Цифровой журнал «Компьютерра» № 201 - Коллектив Авторов

Есть и ещё одна проблема — неразвитость платёжных систем. С ними у нас ещё далеко не так хорошо, как в странах первого мира. Скажем, недавний отзыв лицензии у Мастер-Банка оказал негативное воздействие на целый ряд предприятий интернет-торговли (это финансовое учреждение было банком-эквайером для многих операторов пластиковых карт, которые оказались лишёнными привычного сервиса). Но и это решается: у A.T. Kearney отмечена эффективная работа платёжной системы QIWI.

И общий вердикт в целом положительный: «Россия быстро превращается в один из лидирующих рынков розничной онлайн-торговли, привлекательный как для отечественных, так и для зарубежных ритейлеров». Но — тринадцатое место. Притом что по населению мы девятые в мире, а по оценённому ЦРУ объёму экономики — шестые… И — крупнейшая интернет-аудитория в Европе! Что же не так в консерватории? Похоже, что дело именно в логистике, в «последней версте». И ещё представляется, что ситуацию тут можно исправить путём внедрения «умных» машин…

Логистический центр «Почты России» на Боровском шоссе.

Скажем, «Почтой России» на днях открыт на Боровском шоссе логистический центр, задачей которого будет таможенная обработка международной почты — известный тромб для интернет-торговли. Он оснащён «умными» машинами — автоматизированными системами сортировки и обмена почты, устройствами объёмного взвешивания отправлений… И проходит через него каждая четвёртая посылка в стране, а после увеличения в ближайшие годы в четыре–пять раз его трафик составит три четверти всех посылок. 

Аналогичные центры до 2016 года появятся в каждом федеральном округе. Ну что же, посмотрим, как это скажется на доставке рождественско-новогодних покупок… И отметим, что речь идёт о работе госпредприятия, вложившего в это 3,8 миллиарда рублей. А ведь Россию оценили как страну, привлекательную и для частных инвестиций в интернет-торговлю. Которые, как представляется, в немалой степени должны пойти в логистику. На работающие в этой сфере сервисные (это тележки) и декартовы (это стационарные манипуляторы) роботы; возможно, тогда наше место окажется выше тринадцатого…

К оглавлению

Если приватность — аномалия, сможем ли её отстоять?

Евгений Золотов

Опубликовано 28 ноября 2013

Шок! Вот что чувствуешь, когда слышишь, чткакой-тоо рассказывал на недавней конференции по проблемам цифрового века Винтон Сёрф. Отвечая на рутинный вопрос, Главный Архитектор сети Интернет, собственной персоной стоявший у истоков TCP/IP, сказал примерно следующее: приватность — сравнительно молодое изобретение, порождённая современным обществом аномалия, и совсем не факт, что она приживётся! И это во времена, когда всё прогрессивно мыслящее человечество (а к нему, похоже, принадлежит каждый, в чьи служебные обязанности не входит контроль над себе подобными) придерживается почти диаметрально противоположного: «Приватность — неотъемлемое право человеческого существа»?!

Что ж, поговорим о скучном. Что такое, собственно говоря, приватность? Английское словечко privacy, которые мы заимствовали и так часто в последнее время употребляем, уходит корнями аж в Древний Рим и означает способность человека или группы людей изолировать себя или информацию о себе от других членов общества. В литературном, осмысленном переводе на русский приватность есть неприкосновенность частной (или, как мы привыкли говорить, личной) жизни, включающая в себя как физический, так и информационный аспекты.

Сегодня приватность связана с анонимностью (то есть нераскрытием информации о личности) и информационной безопасностью (сохранностью приватных данных от чужих глаз). И, поскольку право на неё закреплено конституциями по крайней мере развитых стран как минимум сотню лет, то и воспринимается она как нечто само собой разумеющееся и потому всегда существовавшее.

Винт Сёрф не против приватности. Он только сомневается, что её удастся защитить.

