Пропавшая история - Алексей Подъяпольский

Дербент был основан как стратегический пункт — он контролировал один из двух проходов («Железные Ворота») через Большой Кавказский хребет. Второй проход ныне называется Военно-Грузинской дорогой и вплоть до XIX века был более труднопроходимым. Поэтому во все времена Дербент тщательно охранялся, и любой иностранец мог быть заподозрен в соглядатайстве (шпионаже). Профессия шпиона (ныне разведчика) считалась позорной вплоть до того же XIX века, и в Европе пойманных шпионов казнили позорной смертью через повешение. На Востоке же вплоть до XVI века самой позорной казнью было сдирание кожи живьём с последующим распятием, и именно так окончил свою жизнь святой Варфоломей. Было ли обвинение в шпионаже ложным или нет — неизвестно, но Варфоломей являлся евреем из Палестины (Иудеи), входившей в состав Римской империи. Поэтому власти тогдашнего Дербента наверняка могли «на всякий случай» казнить пожилого римского подданного, как говорится, в назидание своим и чужим.

Так что святой Варфоломей вполне подходит на роль покровителя спецслужб, и в связи с этим можно предположить, что Сергий, будучи священнослужителем, не только знал всё о святом Варфоломее, но и вполне мог… принять его имя взамен своего мирского, так и оставшегося для последующих историков неизвестным.

Братья Варфоломея — Стефан и Пётр. Старшим был Стефан, а вот кто средним и младшим — до сих пор точно не известно. В разных источниках Сергий называется то младшим, то средним братом. Но Стефан и Пётр были женатыми людьми, так что Сергию больше подходит роль младшего.

После смерти родителей Варфоломей отдал свою часть наследства Петру, а сам уговорил брата Стефана поселиться с ним в дремучем лесу в двенадцати верстах от Радонежа. Там они построили небольшой храм, который был освящён по благословению митрополита Феогноста в честь Святой Троицы. Но Стефан не выдержал трудностей отшельничества и ушёл в Москву в Богоявленский монастырь. Варфоломей остался один. Изредка его навещал и проводил в построенной им церкви богослужения некий игумен Митрофан, предположительно инок Хотькова монастыря. Этот же Митрофан в 1337 году постриг юного подвижника, которому могло уже быть 23 года, в монахи с наречением имени Сергия. По другим данным, постриг был совершён позже, но об этом чуть дальше.

Имя Сергий происходит от римского Сергиус, в русских святцах толкуется как «высокий, высокочтимый». Несколько ещё не заслуженное имя дал новообретённому иноку, который себя ещё ничем не прославил, игумен Митрофан. Теперь посмотрим на имена братьев.

Святой Стефан Первомученик считается первым человеком, пострадавшим за свои христианские убеждения после смерти Христа.

Пётр. Распространение это имя получило в связи с деятельностью апостола Симона Зеведеева, которого Иисус, согласно библейским легендам, перед смертью нарёк Петром и оставил… своим наместником на Земле.

Стефан был первым, кто поселился в лесу вместе с Сергием, отсюда и могло появиться его имя; настоящее, наверное, было другим. Он уходит в Москву ещё до 1337 года, до пострижения Варфоломея. Причина понятна — Москва в это время начинает приобретать на Руси главенствующее положение, и Варфоломею, будущему Сергию, свой человек там необходим для получения всевозможной информации о внутренних и внешних делах возрождающегося Русского государства.

Апостол Пётр проводил свою деятельность после смерти Христа, т.е. в его отсутствие, причём, говоря современным языком, обладая всеми его полномочиями. Поэтому Пётр больше всего подходит на роль заместителя Сергия, но это будет потом. Сначала Пётр получает от Сергия его долю родительского наследства и живёт мирской жизнью. Лишь позже, овдовев, он принимает постриг и поселяется вместе с Сергием.

Получить часть наследства от Сергия Пётр не мог — родители приняли постриг, а по церковным законам тех времён все «новообращённые» передавали всё своё имущество принявшему их монастырю. Какие же средства Варфоломей передал Петру, своему заместителю, и самое главное — на какие цели?

Стефан — это всевозможная информация из политического центра страны, Пётр живёт мирской, т.е. обычной жизнью обычного человека. Каждая спецслужба, с одной стороны, обязательно должна иметь всю информацию от руководства страны, с другой — располагать сведениями о настроениях среди населения, чем обычно занимается служба контрразведки. В этом случае сбор информации часто производится с помощью оплачиваемых осведомителей — вот зачем Пётр получил от тогда ещё Варфоломея финансовые средства.

