Игры крови - Андрей Сергеевич Абабков

серебряный, но обычно на золотой. Пусть он и был положен лишь офицерам, в гвардии на это повсеместно закрывали глаза. А здесь медный.

И дело явно не в деньгах, ткань одеяний девушки более чем качественная и такую не все дворяне могут себе позволить, да и платит король своей гвардии достаточно. На покупку серебряного медальона содержания гвардейца хватит с лихвой. Значит девушка или экономит, или же является адептом строгого следования правилам.

— Хочешь сказать, что ты из Империи, смерд?

Александру так и хотелось приложить ладонь ко лбу, но он сдержался. Для местных это норма. Подумаешь оскорбляют единственного проводника. Ерунда. Он же все стерпит. Иного развития событий в их голову даже не приходит.

— Я рожден в северных широтах, — что это широты иного мира вампир уточнять не стал, пусть гадают, это же забавно.

— Валерия?

— В Валерии почти невозможно встретить грамотного охотника, — подал голос боевой маг, — После того как они превратили все что можно в пашни, леса там напоминают наши парки.

Кстати, из спутников девушки лишь этот наемник заметил все ее странности, но списал все это на прошлое паладина, продолжая считать ее обычной охотницей, которой она и представилась своим спутникам. Одно время он думал о девушке как об агенте Инквизиции, но та в бытовых делах и личном общении позволяла себе нелицеприятные высказывания о церкви, и маг решил что все-таки перед ним самый обычный охотник, просто с необычным прошлым.

Сам Орден Охотников все еще курировался, финансировался и управлялся Светлой Церковью, но количество лиц имевших сан и являющихся его членами было невелико. Подавляющее большинство Охотников составлял светский люд, причем никак не ограниченный какими-либо церковными клятвами или обетами как это было ранее. Ныне, если человек желал отдать свою жизнь на благо борьбы с кровопийцами, он просто приходил в ближайшее отделение Ордена и там заявлял о таком своем желании и все. Дальше можно было даже не вступать в какое-либо подразделение Ордена, а действовать полностью самостоятельно и при этом гордо называть себя Охотником.

Именно за такого вольного паладина Ордена выдавала себя девушка из королевской гвардии.

— Неужели ты из Непокоренных?

— Все мы для кого-то непокоренные, — хмыкнул вампир, — А вы, леди, так хотите навестить моих родителей?

— Я бы с удовольствием высказала им все, что думаю о твоем воспитании, смерд. Они явно заслужили хорошую порку.

— В моих родных краях такое не принято.

— Непокоренные королевства всегда были рассадником разного рода ересей, — пробурчала девушка под одобрительное ворчание своих спутников.

— Каждому свое, леди, каждому свое. В Ороде свои законы, в Элуре свои, в Непокоренных свои.

— Слушай, смерд, а ты часто бываешь на землях вампиров? — резко сменила тему беседы воительница.

— Время от времени вожу таких идиотов как вы.

— Расскажи о них.

— Идиоты как идиоты, — пожал плечами вампир, — Глаза горят огнем, в голове пусто, мечтают убить вампира и прославиться.

— Расскажи про вампиров, — девушка с явным трудом сдержала себя и осталась сидеть на месте.

— А что про них рассказывать? Обычные разумные. Отличить их от людей можно по красному плащу или мундиру. В Элуре только кровопийцы имеют право носить одежды красного цвета. А если на вампире нет мундира и красного плаща, так от людей их и не отличишь.

— И они тебя не трогали?

— Они никого не трогают. В Элуре люди спокойно живут.

— Только кровь вампирам сдают на корм.

— Так ведь за деньги. А если платят, то чего не сдавать?

Вампиры действительно не имели никаких проблем со сбором большого количества крови с людей. Да, платили они мизер, а Семен, глава Корпуса Крови и тот хотел урезать в два раза, но людям даже этого хватало, тем более кровь из них выкачивали в очень разумных дозах. А стабильно увеличивающаяся численность населения Элура позволяла держать нормы снабжения вампиров свежей кровью на очень высоком уровне.

— Я слышал, что в Лесном поле есть человеческие деревни? — вступил в разговор священник, не дав девушке задать свой следующий вопрос.

— Есть, как не быть. Там даже села есть, а некоторые так и городками назвать можно. Люди там давно селяться.

— И как там живется?

— Так сами все увидите. Это мы сейчас в лесу ночуем, завтра ночью спать будем в нормальных кроватях и следующую ночь тоже, а там уже и Элур. Так что своими глазами все увидите. А если мое мнение хотите услышать, то жизнь здесь вольная и от этого все блага лесников и все их проблемы.

— В каком смысле? — священник нахмурился пытаясь понять о чем ему говорят.

— Так закона здесь нет. Одни традиции, а их в каждой деревне по своему понимают. Вольный лес он во всех смыслах вольный. И иногда слишком вольный.

— У нас из-за этого проблем не будет? — монах понял о чем именно говорил Александр и тут же озаботился собственной безопасностью.

— Нет. Меня все лесники знают. Да и не принято у них пришлых трогать. По Лесному полю ведь и вампиры бывает гуляют и королевские егеря с патрулями ходят. Так что пришлых лесники не трогают. Себе дороже. А вот между собой у них вольница. Там по всякому бывает. Законов там нет.

— И чего вампиры порядок не наведут?

— Мне-то почем знать, госпожа хорошая? Но думается мне, что вампиров просто все устраивает. Ведь если вампиры Лесное поле к себе присоединят, в Ороде многие штаны испачкают и большое количество глупых решений примут, отчего простому люду совсем туго жить станет. А вампиры о простых людях заботятся и вредить им не любят. Например, тех же людей в Лесном поле не трогают, а лесники и рады и Элур куда больше Орода любят. Вампирам от того сплошная польза и выгода. Они в лесу желанные гости и им рады.

— Если вампиры такие хорошие и не трогают людей, почему ты не перебрался с семьей в Элур? — выплевывая слова поинтересовалась девушка.

— Сам не знаю, — пожал плечами Александр и решил немного открыться перед будущими смертниками, — Часто об этом думаю. Но моей семье хорошо в лесу. Они счастливы. Не хочу отнимать у них это. В Элуре у них будет совсем другая жизнь.

На этом расспросы были завершены. Пока укладывались спать, паладин еще несколько раз бросала на