Но тут-то и вмешивается Сёрф (он замечательный рассказчик, но веб-каст с той конференции ужасен по качеству; если интересно и готовы потерпеть, найдёте его здесь, в разделе «newest»). Приватность, по его словам, это феномен, появившийся на свет в результате промышленной революции и роста урбанистических сообществ, то есть сравнительно юное понятие. Античность и Средние века тайну личной жизни если и знали, то не ценили и не уважали. Но что древность, если даже в XX веке реализацию права на приватность считали обязательной не везде! Нам трудно понять древних римлян, которые испражнялись коллективно и выставляли напоказ свой быт, или средневековых хозяев, которые делили с гостями постель, но те из вас, кто вырос в деревнях, отлично поймут Сёрфа, рассказывающего про крохотный немецкий городок, где он жил в 60-х и где секретов от соседей попросту не было: каждый знал, чем занимаются другие. 

Впрочем, проблема, как её видит Сёрф, не в том, что в тесных сообществах тайну личной жизни считают возможным в значительной степени нарушать и сегодня, а в том, что с развитием коммуникационных технологий гарантировать соблюдение приватности становится сложней. Он иллюстрирует это на известном примере с социальными сетями: вы можете случайно оказаться запечатлённым на фотографии с места, присутствие в котором желали скрыть, а потом так же случайно кто-то из ваших знакомых эту фотографию увидит — и тайна таким образом раскроется. Несмотря на условность примера, из него очевидна важная вещь: ни законы, дающие право на приватность, ни ваше желание её сохранить вам не помогли!

Соцсети в некотором смысле сократили социальную дистанцию между членами больших сообществ и таким образом сделали их похожими на вышеупомянутые деревни, где возможность утаить что-либо от соседей практически отсутствует. А бороться с этим мы пока не умеем, потому что технологии развиваются слишком быстро: они выходят за рамки нашей социальной интуиции, опыта, здравого смысла.

К чему и ведёт Сёрф. какое-тоДиктовать уважение к приватности законами не удастся. Поскольку приватность «получилась» случайно и недавно, то и поддерживать её возможно будет, лишь если общество договорится её уважать, выработает соответствующие социальные нормы, сформирует привычку. А для этого нам ещё время придётся пожить в мире, где приватность периодически нарушается: увы, учиться в данном случае возможно только на собственных ошибках!

С другой стороны, законодательные рамки, конечно, нужны, и попытки установить их будут — подтверждением чему слова другого интернет-авторитета, Тима Бёрнерса-Ли (на днях заявившего, что страх, воцарившийся в обществе после сноуденовских разоблачений, требует решительных мер для гарантирования приватности), и последняя инициатива ООН (буквально только что принята вчерне резолюция, призывающая членов организации проверить, насколько их местная практика сбора информации о гражданах конфликтует с правом человека на приватность в цифровом веке).

Забегая вперёд: это Safeplug, точка доступа в TOR для массового рынка. Приватность за 50 долларов — не без оговорок, зато и без лишних усилий.

Таков невесёлый расклад по Винтону Сёрфу. Однако существует и альтернативная версия развития событий, гласящая: приватность, может быть, и страдает от техноугроз, но отстоять её нам помогут опять-таки технологии. Оглянитесь! Приватность уже доступна как добровольная опция: каждый желающий компьютерный или мобильный пользователь может задействовать один из многочисленных свободных инструментов, основанных на стойкой криптографии (TOR, Torchat, TORFone, Bitmessage, продолжите сами), и так защитить свои коммуникации. Да, защита не будет абсолютной: в каждом случае есть свои оговорки, тонкости, которые хорошо бы знать. Но для подавляющего большинства землян достаточно и такой — «потребительской» — приватности. Потому что даже в таком виде она обеспечивает беспрецедентное свойство: стойкость её при атаке «в лоб» более не зависит от людей и компаний, а только и исключительно от математики.

На очереди же приватность как продукт. Только что стартовали продажи Safeplug — 50-долларовой коробочки, работающей на пару с точкой доступа Wi-Fi и автоматически, без настроек и тому подобной технической ерунды, обеспечивающей обывателя доступом в интернет через TOR. С чего рядовому пользователю Сети желать приобрести такое устройство? Не только для защиты от АНБ и прочих спецслужб (которые, как сегодня ночью стало известно, и сведения о посещении порносайтов собирают...), но и для защиты от жадных до персональной информации бизнесов. Да, решение не без оговорок (пароли через него пускать нежелательно, телевидение вообще не пустишь и т. п.), но важен сам факт: тот, кто желает информационной приватности, сегодня может её получить безотносительно законов и обстоятельств.