Но откуда они взялись, если состояние родителей целиком ушло приютившему их монастырю?

Игумен Митрофан. Он посещал Варфоломея, оставшегося в одиночестве в лесу, и вряд ли только для совместных молитв. Шли между ними долгие беседы на различные темы, русские священнослужители той эпохи были очень образованными людьми, с широким кругозором, знали историю, были в курсе всех европейских событий.

В 1307 году король Франции Филипп IV Красивый при поддержке папы римского Климента V разгромил орден тамплиеров, чья штаб-квартира находилась во Франции, обвинив всех его членов в поклонении дьяволу. Следствие по делу тамплиеров длилось семь лет и завершилось лишь в 1314 году, когда был сожжён на костре магистр ордена Жак де Моле.

Это событие прогремело по всей католической Европе, и наверняка сведения о нём докатились до Руси. Ведь орден тамплиеров представлял собой военно-религиозную организацию, которая обладала также политической и финансовой силой, и чьей «сферой влияния» вплоть до начала XIV века была практически вся Европа. Об этом должны были знать или хотя бы догадываться умные люди из русских церковных чинов, в число которых мог входить игумен Митрофан!

Он наверняка был знаком с Варфоломеем ещё до того, как тот поселился в лесу, тогда же между ними начались и беседы, больше похожие на обучение. Именно тогда, ещё до 1337 года, Варфоломей мог узнать некоторые подробности об ордене тамплиеров и, быть может, о других подобных военно-религиозных организациях того времени, причём не обязательно христианских. Например, об исламском ордене ассасинов, существовавшем с XI по XIII век, о котором знали и которого боялись все европейские правители.

Получив подобную информацию от Митрофана, Варфоломей её запомнил хорошо — ведь даже в наше время сведения об этих двух тайных организациях средневековья вызывают интерес у специалистов и рядовых граждан, а тогда для живущего в лесной глухомани молодого отшельника всё это стало потрясающей сенсацией.

И именно после этих рассказов Митрофана у Варфоломея могла зародиться мысль о создании подобной организации на Руси для борьбы с Золотой Ордой.

Конечно, такая гипотеза в отношении Сергия Радонежского будет, без сомнения, раскритикована и осмеяна, но ведь даже профессиональные историки признают, что о нём и его деятельности практически ничего не известно, И это могло произойти только потому, что «игумен земли Русской» Сергий Радонежский в первую очередь занимался отнюдь не церковными делами, — он был первым и, наверное, одним из самых выдающихся руководителей русской секретной службы.

Если существуют разночтения не только в датах рождения и смерти Сергия, но и в других с ним связанных событиях, то можно поставить под сомнение и день его рождения, ведь «Житие Сергия Радонежского» известно по редакции XVI века, а тогда его писали люди духовного чина. Эти переписчики наверняка постарались «сгладить» всё то, что, по мнению тогдашнего церковного руководства, могло «дискредитировать» Сергия в глазах верующих. Такая практика существует с незапамятных времён, примеров больше чем достаточно, причём и в наше время.

Так что 3 мая и особенно 11 июня — дни рождения и крещения — могли быть другими, ведь день рождения Сергия рассчитывали по дню крещения в день святого Варфоломея, а это имя он мог принять сам. Поэтому имя «Варфоломей» могло быть, как сейчас говорят, кодовым — под ним знали своего шефа рядовые сотрудники русской спецслужбы, это делалось специально, в целях конспирации. Подобная практика существовала и позже, существует в спецслужбах и сейчас.

Теперь один факт из жизни Сергия, упоминаемый в «Житии», на который все исследователи, церковные и светские, абсолютно не обращали внимания: «Сначала обучение его грамоте шло весьма неуспешно, но потом, благодаря терпению и труду, он успел ознакомиться со Священным писанием и пристрастился к церкви и иноческому житию».

Что в действительности написал об этом Епифаний Премудрый в 1417–1418 годах в своём «Житии» — неизвестно, но наверняка написал чистую правду. Тогда вымысел писать было нельзя — ещё были живы люди, знакомые с Сергием лично, да и сам Епифаний знал великого «игумена земли Русской». Но уже Пахомий Серб (? – 1480-е годы) наверняка «пригладил» первоначальный вариант «Жития», а уж в XVI веке его труд подвергся кардинальной «правке», в результате чего в сведения о Сергии вкралась «неувязка»: сначала он фактически не учился, и лишь позже он прочёл Священное писание, причём это явно произошло в каком-то монастыре.