Лорд Очарование - Сьюзен Робинсон

Мач Кутвелл распростерся более чем на четыре акра, здесь было пятьдесят две лестницы, триста шестьдесят пять комнат, и, конечно же, не было свиней. В пределах дома Сэр Пондер Кутвелл, владелец этого огромного современного величественного строения, тащился через галерею и вниз по главной лестнице, его ночной колпак был одет криво, длинные и тонкие ноги упорно трудились под выпуклостью живота. Его коленные суставы скрипели, когда он шел, распространяя аромат гвоздики, которую он жевал, борясь со своим скверным дыханием. Он бормотал что-то себе под нос.

— Моя Марджери, Моя Марджери. Будь, проклята эта девчонка. Я повешу ее как воровку, ведьмино отродье.

Волоча по полу желтую ночную рубашку и халат, Пондер прошаркал ногами в обеденную залу, подобно ожившему заварному крему. Он вошел в комнату и наткнулся на стул когда понял, что в комнате кто-то есть. Его гость сидел, закинув ноги на обеденный стол. Около свечи стояла бутылка вина. Пондер поглядел на грязные ботинки, одежду из черного шелка отделанную золотом и мрачное лицо в обрамлении черных как смоль волос с черными же глазами. Растрепанный, каким он был сейчас, гость умудрился сделать так, что Пондер казался еще более старым и более неловким, чем он был на самом деле, в то время как сам походил на красивого сине-черного ворона.

Пондер глянул на шпагу на боку молодого человека. Его пристальный взгляд двинулся дальше и зацепился за бутылку вина. Он нашел кубок и наполнил это. Осушая его, он бормотал что-то про себя.

— Дьявол забери ее, украла мою призовую свиноматку. Я должен был выкурить ее из этого замка много лет назад, когда она отвергла мое предложение о браке. Она отвергла меня и после того, как я испытал так много неприятностей, ухаживая за ней. Это ухаживание стоило мне денег. Это не правильно. Не правильно. Мерзкое создание, лишила меня моей земли, моего замка, всего, что было моим! Старый король Гарри[26] дал его мне. Его сын[27] не имел никакого права забирать его. Нет.

— Хватит, Кутвелл, — сказал молодой человек.

— Грязное воровство — вот, что это было. Я пробовал солить ее поля, отравлял колодцы, ничто не помогает.

Темноволосый гость Пондера одним прыжком вскочил на ноги. Стул отлетел назад и ударился о буфет, и молодой человек закричал на хозяина.

— Попридержите свой язык, идиот! Клянусь Троицей, я не буду больше слушать это. Почему вы не сообщили мне, что девчонка нашла на берегу человека, потерпевшего кораблекрушение?

— Клянусь моей верой, какого человека?

Гость положил руки на стол, наклонился к Пондеру и посмотрел на него так, как смотрит змея на полевую мышь.

— Прежде чем отплыть во Францию, капитан моего судна сказал мне, что ваш управляющий упомянул молодого человека, потерпевшего кораблекрушение и получившего приют в Замке Хайклиф. Я плачу вам не за поклонение свиньям, Кутвелл. Я думал, этот человек пошел ко дну с остальными ублюдками в шторме, и вот я нахожу его выжившим и набирающимся сил под моим носом.

— Клянусь честью, я не знал.

— Это, мой жирный друг, очень неприятно.

Гость освободил Пондера от оков своего пристального взгляда и сейчас рассматривал пламя свечи. Он бережно держал свой кубок обеими руками, показывая сильные, ухоженные пальцы, способные моментально свернуть шею Пондера. После нескольких минут тишины, нарушаемой только взволнованным дыханием Пондера, гость заговорил снова.

— Бог привел его ко мне, и я постараюсь сделать его своим орудием, прежде чем заберу его жизнь. Несомненно одно, гость Госпожи Фэйрфакс не должен покинуть остров Покаяния живым.

Глава 4

На следующее утро после похищения Марджери Пэн поднималась с ведрами по лестнице, бормоча что-то про себя. Поставив ведра, остановилась у оконного проема, чтобы посмотреть вдоль стен замка на море внизу. Она увидела, как густой туман медленно двигался со стороны открытого моря ранним утром. Она посмотрела на туман и снова пробурчала.

— Похищение, ради всего святого! И кто, во имя Господа, дал ему право судить?

Шедшая позади нее Нэни Боггз посмотрела на стопку одежды.

— Ничего хорошего из этого не выйдет, учтите. — Проворчала Нэни, присоединяясь к Пэн на лестничной площадке. — Вы должны отослать его в Мач Кутвелл.

— Я не воровка. Что? Отослать его к Пондеру Кутвеллу? — Пэн почти поддалась соблазну, но потом передумала. — Нет. Пондер Кутвелл не приютил бы даже Христа без выгоды для себя, а от Тристана он ничего не получит. Пойми, он может даже потребовать выкуп за него, если узнает, кем является Тристан.

— Пусть будет так, но мне это не нравится, — фыркнула Нэни, посмотрев сквозь узкий проем. — Это должно быть еще один знак. Кто слышал про туман при ярком свете солнца?

— Да ну тебя, Нэни. Если я могу это вытерпеть, то и ты сможешь. — Пен подняла свои ведра и поднялась на следующий этаж, где снова их опустила и повернулась к кормилице. — Дай мне это и уходи.

Нэни передала ей одежду, но осталась возле двери, сложив руки на груди. Пэн зашла в свою комнату. Все еще бормоча себе под нос, она прошла на цыпочках мимо занавешенной кровати, на которой лежал Тристан. Прижимая одежду к груди, она подкралась к постели и, отдернув занавески, увидела груду смятых одеял, которые прикрывали длинное тело.

— Хорошо. Каким бы это было благом, если бы Вы проспали следующие три недели. Она нахмурилась, заметив спутанный клубок мягких прядей поверх одеяла. Прошлой ночью, они блестели, как эбеновое дерево в свете факела. Святые угодники, о чем она только думала? Обладатель этих волос обвинил ее в нечестности и неосторожности в отношении жизней ее людей. Ее, которая всю себя посвятила благополучию Хайклифа, которая трудилась, берегла, и напрягала мозги, чтобы найти способ выживания для них.

Она просто пыталась преподать Пондеру Кутвеллу урок, чтобы он больше не пытался заставить ее отказаться от поездок по острову. Кто дал Тристану право называть ее стратегию бесполезной и глупой? Он не знал, сколь мало возможностей у таких людей, как Твисл и Дибблер.

— Чертово заносчивое высокомерие, — прошипела она.

Она рывком задернула занавески.

— Сэр Безымянный.

И почему ей на голову свалился этот осуждающий ее захватчик? Этот шторм, это некое злое заклинание, призрачный демон привел его на Остров Покаяния, чтобы привнести хаос в ее мир. Он вмешивался в ее жизнь, которую она построила с таким трудом. Жизнь, намного более счастливую, чем та, которую она оставила.

Теперь она едва помнила свой старый дом в Англии, слишком много прошло времени с тех пор, как она уехала. Конечно, она уехала по необходимости. Из-за ее многочисленных промахов раскрылся ее дар. Ради всего святого, люди взбесились только потому, что Господь наделил ее даром. Ее обвинили в мошенничестве и колдовстве просто потому, что она знала некоторые вещи. Даже ее мать и отец были напуганы. И совсем без причины. Ну, не то чтобы не было повода для этого, так как они бы тоже пострадали, если бы ее осудили за колдовство.