сомнению любую самую очевидную вещь.

«Что может означать такое приближение? – думала Мета. – Попытку пойти на таран, как говорят летчики? Или уместнее морское сравнение, и это – попытка взять «Конкистадор» на абордаж? Смешно! Экипажу маленькой лодочки не одолеть огромного крейсера. Хотя… Как знать как знать! Если вспомнить Генри Моргана с его отчаянной командой головорезов… А может, все-таки внезапное сближение и надо понимать как добровольную сдачу? Просто у чужаков что-то не в порядке со связью. Да нет, есть же миллион способов подать сигнал встречному кораблю и пояснить, что не имеешь дурных намерений!»

Так единственное мирное предположения, которая Мета сумела вымучить из себя, что называется, для очистки совести, вмиг оказалось несерьезным.

«Но тогда в какой же момент отдавать команду „огонь“? – окончательно растерялась пиррянка. – Или это за меня сделает Керк?»

И это сделали за нее. Только не Керк.

В напряженной до звона в ушах тишине неожиданно раздался сдавленный и хриплый от страха возглас Крумелура:

– Я узнал его. Стреляйте! Стреляйте немедленно!!

Но Крумелур не был здесь начальником. Ни командиром группы, ни капитаном корабля. Он даже не был членом экипажа. Просто гость, пассажир – и все. Кто же его станет слушать?

– Это корабль-аннигилятор! Я узнал его! – закричал Крумелур еще громче.

Керк посмотрел на него теперь уже внимательнее и даже с интересом. А невидимка приближался и как будто даже прибавил в скорости. До возможной стыковки или столкновения оставались по существу секунды.

Мета сделала резкий маневр, настолько резкий, что Крумелур впечатался в стенку и охнул от боли, да и Язон чуть не рухнул на пол. А ведь думал, что уже ко всему привык, считал себя настоящим пиррянином. Нет, пиррянином все-таки надо родиться. Вон, и Керк, и Стэн полностью сохранили равновесие и даже ни словом не пожурили Мету за этот дикий фортель. Все она сделала как надо. Некогда в подобной ситуации предупреждения делать.

Вот только чужак повторил маневр с идеальной точностью, словно привязанный буксировочным фалом. И сближение продолжилось с прежней, если не с еще большей скоростью.

– Да стреляйте же вы!!! – Крумелур лежа на полу у стенки перешел на истошный визг. – Они же смертники! Гореть мне в плазме, если я не прав и это…

Он не успел договорить. Мета обошлась без приказов и самолично дала залп. А поскольку цель была уже слишком близко, от мощного взрыва задрожал весь линейный крейсер. В межпланетном пространстве горело маленькое солнце, и системы защиты «Конкистадора» работали просто на пределе. Если не за пределом.

– Уходим на форсаже, – сочла возможным предупредить Мета, и, очевидно, сжалившись над присутствующим на корабле гостем, добавила: – Двенадцать g.

В другой ситуации, спасая корабль, она бы выдала все двадцать пять. И Язон подумал про себя: «Спасибо, дорогая!»