Вход запрещен - Елена Владимировна Ляпина

подходим к моему дому, – могут остаться рубцы.

– Вот и хорошо, – киваю я, – будет помнить.

– Он пожалуется родителям.

– Ну и что, – я пожимаю плечами.

Денис прощается со мной и переходит дорогу, а я захожу в ворота нашего дома, поднимаю голову – на балконе второго этажа стоит отец. Точно, пятнице же – вернулся. Отец работает хирургом в Тропиловске, в семидесяти километрах от нашего Усть-Змеевска, городе в два раза больше нашего, в центральной больнице, на платных и бесплатных приемах. Занятый больными, он порою не появляется дома по несколько дней, ночуя в небольшой квартирке в Тропиловске, часто возвращаясь только в последний рабочий день. По выражению его лица догадываюсь, что тот мелкий стопроцентно уже наябедничал своей матери, а она пожаловалось моему отцу. Глубоко вздыхаю и иду в дом.

Отец встречает меня в моей комнате. Облокотившись об письменный стол, он разглядывает на полке мои модели военных истребителей «МИГ-29», поправляет самый красивый красный с большой звездой на фюзеляже и поворачивается ко мне. Мерзкий холодок пробегает по моей спине. Ведь, блин, большой уже, сильный, пацаны в школе шарахаются от меня, как от огня, а сам я до сих боюсь отцовской трепки.

– Мне сегодня звонили родители одного мальчика, которого ты очень сильно избил, – начинает отец.

Он говорит спокойно, холодно, немного отстраненно и от этого ещё сильнее сжимается сердце. Не сразу понимаю, что речь идет не о том парне, которого я сейчас исхлестал из-за убитых щенков, а о другом, с кем я вчера жестко сцепился. Я уже не могу сказать с чего всё началось и в чем был конфликт, помню только, что он меня чем-то выбесил, и я ему здорово врезал, разбив в кровь лицо.

– Есть, что сказать? – наконец, спрашивает отец, изложив суть дела.

Молчу, пожимаю плечами. Что тут говорить – вспылил, наехал, ударил.

– Ложись.

Вытягиваю из джинсов ремень и подаю отцу. Ложусь на живот, спускаю штаны, приподнимаю худи почти до самых лопаток и жду экзекуции. Несколько часов назад я ставил на колени и наказывал пацанов, а сейчас самого высекут. Как быстро всё меняется. Зажмуриваюсь и молчу, иногда только вздрагиваю, если прилетает слишком сильно. Мне больше обидно, чем больно, что меня до сих пор, как мелкого бьют ремнем, но ещё ни одно мое возражение не возымело успех. Провинился – получи, без вариантов. Не хочешь получать, веди себя паинькой.

Отец заканчивает, кидает ремень на стул и уходит, выключая за собой свет и бросая мне одно слово: «Спи». Считает, что тем самым выполнил свой родительский долг сполна. Стаскиваю худи и вешаю на спинку кровати, сбрасываю совсем джинсы и заползаю под плед. Хорошо, что завтра суббота и не в школу. Не нужно делать уроки. Некоторое время просто лежу, приходя в себя, спина и жопка горят, чешутся, и ничего не хочется. Спать ещё рано, сериал смотреть лень, а валяться в темноте и загоняться, тоже так себе вариант, не хватала мне ещё самому пролить слезу.

В худи гудит смартфон. Поднимаю голову, достаю из кармана телефон и открываю приложение, опять мне спамит какой-то «Assistant Snake», предлагая исполнить мое самое заветное желание, посылаю его нафиг и правдоподобно угрожаю, что скоро найду его и отметелю. Он сразу успокаивается и замолкает.

Захожу на страничку Алисы Усольцевой, разглядываю её фотографию. Красивая. Яркие глаза как огонечки и густые светло-русые чуть с рыжинкой волосы. А как она смешно морщит носик, когда улыбается.

Алиса в онлайне, но мне не пишет. Грустно. Тоже ей не пишу. Хочу, чтобы она первой мне написала.

Минуту гипнотизирую её фотографию и, опа, вижу долгожданное предзнаменование «…Алиса печатает» и через пару секунд сообщение падает в мессенджер с глухим стуком. Это у меня в смартфоне звук такой поставлен.

Алиса:

– Привет. Что делаешь?

Сразу же отвечаю.

Black Raven:

– Привет. Ничего. Так… валяюсь)

Алиса:

– Понятно. Как настроение?

Black Raven:

– Норм. А у тебя?

Алиса:

– Паршиво

Black Raven:

– Что так?

Алиса:

– Да не важно

Black Raven:

– Ну скажи

Алиса:

– Нет

Black Raven:

– Почему?

Алиса:

– Потому

Black Raven:

– Я думал, мы друзья : (

Алиса:

– Ну, короче, я забыла сегодня вымыть пол к приходу мамы с работы и мне досталось. Всё, доволен?

Black Raven:

– О, сочувствую. Сильно влетело?

Алиса:

– Она взяла тапок и просто отдубасила почему пришлось. Теперь у меня на руках синяки. Всё, больше нет вопросов?

Black Raven:

– Извини, блин, я, правда, очень сочувствую. Если тебе от этого будет легче, то меня тоже бьют ремнем и довольно жестко. До сих пор(

Перед отправкой сообщения, думаю, а стоит ли вообще раскрывать такую подробность из моей личной жизни? Но хочется её как-то поддержать. И навряд ли она когда-нибудь узнает, кто я такой на самом деле. Просто неизвестный друг из «Контакта». Нажимаю отправить.

Алиса:

– Ммм… За что?

Black Raven:

– Да за всякое. За драки, за найденные сигареты : (

Алиса:

– Ты куришь?

Black Raven:

– Угу

Алиса:

– Курить вредно

Black Raven:

– Я в курсе)

Алиса:

– А почему тогда куришь?

Black Raven:

– Нууу… не знаю… Понтуюсь, может быть, перед другими пацанами. Глупо, я понимаю)

Алиса:

– Но всё равно так делаешь?

Black Raven:

– Угу

Алиса:

– А ещё из-за чего наказывают?

Black Raven:

– Да в основном за хулиганские выходки. Бывало и из-за оценок тоже. У меня как-то в восьмом классе за первую четверть вышло три «двойки» и несколько выговоров за плохое поведение. Вот тогда отец меня здорово выпорол, до сих пор помню : (

Алиса:

– Не повезло

Black Raven:

– Да, пофиг, я на этом не зацикливаюсь, стараюсь не думать. Потом просто валяюсь в темноте или смотрю военные фильмы с воздушными боями)

Алиса:

– Почему именно их?

Black Raven:

– Не знаю. От этого как-то легче становится и всё проходит)

Алиса:

– А ты сейчас в каком классе?

Black Raven:

– В десятом

Алиса:

– А как ты так умудрился враз три «двойки» получить?

Black Raven:

– Да по «инглишу» не сдал презенташку в конце четверти, лень было. А она зарубилась и из-за принципа принудительно поставила четвертную «два». А с химичкой у меня вообще жесткий конфликт произошел, вот она и налепила кучу «двоек» по химии и по биологии. И, естественно, итоговые «двойки» вышли по обоим предметам. На комиссию вызывали, угрожали,