Вернуть СССР (очередная попытка) Часть 2 - Вадим Владимирович Чинцов

которых сводятся лишь к обслуживанию и обеспечению боевой деятельности вооружённых сил. Все-таки придется опять к Устинову заглянуть, объяснить ему последствия такого отношения к людям. Надо кардинально менять обустройство военных и их семей.

Юрий, слушая меня, помалкивал, всем своим видом показывая, что его это не касается.

– Ну что, соколики! Как насчет того, чтобы жирок растрясти и пробежаться километров пять? – молчание я расценил как согласие и скомандовал – За мной бегом марш.

Еще утром я всех своих сопровождающих озадачил обуться в берцы и одеть полевую военную форму без знаков различия, сам одет был в свой охотничий костюм. Поэтому, оставив Юрия для охраны индусов, мы втроем побежали кросс. Вместо пяти я решил довести кросс до десяти километров. Чистый опьяняющий воздух способствовал наслаждению бегом по этой каменистой почве с окружающими нас прекрасными видами.

Тропа, по которой мы бежали, неожиданно вывела нас к небольшой поляне с родником.

– Пять минут отдыха и обратно! – я с удовольствием припал к роднику смочить губы и прополоскать рот. Мои товарищи, немного запыхавшись, хотели напиться, но я не позволил – Только немного пополоскайте рот. А то назад будет тяжело бежать.

– Красиво тут! – Олег потянулся и присел рядом с родником.

– А во время войны здесь воевали партизаны! – я обвел рукой окрестности – В любой момент тогда можно было нарваться на немецких карателей. Ну что, отдохнули? Тогда побежали назад.

К нашему возвращению Юрий собрал всех индусов и мы отправились на обед в санаторий. Не успев толком пообедать, я заметил входящего в помещение столовой генерала КГБ.

– Я присяду? – Бандуристый указал на свободный рядом стул.

– Пожалуйста! Случилось что? – я отложил ложку и взял стакан с гранатовым соком.

– Только что со мной связался председатель комитета и просил передать вам, Владислав, что в Чечне напали на след четверых наемников из отряда американцев и крупной банды из местных жителей. Начали было преследовать преступников, но те ушли горными тропами и вышли там, где их не ждали – в Дагестане. Банда заняла село Новолакское и стала вырезать семьи лакцев. В октябре шестьдесят четвертого года в Хасавюрте произошли массовые беспорядки (в беспорядках участвовали до семисот человек) на национальной почве. К уголовной ответственности привлечены девять человек. Возник конфликт в связи с переселением лакцев в чеченские сёла.

Внутренние войска совместно с Хасаврютским ОМОНом окружили село, но бандиты засели в местной школе и, прикрываясь детьми, потребовали их пропустить в горы и освободить ожидающих суда в Москве американских наемников. Нам дали три дня на выполнение их условий.

– Срочно готовьте самолет в Грозный! Я лечу туда.

Генерал не стал возражать и его "Волга" отвезла меня и моих телохранителей в аэропорт. Нас посадили в АН-двадцать четыре и через два с лишним часа мы уже сели в встречающий нас УАЗик, доставивший к вертолету. Еще немного болтанки в воздухе и мы высаживаемся на окраине села Новолакское. Нас встретили начальник отдела милиции Хасаврюта и командир ОМОНа, которые, дав оперативную обстановку, перечислили предпринятые ими меры.

– Нельзя их отпускать! – начальник милиции стукнул кулаком по раскладному столику. – Потом бегай за ними по горам. Штурмовать надо школу.

– А я говорю, что потери среди детей недопустимы! – волновался присутствующий здесь глава района.

– Штурмовать вы будете в мое отсутствие – прекратив спор, я взял бинокль и осмотрел здание школы, два окна были наглухо закрыты шторами, там и находились заложники. В окнах школы время от времени мелькали силуэты боевиков. – Но если я рядом, нужно использовать меня как секретное оружие. – я отложил бинокль и попросил найти белый флаг.

– Объявите бандитам, что для переговоров к ним направляется парламентер. – я снял захваченную с собой разгрузку и оружие. – Поверьте – я смогу уговорить бандитов сдаться.

Видя недоверие на лицах местных силовиков, я приказал омоновцу отжиматься и тот тут же выполнил мое приказание.

– Так же будет и с ними – я кивнул в сторону захваченной школы и обратился к отжимающемуся капитану – Вольно, прекратить отжиматься.

Пришедший в себя капитан ОМОНа, с опаской посмотрел на меня и произнес – Сильный аргумент, и не поспоришь.

По электромегафону преступников оповестили о парламентере и я медленно с белым куском ткани в руке двинулся по улице в сторону здания школы, ощущая на себе сотни взглядов и с нашей и с неприятельской стороны. Дверь в школу приоткрылась и меня буквально втащили внутрь двое чеченцев. Я на чеченском поздоровался и отодвинул от своего лица ствол автомата – Еще выстрелит ненароком! Кто у вас главный? – Ко мне навстречу вышли американец и бородатый чеченец лет сорока.

– С каких пор на переговоры стали отправлять детей? – главарь банды удивленно меня рассматривал. Я насчитал семерых бандитов, держащих меня на мушке и озадаченно выглядывавших в щель неприкрытой двери. – Вроде больше никого не видать! Никто не попытался приблизиться к школе.

– С тех самых пор как вы стали прикрываться детьми как щитом! Какие же вы воины! Вы поступаете как трусливые шакалы.

Стоящий рядом чеченец замахнулся на меня рукой но я его остановил – Стоять! Всем слушать меня! Вы полностью в моей власти и выполните все мои приказания! Сложить оружие! – стоящие вокруг бандиты стали избавлять себя от железа а я приказал главарю собрать в коридоре школы остальных бандитов. Тот выкрикнул приказ и в коридоре собрались остатки банды, так же сложившие оружие после моего приказа.

– Всем руки за голову, медленно выходим из здания школы и встаем на колени! – мой голос, наполненный гипнозом, заставил банду выполнить мой приказ.

Бойцы ОМОНа и солдаты внутренних войск с удивлением смотрели на выходящих безоружных боевиков, встающих перед школой на колени. Я же прошел в класс с детьми и двумя учителями и успокоил всех опять применив свои способности. – Все уже позади! Никто не пострадает. Скоро вы будете дома, ваши родители волнуются за вас.

Бандитов так и стоящих на коленях с отсутствием в глазах разума стали вязать милиционеры, когда во двор школы хлынула толпа местных жителей с камнями, кольями и лопатами в руках. У некоторых были в руках охотничьи ружья.

– Собаки! Решили детьми прикрываться! Отдайте их нам, мы поступим